Убийца магов (СИ)

Теперь надо было обдумать ситуацию и решить, что делать. Попали в меня обычными пулями, свинцовыми. Значит, это не было операцией Охранке по ликвидацию мага — в таком случае по мне палили бы освещёнными золотыми пулями, разрушающими энергетическую структуру. И это уже радовало. Убить попавшие в меня кусочки металла не могли: чародеи устойчивы к обычным боеприпасам и довольно живучи. Но заняться ранами всё равно надо. И убраться отсюда, как можно быстрее. Есть, конечно, надежда, что, обнаружив в переулке тела, прохожие решат, что двое слишком сильно поспорили, но прибывшая на место преступления полиция сообразит, что в дело замешан маг, и немедленно вызовет жандармов. Которые приедут вооружённые до зубов, и в их пушках будет не свинец, а золотые пули. И они могут не удовлетвориться версией, что в разборке участвовали только двое.
Вытащив телефон, я набрал номер Князя. Тот ответил спустя три гудка.
— Да, Владимир, здравствуй. Как экзамен?
— Отлично. А вот потом случилось кое-что неприятное. Я сейчас в каком-то дворе с двумя дырками в теле.
— На тебя напали?
— Угу. Мне бы скрыться, да побыстрее, пока охранка не нагрянула.
— Хорошо. Опиши, где ты находишься. Как можно подробнее. Я пришлю за тобой.
Через минуту я выдал всю информацию, которой обладал.
— Жди, — коротко сказал Князь и отключился.
Прошло около четверти часа, когда до меня донёсся вой полицейских сирен. Значит, тела в переулке обнаружили. Надо бы отойти подальше. Я попытался встать, но мышцы не слушались. Голова кружилась, от малейшего движения накатывала тошнота. А затем из подворотни появились двое. Здоровенный качок в чёрном спортивном костюме с ежиком на круглой башке и красотка в красном.
— Спокойно, бро! — поднял руки амбал, когда я выхватил пистолет. — Мы от Его Светлости. Ты как, держишься?
— Более-менее. Но врач не помешал бы.
— Это точно, — кивнул качок, остановившись передо мной. — Давай-ка мы тебя поднимем.
— Мы? — удивилась девушка. — Да ты и сам справишься. У меня шмотки, конечно, красные, но пачкаться кровью я не собираюсь.
— Не обращай внимания, — хмыкнул здоровяк, наклоняясь и легко меня поднимая. — Дуська всегда такая. Давай, дорогуша, подгони тачку.
Пожав плечами, девушка поспешила вперёд и исчезла в подворотне. Амбал со мной на руках отправился за ней. Когда мы добрались до смежного двора, в него уже въезжал огромный, разрисованный огненными языками, пикап. Громила аккуратно положил меня на заднее сиденье, а сам сел рядом с девушкой.
— Кто у нас ближайший костоправ? — спросил он её.
— Кунц, — ответила та.
— Этот алкаш?
— Ты спросил, кто ближайший.
— Ладно, не до жиру. Давай к нему.
Девушка лихо развернула тачку, дала по газам, и мы вылетели из двора на улицу. Влившись в поток машин, помчались через город.
— Не помер ещё? — поинтересовался, глянув в зеркало, амбал.
— Я скажу, когда сдохну.
— Ха-ха! Да ты шутник! Отлично держится чувак, скажи? — обратился к девушке громила.
— Главное, чтобы по дороге коня не двинул, — равнодушно отозвалась та.
— Кстати, мы не представились, — сказал амбал. — Меня зовут Аякс. А это — Медуза.
— Что у вас за имена такие? — просипел я. — Греки, что ли?
Мужик заржал.
— Не-а! Это Его Светлость нас наградил. У него фишка такая — всем своим давать имена из древнегреческой истории.
— Скорее уж, мифологии, — поправил я.
— Не душни, а! Какая, на хрен, разница?
— Да уж есть.
— Ладно, верю на слово. Ты ж у нас кто? Филолог, верно?
— Пока нет. У меня ещё два экзамена.
— Ну, если дашь дуба, сдавать не придётся, — фыркнула девушка. — Так что мысли позитивно.
— Спасибо. Умеешь поддержать. Долго ещё до вашего доктора-то?
— Скорее, твоего, — поправил здоровяк. — Если дотянешь. Но вообще, нет, уже немного осталось.
— Как и тебе! — ввернула Медуза.
— Ха-ха, — сказал я. — Так почему Князь даёт своим людям такие имена?
— Если когда-нибудь станешь одним из нас, узнаешь, — отозвался Аякс.
В машине воцарилась на несколько минут тишина, а затем я почувствовал, как пикап сворачивает, и увидел в окнах стены подворотни. Мы въехали во двор.
 
— Всё, прибыли, — объявил громила, заглушая мотор. — На выход.
Вдвоём они вытащили меня из машины и повели к подъезду. Медуза набрала на домофоне номер квартиры.
— Кто там? — раздался хриплый мужской голос.
— Привет, док, это твои друзья приехали — горло промочить. Открывай скорей, а начнём без тебя прямо на крыльце, — чётко выговорила девушка.
Замок пикнул и открылся. Мы зашли в полутёмный подъезд и двинулись по лестнице. Добравшись до нужного этажа, увидели невысокого взлохмаченного мужика в трениках, футболке и резиновых шлёпках. Он чесал пузо, наблюдая за тем, как мы приближаемся.
— Это что, ваш эскулап? — поинтересовался я.
— Он самый, — подтвердил Аякс. — Доктор Кунц. Прошу любить и жаловать. Тебе представляться не обязательно.
— Да уж, избавьте меня от церемоний, — рыгнув, проговорил врач. — Давайте, заходите. Тащите его в операционную сразу.
— Как будто у тебя не одна комната на всё про всё! — фыркнула Медуза.
Меня провели в помещение, где стояло стоматологическое кресло, и усадили в него.
— Нет, на стол, — покачал головой Кунц, заходя следом.
Я тут же был передислоцирован. Врач протянул мне резиновую трубку.
— Общего наркоза у меня нет, — сказал он. — Так что зажми это зубами покрепче, приятель.
— Вы серьёзно? — спросил я парочку, которая меня сюда привезла.
— Спокойно, — ответил Аякс. — Док своё дело знает. Главное, чтобы руки не тряслись.
Кунц отхлебнул что-то из зелёной бутылки, поморщился и принялся снаряжать шприц.
— Сделаю местную, — сказал он, не глядя на меня. — Но больно будет. Так что придётся потерпеть.
Вот же мне повезло! Но выбора не было.
Икнув, врач начал обкалывать мне рану в боку. Затем взял щипцы.
— Ну, приступим.
— Они хоть простерилизованы?
— Обижаешь! Я ж не коновал какой.
И он полез в рану. Естественно, я почти всё чувствовал. Особенно, когда инструмент проник вглубь.
— Сейчас, сейчас… — просипел Кунц. — Почти нащупал. Ага, кон она! Есть!
Он торжествующе вытащил щипцы, в которых была зажата пуля. Бросил её в металлический поднос. Затем обработал и зашил рану, сделал перевязку и занялся бедром.
Приходилось терпеть. Я был даже благодарен, что в зубах у меня торчала резина — иначе мог и сломать парочку. По щекам лились, сердце бешено колотилось, лицо было покрыто испариной.
Наконец, Кунц вытащил и вторую пулю.
— Повезло, — сказал он. — Кость не задета. Но крови ты, парень, потерял немало. Придётся полежать в постельке.
Я на это ничего не ответил. Валяться мне было некогда: на носу экзамен по русскому языку. И пропускать его я не собирался. Раны на мне заживали гораздо быстрее положенного. Это я заметил уже давно. Видимо, срабатывала регенерация, свойственная магам. Ну, или демонам. Точно не знаю. Конечно, порез — это не то же самое, что пуля, но ходить я наверняка смогу, а это главное.
Кунц наложил на бедро шов, сделал перевязку, поставил несколько уколов от воспаления и махнул рукой.
— Всё, можете забирать.
— Запиши на счёт, — сказал Аякс.
— Непременно, — кивнул врач и потянулся к бутылке. — Адьё, народ.
От Кунца мы поехали в особняк Шереметева.
— Князь хочет тебя видеть, — пояснил Аякс. — Не волнуйся, мы тебя потом доставим, куда скажешь. И тачку твою пригоним. Всё тип-топ будет.
В этом у меня уверенности не было, но не спорить же с ним. Явно ведь эта парочка у Шереметева на побегушках и толком ничего не знает.
Доехав до дворца Его Светлости, Аякс с Медузой сдали меня с рук на руки слугам. Пришлось топать с ними до малой гостиной, где Князь часто принимал гостей. Благо, располагалась она недалеко от входа.
Шереметев уже ждал. Смерил меня быстрым оценивающим взглядом.