Сделка-only (СИ)
Да куда уж радостней? Хмыкаю, вспоминая цирк последних десяти дней.
Но за пожелание благодарю. А когда расплачиваюсь и разворачиваюсь, чтобы уйти, вслед несется пожелание.
– Вера, когда надумаете возвращать свою природную красоту, позвоните мне. Я сделаю все в лучшем виде и постараюсь сократить ущерб, причиненный волосам, до минимума.
Странно, но мастер будто не сомневается, что такой момент наступит. Я же…
Я же пропускаю шелковистые пряди сквозь пальцы, встряхиваю «полегчавшей» головой и с улыбкой покидаю салон.
***
Звонок от абонента «АВА» раздается в субботу в десять.
Минута в минуту.
– Ты пунктуален, – выдыхаю в трубку вместо приветствия.
В душе разливается предвкушение от не до конца понятного отдыха. Но то, что Арский постарается сделать его запоминающимся, уверена на все сто.
– Зарабатываю очки, чтобы ты не нашла повода отказаться, – отбивает он подачу. – Привет. Я внизу. За тобой подняться, чтобы помочь спустить вещи?
Предупредительность Виктора Алексеевича приятно радует. Когда мужчина остается мужчиной, даже если предлагает дружбу – это мило.
– Нет, спасибо. Я налегке, пятьдесят платьев и шпильки оставляю дома. Если ты решишь сделать сюрприз и повезешь меня на званый ужин, сочувствую, я буду в джинсах и бейсболке.
– Не повезу, – бархатные переливы в низком тембре пускают мурашки по коже. – Но выходные уже предвкушаю. Надеюсь, купальник влез в твой «налегке»?
Зараза!
Подкалывает он также легко, как налаживает связи.
Кстати…
– Ты мясо не забыл? Я же в основном из-за него еду, – выдаю, не скрывая шкодных ноток.
Боже, как легко жить на свете, когда рядом присутствуют приятные личности, а не те, что «я – царь всея Руси, челом бей, смерд».
– Не переживай, болтушка, голодной не оставлю. Спускайся, жду.
Улыбаюсь и сбрасываю вызов.
Натягиваю на заколотые в хвост волосы кепку, подхватываю небольшую спортивную сумку, рюкзачок и покидаю квартиру.
Настроение… веселенькое.
А там посмотрим.
Глава 22
– Вера?
– Я.
– Вижу, что ты.
Арский встречает, не сидя в машине, а возле нее. Стоит, прислонившись к бамперу и сложив руки на груди. И всё то время, что я пружинящей походкой приближаюсь к нему, внимательно сканирует меня взглядом.
Отвечаю тем же.
Руководитель «Балтстройинвест» не в строгом костюме, что само по себе для меня ново, а в джинсах и футболке. Привыкшая видеть его преимущественно в темных тонах, теперь с интересом изучаю в светлых.
Белая футболка обрисовывает мускулистые руки и плоский живот, светло-голубые брюки – крепкие ноги. Сглатываю. Конечно, я догадывалась что под официальными костюмами прячется высокое широкоплечее тело, но, чтобы настолько мощное и спортивное…
Моя ж ты прелесть.
Нет, я не адептка фетиша силы, но какая нормальная баба устоит, увидев прекрасное?
– Тебя не узнать…
А это мы выдаем практически хором, что сразу сбивает небольшое нервное напряжение, мелкими мурашками покалывающее позвоночник.
– Ты такая маленькая без каблуков.
Ухмыляясь, он озвучивает мои мысли с точностью наоборот, и еще раз пробегается оценивающим взглядом с головы до мысков спортивных тапок, и обратно.
– Не маленькая, а хрупкая, – фыркаю, останавливаясь в шаге от него, и задираю голову вверх. – И кто виноват, что ты в детстве морковки переел, и еще чего-то не в детстве?
Поднимаю руку и пальцами пытаюсь обхватить бицепс.
Куда там? Две ладони, дай бог, справятся.
– Громила, – выдаю вердикт.
– Малявка, – прилетает следом и тут же, – стоп! Вера… а это что?
Арский, как куклу, разворачивает меня спиной к себе и дотрагивается до медных волос, продетых через отверстие в кепке.
– Апгрейд, – выдаю с улыбкой, – надоело быть тупой блондинкой.
– И кто ты теперь? Рыжая стерва?
Мало того, что за словом в карман не лезет, так и метко бьет в цель. Вскидываю подбородок и прищуриваюсь, смело проваливаясь в глаза со стальным отливом.
– А хоть бы и так, – заявляю дерзко, – главное же, что? Себе нравиться! И сейчас я нравлюсь себе такой.
Чего не ожидаю, так это того, что Виктор Алексеевич обнимет меня за талию и, будто успокаивая, проведет широкой ладонью по спине вверх-вниз, а затем склонится ниже, к самому уху, обдаст горячим дыханием скулу и шею и тихо, слегка касаясь губами краешка уха, шепнет:
– И мне нравишься, Вер. Убирай колючки.
Уффф…
Мощная волна адреналина прокатывается вдоль всего тела и прошивает насквозь. Вот как он так может одной фразой взбодрить сильнее пяти чашек крепкого кофе?
Кажется, будто во мне салюты взрываются. Или это те самые пресловутые бабочки, которым надоело окукливаться, и они вышли из сумрака, устроив внутри меня танцы с переподвыподвертом?
– Виктор…
– Верочка, здравствуй!
Знакомый голос заставляет прерваться на полуслове и обернуться.
– Я тебя не сразу признала в кепке и с другими волосами, – Клавдия Ильинична подходит еще ближе и внимательно изучает мой внешний вид, затем переводит взгляд на Арского, осматривает его и кивает в сторону сумки, которую, не помню в какой момент, Виктор Алексеевич успел перехватить. – Уезжаете, дети?
Дети?
Кошу в сторону стоящего рядом мужчины и с трудом сдерживаю веселый смех. Не хилый такой ребятенок, однако. Акселерат, ёшкин кот.
– Да, погода хорошая, решили выбраться на природу, – киваю соседке, поздоровавшись. – А Вам, может, помочь? – обращаю внимание на коробку, которую та держит в руках, явно направляясь в сторону мусорных контейнеров.
– Нет, не надо, я сама прогуляюсь, да и она пустая, – отмахивается Шапочкина и с довольной улыбкой огорошивает, – мне твой друг уже подсобил, когда я в первый раз тяжесть несла, – не успеваю удивиться на прыткость Арского, как меня благословляют, – езжай-езжай, Верочка, отдыхай, а за квартиру не волнуйся, я присмотрю.
Решаю не спорить с всевидящим оком нашего подъезда и прощаюсь. Виктор Алексеевич за компанию тоже.
В черный сверкающий глянцевыми боками большой автомобиль утрамбовываемся быстро и, понимающе переглядываясь, покидаем двор.
– Нам далеко? – уточняю, когда машина, покинув КАД, сворачивает в сторону Мурманского шоссе.
– До Сям-озера.
Замираю, оборачиваюсь.
– Но это же…
Только сейчас понимаю, что главный вопрос вчера не подумала задать, зато теперь в шоке.
– Верно, Карелия, – кивает Арский. – Шесть часов по идеально ровному асфальту мимо изумительно шикарных мест. Не заметишь, как доберемся.
– Ты уверен, что оно того стоит? – приподнимаю бровь, поудобнее устраиваясь в кресле.
Честно?
Ничего не имею против дальних поездок. Тем более в надежном авто и в хорошей компании…
Конечно, на счет последнего, это только мои догадки, все-таки мы с Виктором Алексеевичем – еще совсем-совсем малознакомые «друзья»… но уже сейчас этот мужчина не оставляет сомнений, что если за что-то берётся, то делает хорошо.
– Уверен, – бросает он на меня быстрый, но внимательный взгляд, – потом сама еще просить вернуться будешь.
***
Что могу сказать?
Слову Арского верить можно. Я влюбляюсь в Карелию.
Нет, не так.
Я влюбляюсь в природу Карелии. Постепенно, но все более глубоко и безудержно.
Километры и километры смешанных лесов, огромные площади чистейших сосновников, когда лишь усилием воли я не прошу Виктора Алексеевича остановиться и выпустить меня побегать по усыпанной хвоей песчаной почве, крутые спуски и подъемы, резкие зигзаги и повороты дорожного полотна, когда не то что обгон запрещен, а не успеваешь моргнуть глазом, как двухэтажный автобус, едущий впереди, вдруг «хоп!», и исчезает, будто проваливаясь под землю, а затем появляется вновь.
А озера!
Мамочка родная, какие ж там озера! Писк, визг и эмоции.
Десятки, сотни, тысячи водных объектов, спрятанных то тут, то там.