Сделка-only (СИ)

– Смотри-смотри, еще одно будет, – тыкаю пальцем в прикрепленный на панели телефон Арского, где гугл-карта выдает синюю разметку с правой стороны. – А вон оно живое! – это уже любуюсь мелькающей среди деревьев темной гладью, растянутой замысловатой кляксой, через опущенное тонированное стекло.
И так на протяжении практически всей дороги.
Одну остановку делаем на заправке, там же покупаем себе по стаканчику кофе. Мне с огромной пенной шапкой и карамельным топпингом, а водителю обычный, без прибабахов. Вторую на огороженной площадке, откуда сверху открывается изумительный вид на много километров вперед, и можно любоваться возвышенностями, сплошь покрытыми деревьями, озерами в низинах и раскиданными вдоль протоков домами и домишками.
Арский в очередной раз приятно удивляет, когда достает из багажника сумку-холодильник и вынимает заранее нарезанные бутерброды.
– Угощайся. Елена приготовила легкий перекус. Это моя помощница по хозяйству, – поясняет, заметив недоумение в глазах. – Честно, сам я – не любитель торчать на кухне. Да и времени нет.
Ухмыляюсь, еще раз осматривая спортивную фигуру мужчины, и делаю вывод, что удивляться нечему. Всё остающееся свободным от работы время он однозначно проводит в спортзале. Уж слишком хорош и притягателен. А его бывшая невеста – слепая коза.
На закрытую территорию турбазы въезжаем в начале пятого, и пока Виктор Алексеевич уходит, чтобы… ну кто бы сомневался?.. поздороваться с хозяином этого места и его супругой, я вылезаю и осматриваюсь.
Территория не особо огромная, но плотно прилегающая к Сям-озеру, спрятана посреди леса. Все кругом вымощено кирпичной плиткой, а деревянные домики с ломаными крышами, широкими верандами и мансардными окнами раскиданы в шахматном порядке. Прямо впереди журчит невысокий фонтан, выложенный камнем, а дальше асфальтированный склон ведет к причалу, где на легких волнах покачиваются небольшие катерки и резиновые лодки.
– Слева мангальная, – неслышно подошедший со спины и приобнявший за талию Арский показывает на стеклянный шестиугольный домик под вытянутой черепичной крышей с флигелем, – а там, – уводит руку вбок, – наш домик и по соседству сауна.
– Ого, – понимаю, о каком теремке он говорит. – Первая линия. У самой воды?
– Верно, – кивает, направляясь открыть багажник, чтобы достать вещи, – он – мой любимый. По возможности, всегда выбираю его.
То, что у Арского идеальный вкус, признаю без всяких скидок и подхалимажа. Я и в домик влюбляюсь, стоит в него войти.
Высоченные потолки, современный санузел со всеми удобствами, включая душевую кабину и стиральную машину с электрическими полотенцесушителями, полностью оборудованная кухня с окном напротив газовой плиты, холодильником, микроволновкой и чайником, две отдельные спальни, в одной из которых стоит двуспальная кровать и деревянная резная стенка ручной работы, а в другой две полуторки и комод на изогнутых ножках, огромный зал-гостиная с плазмой не менее двух метров по диагонали, кожаным угловым диваном и деревянным столом ручной работы и – о боги!!! – выходом на ту самую веранду, откуда открывается очаровательный вид на темно-синюю водную гладь.
– Так, смотри, Вер, – поставив сумки в прихожей, Виктор Алексеевич берет меня за руку и ведет к куче кнопок на стене, – здесь индивидуальное отопление. Если замерзнешь, просто повернешь терморегулятор. Вот так. А это, – касается других клавиш, – нажмешь, если захочешь проветрить.
Демонстрирует. И с тихим жужжанием мансардные окна начинают приподниматься.
– Знала бы, что так круто, – выдыхаю, не зная, куда бежать и что разглядывать первым, настолько все увлекательно и интересно, – собралась бы еще вчера.
– То есть, по цивилизации скучать не будешь? – приподнимает темную бровь, разглядывая меня с улыбкой.
– Вот уж точно нет, – качаю головой.
И оказываюсь тысячу раз права.
Боже, эти пара дней становятся лидерами среди лучших дней моей жизни, самыми очаровательными и незабываемыми.
Не проходит и получаса, как мы, разложив вещи, принимаем гостей. Павел и Наталья Ждановы, хозяева этого дивного места, приходят к нам не с пустыми руками, а с пакетами, наполненными местным душистым хлебом, зеленью и овощами. Но, главное, прекрасным настроением и широкими искренними улыбками.
 
Удивительно, как быстро получается найти с ними общий язык. Пока мы с Ташей, как она просит ее называть, режем салаты, мужчины у мангала, выкованного в виде катера и установленного прямо за верандой, занимаются мясом.
Готовка плавно перетекает в дружеские посиделки под вкусное домашнее вино для девочек и более крепкий напиток для мальчиков. Утолив голод, устраиваем неторопливую прогулку к воде, чтобы размяться и полюбоваться окрестностями до наступления сумерек. Чуть позже следует продолжение веселой встречи, где мы не столько отдаем дань еде и напиткам, сколько утоляем жажду общения. Сауну я тоже зацениваю на «пятерку», но покоряет меня купель с подогревом, установленная на свежем воздухе. И пока мужчины парят косточки, лежа на деревянных полках, мы с Ташей, надев купальники, нежимся в теплой водичке необычного мини-бассейна, дыша чистейшим прохладным воздухом.
Гости уходят около одиннадцати вечера, пожелав нам приятной ночи. Но вместо того чтобы разбрестись по спальням, закутавшись в белоснежные вафельные халаты, которые входят в набор обеспечения гостей, мы с Арским решаем… сыграть в шахматы, найденные в комоде.
– На желание, – предупреждает Виктор Алексеевич, прежде чем зажимает фигурки в кулаках, предлагая мне выбрать цвет наугад.
– Без проблем, – улыбаюсь, делая глоток кофе из большой фарфоровой чашки.
Не сговариваясь, мы оба переходим на этот напиток, убирая другие в холодильник.
Борьба получается увлекательной, как и легкая необременительная беседа. И он, и я вспоминаем веселые годы учебы на вышке и, пока продумываем ходы, наперебой, смеясь, делимся пережитыми приключениями.
Шах и мат мне объявляют спустя два часа, а затем и озвучивают приз.
– Верунь, мне, конечно, безумно нравится, как звучит из твоих уст сочетание «Виктор Алексеевич», но, когда мы вдвоем, называй меня просто Витей, – произносит Арский тихим проникновенным голосом и забирает из рук пустую чашку. Обнимает за талию, притягивая к себе ближе, и впивается в рот жарким поцелуем.
В крови моментально вспыхивает адреналин, требуя не просто подчиниться, а одержать победу хотя бы здесь.
Но мужчина не позволяет. С тихим шипением отстраняется первым и, обхватив ладонями мое лицо, произносит негромко, но уверенно:
– Между нами ничего не будет, пока ты не переболеешь и не придешь в себя. Я не стану пластырем от душевной раны. И ничьей заменой тоже не буду.
– Я и не собиралась… – подрываюсь моментально.
Обида расцветает буйным цветом за секунды.
– Тш-ш-шшш, – притягивает к себе ближе, не позволяя сбежать, и успокаивающе поглаживает спину, – не злись. Я просто внес ясность, – не успеваю хоть что-то предпринять, как добавляет, – но то, что никуда не отпущу и буду ухаживать, готовься. Уверен, из нас выйдет прекрасная пара, Вера Викторовна. Вот только сделаем мы с тобой всё правильно и не спеша.
Фыркаю на самоуверенность некоторых индивидов, но бросаться в омут с головой и, стуча пяткой в грудь, доказывать, что «вот, блин, ни разу!», не спешу.
Зачем устраивать детский сад?
Не стоит.
Мы оба – взрослые люди, которые… да! Да! Да! – нравятся друг другу, и прекрасно это видят и понимают.
– Спасибо за честность, Витя, – киваю и кончиками пальцев касаюсь его колючей щеки, – и за то, что даешь время, тоже спасибо. Оно мне действительно нужно.
Хмыкаю, признавая свою слабость.
– Все в порядке, иди отдыхай, – заправляет рыжий локон мне за ухо и подмигивает, ловко меняя тему. – А хочешь со мной с утра поехать на рыбалку? Только подъем строго в семь.
Смеюсь и отрицательно мотаю головой.
В душе разливается тепло за то, что он заботится о моей самооценке.