Лелит Гесперакс: Королева Ножей (ЛП)

— Дорогие мои, — сказал Вект, окинув взглядом сначала Лелит, а затем Моргану. Голос его должен был бы зашипеть, как арахнид, пронестись по залу и вторгнуться в сознание слушателей, но он был ровным, мягким и властным. — Пожалуйста, я не хочу вас прерывать. Вы можете продолжать.
Моргана подняла ножи и скрестила их, затем склонила голову в мольбе. Лелит лишь фыркнула и приготовилась.
Ждать оставалось недолго.
Моргана могла лишь до поры сдерживать свою истинную сущность. Она могла стараться ходить, как Лелит, могла, как Лелит, орудовать простыми ножами, могла — в отличие от Лелит — отвесить смиренный поклон Верховному Владыке, но когда дело доходило до клинков, она знала только один способ сражаться — нападать. Почти против любого противника это было все, что ей требовалось. Она набросилась на Лелит с боевым воем на устах, а ее ножи, отражая пламя, прочерчивали в воздухе сверкающие дуги.
Однако Лелит не была простым противником. Она, конечно, умела нападать, но в подобных ситуациях ее всегда больше интересовало шоу. Было забавно позволять противнику пытаться причинить ей боль, ускользать от его лучших ударов и небрежно перенаправлять замахи, которые при соприкосновении раскололи бы ее пополам; завлекать врага, а потом перестраиваться, оставляя между его оружием и ее кожей едва заметный шепот воздуха, убеждая его, что в следующий раз он достанет ее, в следующий раз его удар найдет свою цель, если только он будет чуть быстрее, если только он будет стараться чуть сильнее… А потом, когда противник переусердствовал в своем стремлении нанести решающий удар, она снова втыкала ножи и открывала правду — и врагу, и зрителям, — что Лелит Гесперакс всегда полностью контролировала ход поединка. Хитрость заключалась в том, чтобы хотя бы на мгновение все зрители задумались, а не встретила ли на этот раз Королева ножей действительно достойного соперника.
Она отступила назад и в сторону, уклоняясь от натиска Морганы, но Великий суккуб Тринадцатой Ночи умело переключил свой импульс и продолжал наступать. Лелит отбила один удар ножом и тут же отступила назад, чтобы другой не рассек ей лицо надвое; она сделала прыжок, от которого ее тело понеслось параллельно полу, а ножи Морганы рассекали воздух над и под ней, но когда Лелит сделала выпад, чтобы вонзить свой клинок в спину Морганы, другая суккуба продолжила движение, и ее нога вывернулась в круговой удар, отбивший руку Лелит. Большинство противников после такого удара взяли бы паузу, чтобы прийти в себя, но только не Моргана: она закончила вращение и снова перешла в наступление.
Лелит никогда не отходила назад: это было приглашением противнику одолеть ее, даже если она контролировала ход поединка. Ключевым моментом было движение вбок, чтобы проскочить под удар или увернуться от замаха и не дать противнику набрать обороты, пока он крутился и поворачивался, пытаясь догнать ее, пока она двигалась как ртуть. Однако Моргана двигалась вместе с ней, как будто они были двумя партнерами по танцу, которые инстинктивно знали движения тел друг друга.
— У тебя нет шансов, — шипела Моргана, снова атакуя. — Я знаю, как ты сражаешься, Лелит. Я знаю, как ты мыслишь!
— Знания ничего не значат, если ты не можешь ими воспользоваться, — фыркнула Лелит, но впервые за долгое время не только ее соперница, но и зрители гадали об исходе поединка. Моргана была неумолима, и хотя Лелит знала, что она быстрее и искуснее, это знание ничего не значило, если она не могла использовать его в своих целях. Она защищалась от атак Морганы, пусть яростных и жестоких, но интенсивность стиля боя другого суккуба оставляла очень мало шансов, чтобы Лелит могла ответить своими ударами.
Моргана, похоже, этого не понимала.
— Сражайся! — пронеслось в ее голове, когда кончик ее клинка пронесся мимо виска Лелит. Еще один молниеносный удар, и Лелит была бы выпотрошена, если бы в последний момент не уклонилась от удара. — Почему ты не сражаешься?!
Лелит бросилась вниз и ударом ноги отправила Моргану на пол. Лелит подхватило, она вскочила на ноги, в мгновение ока перевела правый нож в обратный хват и обрушила его на грудь Морганы. Нога суккубы поднялась, чтобы перехватить удар, и каблук впился в запястье Лелит. Лелит с болезненным рычанием отдернула руку, но ножа в ней не оказалось: онемевшие пальцы потеряли хватку на рукояти, и лезвие покатилось по полу.
 
Собравшаяся толпа ахнула, увидев, как Королева Ножей лишилась одного из своих оружий. Моргана вскочила на ноги, словно свернувшаяся пружина, и снова сделала выпад, целясь клинком в грудь Лелит. Лелит сумела увернуться от удара и ударила локтем по руке, а затем в прыжке нанесла удар ногой в челюсть Морганы. Моргана заблокировала удар той же рукой, но второй удар выбил нож и отбросил его в сторону. Она сделала шаг назад, морщась от боли.
Лелит атаковала.
Теперь каждый из них держал нож в левой руке, а правая была открыта, и характер поединка изменился. Вместо того чтобы кружить и рубить под дождем клинков, они пытались хватать и цепляться, стараясь нейтрализовать оружие противника и одновременно найти возможность использовать свое собственное. Лелит сделала выпад вправо, сменила угол подхода и ушла влево, когда Моргана перешла в контрнаступление, и нанесла удар ножом. Плоть правого плеча Морганы разверзлась перед ней, и кровь мгновенно потекла по тыльной стороне руки. Толпа загудела и засвистела: их ожидания вновь оправдались.
Моргана не стала медлить. Она снова перешла в наступление, пытаясь немедленно сократить расстояние. Лелит отбила один выпад своим вамбрасом, увидела брешь в районе шеи Морганы, стала наседать на нее с рефлексами, отточенными за века боев на арене… и в последний момент замешкалась. Возможно, ее подсознание заподозрило ловушку. Это было единственным объяснением того, что Королева Ножей не успела нанести удар.
Но никаких ловушек не было. Моргана опустилась на землю, крутанулась, и кончик ее ножа прочертил кровавую полосу в том месте, где у Лелит остался незащищенным живот. Лелит, ругаясь, отступила за пределы досягаемости последующего удара, а Моргана обнажила зубы, изобразив нечто, лишь отдаленно напоминающее улыбку.
— Ты все еще можешь сдаться, — прошипела суккуб Тринадцатой ночи так низко, что никто из зрителей не смог бы расслышать. — Ты можешь уйти.
Лелит покачала головой.
— Не держи меня за дуру, Моргана. Ты не согласишься ни на что меньшее, чем моя смерть. Ничто другое не вознесет тебя туда, где ты хочешь быть.
— Ты так думаешь? — спросила Моргана, начав двигаться по кругу. Лелит поравнялась с ней, шаг за шагом. — Победа есть победа, Лелит. Никто из этих выродков не сможет победить тебя, и они это знают. Ты можешь бежать обратно к Иннари, а я все равно останусь той ведьмой, которая победила Лелит Гесперакс.
Лелит рассмеялась, низко и презрительно.
— Ты все еще не понимаешь что к чему, да? Векту нужна моя верность или смерть. Если я одолею тебя и заберу его так называемую награду, он выиграет. Если ты убьешь меня, он выиграет. Он не может допустить, чтобы я ушла из-под его влияния. Так что либо ты убьешь меня, либо умрешь — от моей руки или от его, за то, что оставила меня в живых. У Верховного Владыки нет другого применения для тебя.
— Ложь, — прошипела Моргана.
— Ложь, — возразила Лелит. Она направила кружащие шаги к одному из упавших ножей; ей нужно было отвлечь Моргану еще немного, чтобы суккуб не заметила. — И ты это знаешь. Он мог бы отдать предпочтение любой другой суккубе из любого другого культа, но он выбрал тебя, потому что надеялся, что я не выдержу, если ты возвысишься вместо меня. Он выбрал тебя, потому что надеялся, что твоя горечь по отношению ко мне пересилит твой страх.
Моргана насмешливо хмыкнула.
— Я не боюсь тебя.
— Чего-то ты боишься, — улыбнулась Лелит. Моргана замерла, пораженная услышанным. — Боишься убить меня?
— Глупости! — огрызнулась Моргана.
— Если ты убьешь меня, — сказал Лелит, когда его осенило, — тебе больше нечего будет ненавидеть.