Янтарное взморье (СИ)

— Я их удержу, — Вершитель сосредотачивается на «группе быстрого реагирования». — Малая, смотри, задача: сломать оба корыта. Никого не подпускать к малой! Если Хворь прыгнет, щит духа я дам на нее. Остальные — вертимся, живем.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — гнома отбегает в сторонку, опускается на одно колено и начинает орудовать молотком из набора инженера. — О големище?
— Назови его: Халк, — вроде бы частично приходит в себя Барби. — И на всякий разгром назначь команду: «Халк ломать». А в зеленый его тут живо закамуфлируют.
«Бух!» — ударяет по складскому полу молоточек гномки. — «Бух!»
— Надо было сразу его, — сетует Маська. — Не жадиться на ресурсы.
Цена одного призыва в ресурсах выходит около пяти тысяч, плюс-минус пара сотен золотых. Все же цены на ресурсы на аукционе не статичны. На каждый бой такую громадину звать — разоришься. Иногда дешевле слить сражение, чем победить с такими затратами. Дропом просто не окупится создание голема.
За раз можно только одного конструкта инженерного вызвать, затем, если голем разрушен или отозван, идет откат. Так что в начале боя гнома не стала «механичить» — так действо называет их рослая боевая подруга. И это хорошо: «пузяка» по шустрой Хвори мало бы урона выдал. И вот так сходу заняться созданием осадного инженерного голема Мася не смогла бы.
Пока прошел бы откат, там бы из корыт новые малые хвори и гнили нарисовались бы.
Чудо, но Геро успешно держит на себе Хворь. И низенький пока что рост, и гибкость длинных шей вкупе с коротколапостью ему тут в помощь. Малыш цепляет то одно, то другое щупальце своими пастями, а то и сразу несколько прихватывает.
И ухитряется жить, потому что клешня достаточно неповоротлива, а пилу, похоже, босс не может наклонить вниз. Только прямо перед собой он этой конечностью бьет.
А Кену удается взять на себя Гниль. При попадании стрел в ее жирное туловище разлетается слизь, но эльф легконогий, стреляет с расстояния. Ему плевать на брызги.
Ситуация выровнялась. Рэй дождался отката невидимости — он у него куда дольше, чем у Хвори — и растворился в тенях. Судя по следам на хлюпкой жиже — подбирается к боссу.
«Бу-у-уф!» — разносится по складу. Даже стены, кажется, дрожат при появлении голема.
Высоты потолка склада — а она немаленькая, промышленный размер у помещения — для големища хватает впритык. Кое-где он зацепляет башкой разные потолочные конструкции, сносит их походя.
Гнома замирает: процесс настройки и управления поглощает ее полностью.
«Бды-дыщь!» — произведение инженерии древних опускает свою мощную руку на бадью слева. Оттуда вылезают малые подобия Хвори, а она явно опаснее, чем ее неповоротливая соседка по антисанитарии.
Если система сможет из вот этого расплющенного воссоздать новый бассейн с мутагеном (или что там плещется внутри), то можно тушить свет. Задание непроходимо.
Искры! Рэй пользуется тем, что Хворь увязла в борьбе с детенышем гидры (а того исправно лечат Монк и Хэйт, что не дает боссу расправиться с надоедливым многоголовым врагом). Что-то багровое, что-то алое, что-то серебристое.
Клинки убийцы стремительны и неотвратимы, как сама смерть. Вся группа старается вносить свою лепту: тут и когти, и рапира, и тлен, и смерч с пламенем.
Хворь сопротивляется, таки разматывает малыша Геро на отдельные чешуйки. Но это последний ее успех. В жертву мутации вливается весь урон Ненависти, сколько только есть.
И Хворь распадается на бурые ошметки. Те хлещут фонтаном, нанося урон всем, кто попал в область действия, но этого мало. Не при живом Вершителе: группа выживает, а Гниль остается в гордом одиночестве.
«Бды-дыщь!» — это неповоротливый гигантский механизм добрался до второго корыта.
Гниль, словно ее пронял факт численного превосходства противников, снова раззявила рот. И весь ее богатый «внутренний мир», как емко и даже не матерно сказанула орчанка, вываливается наружу.
Трясина, камнепад, область изначальной тьмы — как раз откатилась, тик в тик. И, разумеется, жидкое пламя в исполнении Салли.
 
— Предлагаю не лезть к козявине ближникам, — озвучивает Монк. — Арбалеты, магия — чуть-по-чуть заковыряем.
Эдикт: Жизнь он уже потратил, а капли едкой слизи очень чувствительно травят.
Свеженькое оповещение о пятой стадии эффекта: Зловоние тоже как бы говорит за то, чтобы поэкономить ману хилерам.
Маська выбирает это время, как наиболее подходящее, чтобы опробовать-таки зелье очищения на «немытом трубочисте» Гнили. Плещет в нее светлой жидкостью. И… ничего не происходит.
— Маловато будет? — предполагает гномка, что одна доза зелья этой громадине, что слону дробина. — А если все вместе плеснем?
— Брось, ничего не будет, — Рэй морщит нос. — Если бы брандспойт и корыто, как те, поломанные — тогда еще возможно. Не переводи добро.
— До чего дошли, — шок и трепет на Маськином лице. — Он учит гнома экономить.
— О гномах и емкостях: а чем не-гномы ломали бы чаны? — задался вопросом между выстрелами Кен. — У нас есть легальный чит в виде голема. А будь на нашем месте другая группа, без гнома с профессией инженер?
— Да грубой физической силой, — фыркнула Барби. — Я б, если б знала, что так будет, с одной стороны ухватила эту чашку Петри, с другой парни бы повисли. И расхреначили б к хренам и Гиппократовой матушке.
— Твоя женщина мудра, — Рэю явно скучно, он-то привык к бою на скоростях, а не мерному отстрела жиртрестины арбалетными болтами. — И я согласен, что нам всем вместе хватило бы силы на разрушение объекта.
— Это все почему? — Вал допел про поэта, взял секундную передышку. — Потому что Хель отлично нас тренирует.
Грациозному танцу несколько противоречит оттопыренный большой палец, но демоница позволяет себе эту вольность.
Напряжение схватки еще не отпустило, еще телепается массивное тело Гнили, но это уже почти агония: до босса доходит големище. И прессует обеими ручищами склизкое туловище босса. Удерживает, пока Ненависть нашпиговывает уродину болтами, стрелами, лупит заклинаниями. До победного.
— Ура, товарищи! — Барби счастливее всех. — Медицина — победила.
— Квест не закрылся, — покачала головой Хэйт.
Ей тревожно: с двух боссов и парочки тварин помельче опыта дали много. До уровня немного осталось. Еще добавку за задание отсыпят, и придется менять турнирную группу. Подставиться и умереть в этот раз не позволила совесть: воскрешение у Монка в откате, а если вдруг убийством этих гадин не ограничится?
А она, такая красивая держательница аур, лежит мертвенькая?
Выбор между своими амбициями и успехом всей команды слишком очевиден.
— И ведь точно… — Вал принялся вертеть головой, высматривая: что же не так, кого они не добили?
Утыкается взглядом в зеленую тушу. Тело Гнили не пропало, обратившись в дымную сферу с лутом, как это сделала ее соседка. И спустя секунд тридцать с момента, как противно-склизкое повержено, туловище взрывается. Хлещет во все стороны гнилостная жидкость, и все складское заволакивает удушливыми испарениями.
Внимание! Вы подверглись воздействию негативного эффекта: Гнилой мор.
Все характеристики понижены на 50%!
Вы больны: каждые 5 минут вы теряете 2% от максимального значения здоровья. Вы, как один из первых носителей, не можете умереть от болезни. Здоровье перестанет уменьшаться, когда достигнет 10% от максимального значения.
Срок действия: отменяется посмертно.
Внимание! Вы заразны! Любой, кто окажется в радиусе 20 м от вас, заразится Гнилым мором и также станет переносчиком болезни.
— Вот теперь приплыли, — Хэйт садится прямо в грязь.
Хуже, чем есть, с болезнью, ей уже не сделается.
— Метка над башкой покрасится, — криво улыбается Рэй. — Ну, мне не привыкать. Рюк, у тебя же есть что-то с кровотечением?
— Глубокая рана, — кивает чародей, понимая, к чему клонит убийца.