Янтарное взморье (СИ)
— Вы предлагаете самоубиться? — хмурит лоб Барби. — Поехали крышечками совсем?
— А лучше будет вынести заразу в спящий город? — надо же, Вал успел свериться с таймером внутриигрового времени, там, за стенами рыбного склада, царит ночь.
— У меня есть самопожертвование, — напоминает Спиритус. — Я могу сам, без ПК. Его потом смывать еще замучаетесь.
— Как знал, что пригодится, — Монк совсем не выглядит огорченным. — Лут соберите. Сейчас дедушка Монк всех вас вылечит.
— И меня вылечим? — у Хель, похоже, снова небольшие сложности с переводом.
— И тебя вылечим, — обещает Вершитель и улыбается лучезарной фирменной улыбки Деда Мороза при раздаче подарочков на Новый год хорошим деткам. — Сейчас, сменю настройки на дружественные цели, включая создателя… Эдикт: Смерть.
— Как называется будка кладбищенского сторожа? — Барби валялась на камнях, глубоко дышала и явно не собиралась никуда двигаться с налёжанного места. — Живой уголок.
Вы успешно завершили задание: Гнилой мор!
За наградой обратитесь в ратушу города Ла Бьен.
Долгожданное обновление статуса задания радовало глаз. Идти, бежать, лететь куда-то, даже за обещанной наградой, прямо сейчас никому, похоже, не хотелось. Тяжело этот квест дался Ненависти.
— Ого, даже статуса ПК не дали? — Рэй рассматривал Монка, будто впервые увидел. — Шикарно!
В полумраке ночи на камне в круге воскрешения ведь самое то поболтать, поделиться впечатлениями…
Над побережьем и близлежащими областями ночи темнее, чем в том же Велегарде. Пусть видимость и не нулевая, но темень гуще, а звезды ярче.
— Вершитель я или где? — усмехнулся тот. — Особенность класса: мы можем сами задавать условия действия умений.
— Хм-м… — убийца погрузился в раздумья. — А наоборот можешь? В смысле эдикт на жизнь на врагов?
— Хилить монстров? — похоже, и Рюка эта идея зацепила. — Типа: одних лечим, других калечим, но в любой момент можем поменять местами лечимых и калечимых?
— Это я и раньше мог, — Вершитель не выказал энтузиазма. — И Хэйт могла… Оу. Ты прикройся, пожалуйста. Ночь, простудишься. И доспех жалко, да.
Хэйт после всех событий на складе «рыбов» настолько ушла в себя, что даже не заметила пропажи тканой броньки. Это разноцветье небесное не могло выпасть при смерти, а доспех отторжения зла очень даже мог. И выпал.
Обидно, но не так, чтоб до слез. Могла выставить на аукцион, но решила придержать. Передать, возможно, кому-то из младший сокланов. Про Нюту-Анюту конкретно думала, если та, конечно, докачается до соответствующего уровня.
— Ого-го, какая краля! — незнакомый голос вклинился в уютные (после зловония склада — очень даже) посиделки на холодных камнях. — Да тут еще есть девчонки. Чего сидим, кого ждем?
— Возможно, нас и ждут? — вторил неизвестному ловеласу басовитый голос. — А, красотки? Тут возле вас какие-то неудачники затесались. Бросайте их, пойдемте с нами.
— Мы тут все красивые места знаем, — подошел поближе первый, блондинистый парнишка в шароварах и расшитой золотом рубахе с жилетом. — Я вам сыграю на мандолине. И даже спою.
— Но сначала мы вас пригласим в ресторацию, — пообещал второй, тоже приблизившись.
Он ступал мягко, тренированной походкой убийцы. Чем-то был похож на Рэя, и не только кожаной броней с парными ножнами. Взглядом, почти прицелом: с какой части тушки лучше подходить, чтобы начать разделывать.
Хэйт еще на подходе этих типчиков быстренько (но явно недостаточно, успели ее неодетые стати оценить) облачилась в простенькое платье без бонусов. Мысленно ругнулась: вот могло бы оно дропнуться при смерти, а не то, что было надело. Увы, не все всегда идет так, как нам того хотелось бы.
— У девушек есть спутники, — выступил вперед Вал.
Подле барда тут же организовались и остальные парни Ненависти.
— Нас и тут неплохо кормят, — Маська выглянула из-за широких (и не очень) спин.
— Музыка есть у нас, — негромко добавила Хель. — Лучше всех музыка.
Вроде и корявенько прозвучал комплимент, но Валу наверняка он был приятен.
— Парни, давайте разойдемся спокойно, — миролюбиво, но с явным упором на «разойдемся» озвучил Монк. — Кто куда шел. Каждый в свою сторону.
Ла Бьен, как и иные города триумврата, город вольный. Очень вольный. В плане обилия «цветников» так и вовсе фривольный… А еще здесь не запрещены нападения в черте города. Даже выходить за ворота с целью выяснения отношений — не словами, а оружием, действием — не обязательно.
За ПК от стражи огребешь, как и везде. Но если урон обоюдный, спорщики лупят друг дружку, никто из стражей порядка даже голову в их (спорщиков) сторону не повернет.
Двое нарывались на десятерых. Правда, десятеро для Янтарного Взморья считались мелюзгой с их уровнями. Так что еще не факт, что численное превосходство перевесит преимущество в уровнях.
Тот, что обещал сыграть на мандолине, носил на теле вещь на сотый уровень. Хэйт как-то попадался скриншот похожей пары: жилет плюс рубашка. О «кожаном» наверняка утверждать она не взялась бы, но вряд ли он сильно отстает от приятеля по уровням.
А еще они оба таскали на груди крупную брошь с отпечатком когтистой львиной лапы. Художнице уже сообщали в отчетах, что особым влиянием в триумвирате вольных городов обладает клан Прайд. И догадывалась, что одинаковые броши на парнях неспроста.
Ненависть с недавних пор носила печатки с буквой Н. Это было чисто декоративное украшение, без каких-либо бонусов.
Создатели Восхождения задали ограничение на получение игровых бонусов только от определенного количества украшений: одно ожерелье, две серьги, два кольца (и браслеты у мистиков, но это немножко другое, отдельное). А надеть на себя персонаж может сколько угодно «побрякушек». Слоты ограничены, а так — хоть елку новогоднюю из себя изображай.
Так что каждый клан выдавал своим участникам какое-то типовое украшение со знаком клана. Обозначение принадлежности, статуса.
Прайд — это влияние в окрестностях Янтарного Взморья. Им принадлежит какое-то укрепление между Ла Росси и Ла Белло. И еще у них явно есть деньги, ведь репутация в триумвирате зарабатывается золотом.
Есть даже списки самых щедрых спонсоров, их каждый месяц обновляют. И первые три места в Ла Бьен (другими городами триумвирата Хэйт пока интересовалась меньше) стабильно, месяц за месяцем, занимали три представителя клана Прайд.
Монк в попытке решить дело миром не учел наличия за их спинами Барби. А та после пережитого пребывала в эмоциональном раздрае. Не каждый день тебя отправляют в полет. И не куда-то, а в корыто с помоями и тварью-мутантом.
— Шел Штирлиц по лесу, — скучающим и гнусавым голосом завела анекдот Барби. — И наткнулся на сук. Шли бы вы отсюда, девочки, война все-таки.
— Не понял? — нехорошо сощурился «кожаный». — Это ты так о своих подружках? Или?..
— Вы ж прайдовые? — звучало из уст орчанки довольно презрительно. — Из верхушки? Типа главные львы-самцы? Нет, не думаю. А остальные в прайде — это самки и детеныши. На детенышей вы не похожи, значит, делаем выводы…
«Нарвались», — Хэйт очень хотелось приложить к лицу ладонь, но вместо этого она занялась активацией аур. После гибели персонажа они отключаются.
— Мы тоже делаем выводы, — «кожаный» придержал приятеля, заметил, видимо, что в боевую готовность пришли все спутники говорливой орчанки. — И они вам не понравятся.
Оповещение об объявлении войны кланом Прайд клану Ненависть пришло, когда группа уже занималась разбором лута с Хвори и Гнили. Устроились они с удобством в клановом доме.
В ратушу Ла Бьен их не пустили — час поздний, все те, кто принимает решения, видят сладкие сны. Так что начать решили с того, что успели забрать из дымных сфер.
— Золото, камушки, ожерелье, — перечисляла Мася их находки, которые уже прошли идентификацию у Спиритуса и Хэйт. — О, нам кланвар кинули, прикольно. Рэй, глянь ожерелку, она на ловкость и шанс крита. Но с пятидесятого можно носить.