Изгой (СИ)

В дверь постучали, будто непосредственно в лоб. Концентрация сбилась. Мишенька продолжал повторять формулы, я же слышал только обрывки фраз и не понимал смысл. Третий глаз задрожал в нервном тике. Картинка смазалась, и меня вышибло из внутреннего пространства.
— Ёкарный бабай, Димыч, ну что опять приключилось?
Ругаясь, я встал, открыл дверь, но там оказался не Димыч.
На пороге стояла Катрин — фиолетовая-рыжая.
  
Глава 23
 
— Не сильно отвлекла? — спросила она, заглядывая через моё плечо в комнату. — Дмитрий рассказал, тебя интересовала экскурсия по дирижаблю.
— Интересовала, — бросил я, подавив раздражение. Девушке грубить не хотелось.
— Тогда собирайся, нас уже ждут.
Собираться мне было недолго, буквально — рот закрыл и пошёл.
Ждали нас на левой прогулочной палубе. Второй помощник и все, кто изъявил желание познакомиться с устройством воздушного судна поближе. Таких оказалось немного, но состав группы привёл меня в некоторое недоумение.
Недоросль в сопровождении грозной маменьки с парочкой жёстких парней. Генеральша с падчерицей и адъютант между ними. Желчный чиновник. Этот в одиночестве, но с блокнотиком в левой руке и карандашиком в правой.
— А где Димыч? — спросил я, не находя приятеля среди присутствующих.
— Они с Мари общаются с пассажирами, — хмыкнула Катрин.
— И Анна?
— Смеёшься? Анна заперлась в каюте, прокляв нас с сестрицей до седьмого колена.
— Вы же родственники.
— Я образно.
— Начнём господа, — сказал помощник, когда мы с Катрин присоединились к остальным, и представился: — Капитан-лейтенант воздушного флота Лебедев Павел. Я познакомлю вас с устройством «Архангела Уриила» и отвечу на все вопросы, если таковые появятся.
— Уже появились, — прогремела суровая тётка, с вызовом в голосе. — Почему мне, Ярику и моим людям до сих пор не выдали парашюты? Вы тут вообще думаете о безопасности?
— Не выдали, потому что в том нет никакой надобности, мадам, — объяснил капитан-лейтенант. — Полёты на суднах данного типа полностью безопасны. И даже случись какая поломка, «Архангел Уриил» сможет совершить мягкую посадку без ущерба для пассажиров.
Желчный чиновник что-то записал в свой блокнот и многозначительно хмыкнул.
— Вот только сказки мне не рассказывайте, любезный, — скривилась суровая тётка. — Я хочу быть в полной уверенности, что мы с сыном и мальчиками вернёмся на землю целыми и невредимыми.
— Тогда тем более парашют вам не нужен. Вероятность сломать ногу при приземлении выше, чем получить даже царапину при аварийной посадке. Но на самый непредвиденный случай у нас предусмотрены два спасательных шлюпа. Пройдёмте, я покажу, — Лебедев Павел сделал приглашающий жест и направился к дальнему концу прогулочной палубы.
— Вот это уже другой разговор, — кивнула суровая тётка, схватила сыначку за рукав и потащила его за капитан-лейтенантом.
Следом, отставая на шаг — крепкие парни. За ними — желчный чиновник с блокнотиком. Генеральша с падчерицей и адьютантом — под ручку и прогулочным шагом. Последними — мы с Катрин, тоже под ручку.
— Ярик и парашют, — со смехом фыркнула моя спутница. — Хотелось бы посмотреть.
Я промолчал, чтобы не выглядеть глупо. Так-то, я/Мишенька — копия Ярика, только без мамы сейчас. Ну и, может, случай не настолько запущенный… От неловкой паузы избавило то, что мы уже пришли к месту.
Спасательный шлюп действительно напоминал бот, ну или большую лодку, с надстройкой, с курсовым килем под днищем, с открытым винтом за кормой, с плоскостями вертикальных рулей по бортам, сейчас задранных вверх, и несущей оболочкой над палубой. Оболочка выглядела, как толстая докторская колбаса в верёвочной оплётке, и натягивала канаты креплений, стремясь улететь в небеса. И улетела бы вместе с лодкой, если бы не кнехты, за которые та была пришвартована.
— Вот, можете лично проверить, — обратился к суровой тётке капитан-лейтенант, открывая секцию в леерном ограждении.
— А как же. Исключительно лично, — откликнулась та. — Кому ещё такое доверишь?
 
Она оставила Ярика на попечение крепких парней, а сама решительно полезла на палубу шлюпа — убеждаться в количестве посадочных мест, прочности конструкций и силе подъёмной тяги. Пока она там шарахалась, суя нос во все щели, капитан-лейтенант продолжал объяснять остальным:
— Спасательное средство рассчитано на двадцать одного пассажира и управляется командой из пяти человек. Оболочка содержит летучий агент из газовой железы Дракона, в нашем случае Красного. В готовность к отлёту шлюп приводится в течение пяти минут. Второй такой же пришвартован к правому борту.
— А движитель? — проявила неожиданный интерес Катрин. — Артефакторные установки слишком дорогие и мощные для этой лохани. А паровые моторы громоздкие и тяжёлые…
— О, мадемуазель разбирается в механизмах? — перебил её капитан-лейтенант попыткой неуклюжего комплимента.
— Разбирается, — недовольно поморщилась фиолетовая рыжая. — Ну так что насчёт движителей?
— Движитель электрический, на банках Лейдена.
— И далеко мы на них улетим? Вы бы ещё педальный привод поставили, — скривилась в насмешке Катрин.
— Длительный полёт не предполагается изначально, и для безопасной посадки банок, поверьте, хватит. Тем более их здесь установлено несколько, и каждая обеспечивает вращение ходового винта на пять-семь минут. Так что шлюп может без труда преодолеть миль двадцать пять — двадцать.
Катрин явно хотела дальше пытать капитан-лейтенанта, но в их диалог вмешалась суровая тётка.
— Меня всё устраивает, — заявила она, возвращаясь на прогулочную палубу. — Зарезервируйте за нами места с первого по одиннадцатое. Пойдём сына, все что хотели, мы выяснили. Мальчики.
С этими словами она цапнула Ярика за руку, мотнула головой крепким парням и утопала прочь. Естественно, не поблагодарив и не попрощавшись. Целеустремлённая женщина. Фундаментальная.
— Позвольте уточнить пару моментов, господин лейтенант, — прогнусавил чиновник, едва суровая тётка ушла.
— Капитан-лейтенант, с вашего позволения, — поправил наш провожатый, темнея лицом.
— Не вижу принципиальной разницы, — небрежно отмахнулся чиновник. — Я, собственно, здесь не за этим, но мимо пройти не могу. Объясните, по какой причине я не наблюдаю ни одного спасательного круга? И почему якоря нет?
Не знаю, какое ведомство представлял желчный зануда, но кадровые часто пасовали перед бюрократами. Особенно молодые и особенно перед проверяющими. Вот и наш провожатый пошёл пятнами, не находясь, что ответить. Мне стало жалко капитан-лейтенанта, и я решил его выручить.
— Как якоря нет⁈ Лодка? Без якоря? Вопиющее безобразие! — громко возмутился я. — Немедленно вызовите сюда капитана!
— Спасибо за идею, юноша, — чиновник посмотрел на меня с одобрением. — Но звать никого не надо. Я сам его найду. Чтобы врасплох, так сказать… Тут налицо халатность и пренебрежение должностными обязанностями, если не присвоение средств.
С этими словами он сунул блокнотик с карандашиком в карман кителя и отправился уличать и разоблачать. А я проводил его взглядом, мысленно усмехнувшись:
«Ну-ну, удачи. Капитан тебе быстро мозги на место поставит».
— Я ваш должник, — выдохнул наш провожатый. — С училища теряюсь в присутствии вот таких…
— Не стоит, — отмахнулся я. — Орудийную палубу покажете?
— Вообще-то, не положено, — замялся он.
— И будем в расчёте, — с улыбкой подтолкнул я к правильному решению.
— Ну Павел, мы никому не расскажем, — подключилась Катрин, тронув его за плечо, чем окончательно добила капитан-лейтенанта.
Отказать фиолетовой рыжей у него не хватило решимости.
— Хорошо, сделаю для вас исключение, — согласился он и, оглянувшись, добавил: Тем более что, кроме вас, никого не осталось.
Генеральша с падчерицей и адъютантом, действительно, потерялись. Скорее всего, они и экскурсию использовали как повод для приватной прогулки. Естественно, не втроём, но так уж сложилось.