О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)
– Ну... Честно говоря, я еще не знаю, как тебе его остановить. Об этом пророчество молчит, но может сказать Стена Алдуина. Надеюсь.
Женщина покачала головой.
– Ты правда веришь, что этот твой Храм Небесной Гавани уцелел в веках?
– Да. Дельфина совершенно верно указала место. Вход должен быть рядом с этим Картспайром. А что мы там найдем, увидим не раньше, чем придем туда.
Вернулась Дельфина в сопровождении двух коней – своего рыжего жеребца и небольшого чернявого (по крайней мере, так казалось в темноте) конька. Последнего она подвела Эсберну, дождалась, пока он залезет на спину лошади, и только потом запрыгнула на своего.
– Мы будем ждать тебя у Картспайра, – сказала она и медленно поехала по заснеженной улочке деревни на юг. – Удачи.
Эсберн склонился к Банри с седла и протянул женщине книжечку с картой.
– Вот, возьми себе, – предложил старик. – Почитай. Это перевод древнего текста времен Второй Империи. Может, тебе будет интересно.
– Спасибо, – пробормотала Готтлсфонт и быстро спрятала томик под куртку – начинался снег. – Удачи вам обоим в пути.
Дед кивнул, потуже затянул плащ и поехал вслед за Дельфиной.
====== Заговор Изгоев ======
Поскольку Банри уже довелось побывать в Аванчнзеле, Маркарт не заставил ее потерять дар речи от потрясения, хотя имперка и была весьма и весьма впечатлена. Зато Лидия разразилась целой серией ахов и охов, глазея по сторонам. В общем-то, ее было трудно винить – столь хорошо сохранившиеся двемерские города не каждый день встречаются, но Банри бурчала:
– Подумаешь... Они же просто нашли двемерские руины и обжили их, а вот у нас в Вайтране все свое. Ну, кроме Небесной кузницы. И Златолиста.
Небесную кузницу действительно построил неизвестно кто и неизвестно когда, но совершенно точно задолго до Вайтрана и, скорее всего, до того, как Исграмор явился из-за моря Призраков со своей дружиной.
– Так-то оно так, мой тан, – выдохнула Лидия, не переставая вертеть головой, – но все равно выглядит потрясающе.
– Зато у нас есть специальное отопительное дерево, – гнула свое танша. – И я не имею в виду дрова.
Нынешний Златолист, чья вершина уже колыхалась на уровне Облачного района, а ствол с трудом можно было обхватить двумя руками, Банри лично принесла из древней пещеры, что в Истмарке. С тех пор в Вайтране и его окрестностях ни разу не было морозов, даже когда в тундре мамонты околевали; а паломники из других земель не иссякали, обеспечивая стабильный доход владению.
– Тут тоже снега не видно... – протянула хускарл. Банри насупилась. – Ладно, ладно, я же не спорю, что дома лучше.
Лидия прихватила их общее снаряжение и отправилась искать кузнеца или оружейника – стычки с полуголыми, невзирая на холодное время года, размалеванными дикарями, именующими себя Изгоями, за время путешествия по Пределу произошли не раз и выдались более чем жаркими. В последнем бою телохранительница умудрилась сломать свой меч об каменный тесак одного из нападавших, а лезвие топора ее хозяйки оказалось так выщерблено, что его можно было использовать в качестве пилы.
Имперка проводила Лидию взглядом, осмотрелась и решила податься в таверну с несколько тревожащим названием «Серебряная кровь». Правда, она покинула это заведение, не просидев там и получаса – уж слишком в заведении было мрачно во всех смыслах: темно, да и трактирщик с женой не стеснялись крыть друг друга во все корки прямо при посетителях. Чтобы убить время, Банри сходила на конюшни – проведать лошадей. В сражениях с Изгоями их не единожды ранили, но к счастью, всякий раз не тяжело, и имперка подлечивала животных заклинаниями. Убедившись, что Альфсигра и Подарок неплохо выглядят и едят с аппетитом, Готтлсфонт вернулась за стены Маркарта и прошлась по рынку, разглядывая товар на прилавках.
– Может, какую-нибудь безделушку перед возвращением домой? – спросила торговка, продающая различные поделки из серебра.
Серебра в Маркарте было полно, об этом не забывали, так или иначе, напомнить все его жители.
– Да, – кивнула женщина, разглядывающая украшения на прилавке ювелирши, – этот кулон определенно понравится моей сестре.
«Некрасиво пальцем показывать», – подумала Банри и повернулась, чтобы идти дальше, но тут разом случилось несколько событий. Из толпы выскочил мужик в пропыленной одежде, одной рукой ухватил покупательницу, так и не успевшую приобрести украшение, под подбородок, а второй раз двадцать ударил ее ножом в спину – никто даже не успел ничего предпринять.
– Предел принадлежит Изгоям! – взвыл убийца, даже не пытаясь бежать или скрыться.
Народ на площади с криками запоздало бросился врассыпную, зато активизировались стражники. Через минуту истыканный стрелами душегуб рухнул рядом с телом своей жертвы на мостовую, обливаясь кровью, прохрипел нечто вроде «Я умираю за свой народ» и скончался. Стражники без особого рвения осмотрели покойников, затем двое солдат куда-то ушли, оставив сослуживца охранять место преступления. Продавщица драгоценностей, трясущаяся неподалеку от Банри, в ужасе запричитала:
– Боги мои, Изгои в городе!
– Всем разойтись, – приказал солдат, сторожащий покойников. – Стража Маркарта наводит порядок. Никаких Изгоев здесь нет.
Перепуганные горожане повиновались, и рыночная площадь вскоре опустела. Готтлсфонт осталась почти в полном одиночестве, если не считать охранника и вернувшейся Лидии.
– Что случилось, мой тан? – прошептала хускарл, сжимая в руке новый меч и озираясь. – Кто-то упоминал Изгоев, я слышала.
– А шут его знает, – так же в полголоса отозвалась Банри. – Какой-то урод зарезал тетку, покупавшую украшения. Непонятно за что.
– А вам что, отдельное распоряжение нужно?! – рявкнул стражник, незаметно подобравшись к гостьям города поближе. – Дальше мы разберемся. Идите своей дорогой.
– Мы уже уходим, – послушно ответила Банри и двинулась в сторону таверны, но Лидия почему-то за ней не последовала.
– Этот человек что-то орал про Изгоев, – сообщила она, кивнув на тело убийцы.
Стражник набычился.
– Сказано же – иди своей дорогой, – процедил он. – Изгои – просто кучка сумасшедших. У нас все под контролем. Не вмешивайся.
– Ладно, ладно, – вмешалась имперка и на всякий случай ухватила телохранительницу под руку. – Все равно это не наше дело.
– Именно так, – раздельно проговорил охранник, – не ваше дело.
Подоспели его товарищи с большими полотняными мешками, в которые они споро принялись упаковывать трупы. Почти дойдя до «Серебряной крови» Банри услышала, как один из них раздраженно пробурчал:
– Проклятье. Опять тела прятать.
Недовольная Лидия толкнула дверь в таверну, и навстречу ей показался какой-то парень. На физиономии у него имелась татуировка, как и у многих местных жителей, принадлежащих к коренному населению Предела. Молодой человек быстро взглянул на место преступления и покачал головой:
– Боги! На женщину напали прямо на улице, у всех на глазах.
– Да уж, – буркнула имперка и попыталась просочиться мимо парня в трактир, но не тут-то было – он ненавязчиво загораживал вход.
– С вами все в порядке? – участливо спросил юноша. – Что произошло?
Банри вздохнула.
– Ну, кто-то что-то заорал об Изгоях, и все.
– Изгои? Странно. Что ж, я надеюсь, что Восемь хотя бы подарят тебе больше покоя в будущем. – Он отошел с дороги, «случайно» уронив кусочек бумаги. Банри выругалась про себя, твердо решив, что ни за что не станет подбирать, что бы это ни было. – О, у тебя что-то выпало из кармана. Какая-то записка. По-моему, важная.
Имперка метнулась в таверну, но Лидия опять отстала. Скрежеща зубами от досады, Готтлсфонт услышала, как ее хускарл, по совместительству – сознательная гражданка, вопрошает парня, не его ли это записка, и что все это значит.
– Моя? Нет-нет, это твоя записка, или твоей спутницы. Должно быть, выпала из кармана у кого-то из вас.
Телохранительница подобрала бумажку – Банри едва не лопнула от злости – и спросила: