Магия большого города. Журналистка
Я нервно поежилась.
Тут одной проверкой на сглаз не обойтись. Такие и проклясть могут.
– Доброго вам утра! – радостно поприветствовал дам мистер Хэмнетт, взмахнув рукой. Женщина с шарфиком в руках поджала губы и окинула нас троих оценивающим взглядом.
– Доброго, доброго, мистер Хэмнетт, – отозвалась она. – Кого привезли на этот раз?
– Моя секретарша, прошу любить и жаловать! – тычком в многострадальную спину меня вытолкнули вперед, словно прикрываясь моим телом от пронзительного взгляда дамы. – И ее подруга. Надеюсь, им найдется квартирка?
– Вашим знакомым у нас всегда рады, – сухим, совсем нерадостным тоном сообщила женщина, с достоинством поднимаясь с лавочки. Сидевшие рядом рукодельницы оживленно зашушукались, обсуждая то ли наш внешний вид, то ли мою профпригодность. – А где их вещи? Или они… так?
– А вон! – не менее жизнерадостно взмахнул рукой журналист в сторону дороги. Подъехавшая следом труповозка заставила кумушек ошарашенно замолчать. Впрочем, они быстро пришли в себя, завидев чемодан и подушки в распахнувшихся дверях, и зашептались с новой силой.
Двое полицейских мрачно и быстро принялись выгружать багаж. Видно было, что роль грузчиков им в новинку и не слишком приятна.
Мимо их ног скользнул Шейд, черной молнией метнулся ко мне и уселся на прокопченные туфли, принявшись недовольно умываться. Мол, принять приняла, хозяйка, а обращаешься со мной так себе. Бенджи добропорядочно сидел в клетке, которую уже водрузили на тротуар. Несмотря на то что дверца погнулась и раскачивалась на петлях, нахохлившийся скворец не делал попытки выбраться. Скорее, наоборот. Попробовал бы кто-нибудь его оттуда вытащить!
На глаза снова навернулись слезы. Увлекшись собственными переживаниями, я и не подумала проверить, как там мои питомцы! Отвратительная из меня хозяйка.
Мистер Хэмнетт присел на корточки и с любопытством оглядел кота.
– Надо же, какой у вас занятный питомец, – хмыкнул он и вытянул вперед руку. Шейд брезгливо обнюхал ее, подумал и пошел тереться боком о брюки журналиста, оставляя на серой клетчатой ткани клочки черной шерсти.
– Так получилось, – вздохнула я, не собираясь вдаваться в подробности кошачьей родословной.
Шагнув к машине, я подхватила клетку с разобидевшимся скворцом и потащила ее ко входу в здание. Ночевать нам с Самантой все равно негде, лучше уж у знакомых мистера Хэмнетта, чем в полицейском участке или на улице. Вопрос, конечно, сколько с нас потребуют в качестве оплаты, но раз у меня теперь зарплата приличная, можем и пожить пару недель, пока не найдем что-нибудь подешевле.
– Ваши вещи, – буркнул полицейский, кивая на неровную кучу подушек, платьев и полотенец, которую величаво венчал массивный Зинтер. Мой кофр скромно угадывался где-то внизу, под всем этим богатством.
– Благодарю, – кивнула я. – Вы очень добры.
Мужчина недовольно фыркнул, словно ожидал чего-то другого, и раздраженно хлопнул дверцей. Взревев мотором, труповозка укатила, оставив после себя дымный след отработанного брикета.
Дама отложила бесконечный шарфик на скамеечку и придержала для меня тугую дверь, пока увлекшийся журналист возился с котом. Шейд разошелся и принялся когтить мужскую руку, а мистер Хэмнетт вовремя ее успевал отдергивать – чаще всего – и радовался, как ребенок.
– У вас что-то случилось? – с неожиданным сочувствием поинтересовалась женщина, заходя за деревянную стойку у входа. За ее спиной высился компактный стеллаж с ключами, большая часть ячеек пустовала, в некоторых лежали стопками письма, ожидая адресата. Холл напоминал гостиную – все уютно, по-домашнему, мягкие диваны, пара кресел-качалок у окна с небрежно брошенными на спинки пледами крупной вязки. Я поймала себя на мысли, что некоторые подушки от Саманты неплохо бы вписались в общий интерьер.
– Пожар, – лаконично отозвалась я, перехватывая клетку поудобнее. Руки все еще саднило, хотя в участке мне позволили их помыть и даже выдали бинт, перевязать ладони. Толку с того. Тут нужна мазь, а то и визит к доктору не помешал бы. Вот еще расходы на мою голову…
– Сочувствую, – не менее коротко отозвалась дама, извлекая откуда-то из-за стойки увесистый формуляр и принимаясь за заполнение. – Фамилия, имя, место работы?
– А давайте потом? – предложил зашедший следом мистер Хэмнетт. На руках он держал обнаглевшего вконец Шейда. Тот довольно щурился, свесив лапы, и спесиво обозревал все вокруг свысока. – Девушки устали, у них была непростая ночка. Под мое слово, м?
– Ладно, – нехотя согласилась дама, закрывая формуляр, но не убирая его далеко. – Вечером заполним. Я – мисс Поллет, заведующая доходным домом. Обращайтесь ко мне в любое время по всем вопросам.
Изящный ключ с деревянной круглой биркой лег на стойку, и Саманта тут же схватила его, не задавая лишних вопросов. Я все же решила полюбопытствовать:
– А почем здесь проживание? Хотелось бы знать заранее, не поймите превратно.
– Ну что вы, совершенно закономерный вопрос! – замахала на меня руками мисс Поллет. – Я-то думала, вам мистер Хэмнетт уже все рассказал. У нас здесь социальное жилье, специально для тех, у кого сложности…
Раскатистый кашель со стороны журналиста прервал восторженную речь дамы, но суть я уловить успела. Здесь, похоже, некое убежище для пострадавших. Ну что ж, могло быть и хуже. Непонятно только, с чего мистер Хэмнетт вздумал затыкать красноречивую даму.
– В общем, с вас обеих за квартиру тридцать тайлеров в месяц, – неловко закруглилась мисс Поллет.
Саманта икнула и чуть не уронила ключ.
– Сколько? – пролепетала она дрожащим голосом.
– На двоих. Разберемся, – с нажимом произнесла я, подталкивая соседку клеткой в сторону лестницы. Лифт тут тоже имелся, специфическую полированную шахту-цилиндр рядом со стойкой я приметила сразу, но соваться туда у меня желания не было ни малейшего. – Пойдем, посмотрим на жилье и начнем потихоньку перетаскивать вещи.
– Спасибо, – пискнула девушка, глядя на меня обожающе. Я только вздохнула. Не пожалею ли о своей сердобольности? Надеюсь, что нет.
Квартира, которую нам предоставили, располагалась на пятом этаже. Не слишком высоко, чтобы запыхаться при подъеме по лестнице, но и не низко. Небольшая прихожая со шкафом для верхней одежды плавно переходила в общую гостиную. Огромные окна во всю стену и декоративный узенький балкончик, едва вмещавший два стула и цветочные горшки на парапете, открывали вид на соседские крыши и сверкающие вышки делового центра.
Слева от входа расположился небольшой отгороженный угол с кухней. Холодильный шкаф, современная плитка на брикетах, никакого газа и дров. Дорого, зато безопасно. Мебель походила на ту, внизу, в холле. Удобная, практичная и в то же время уютная. Два кресла, диван, круглый обеденный стол на четверых – получается, тут все же можно было приглашать гостей? Нужно будет уточнить этот вопрос у мисс Поллет.
Две идентичные двери на противоположных сторонах вели в абсолютно одинаковые комнаты с личными уборными. Даже ванну делить с соседкой не придется, повезло.
Неловко мявшийся на пороге журналист наконец догадался отпустить с рук кота. Шейд мяукнул и отправился изучать новые территории.
– Квартира, конечно, не высший класс, зато дешево, – вздохнул мистер Хэмнетт, неуверенно переступая порог. Мы с Самантой переглянулись и синхронно хмыкнули. Да, у нас со столичным хлыщом разное представление об уровне цен. Впрочем, поправлять или спорить с ним я не собиралась – зачем? На первое время, протянуть пару недель нам вполне сойдет. Нет, не так – место и соотношение цена-качество здесь действительно шикарное, но жить нужно по средствам. Это точно не уровень приезжих провинциалок, чудом пристроившихся на теплое место в столице. Нам бы что попроще, подальше от центра, и самое главное – подешевле.
– Спасибо вам большое! – поблагодарила я его от всей души. Пусть он не до конца понимает наши проблемы, это не так уж важно. Зато позаботился, спас, можно сказать. Меня так точно – от проверки на магическую составляющую.