Магия большого города. Журналистка
В дверь ввалились подружки мисс Поллет. Каждая несла в руках увесистую охапку подушечек, через локти перекинули подкопченные и помятые платья Саманты, а вишенкой на торте сверху красовалась игривая кружевная ночная сорочка.
– И ты это… на работу приходи завтра. Если сможешь, конечно, – промямлил мистер Хэмнетт, поспешно ретируясь. Помогать разбирать женское белье он был явно не готов.
– Обязательно приду! – пообещала я пустому уже коридору. Судя по удаляющемуся топоту, журналист тоже решил воспользоваться лестницей. И правильно, здоровее будет.
Следующий час мы с неожиданными помощницами перетаскивали вещи. Тумбочка куда-то запропастилась, так что ничего тяжелее Зинтера нам носить не пришлось. Да и его тут же заняла Саманта. Она обняла машинку, как родное дитя, прижала к сердцу, чуть ли не баюкая, и всхлипнула, с трудом сдерживая слезы.
– Это мне от матушки досталось, – пояснила она, хотя я не задавала никаких вопросов. Слишком много у меня своих секретов, чтобы пытаться выпытать чужие. – Она швея была знатная, меня всему научила.
– Понятно, – кивнула я, хотя это никоим образом не объясняло, откуда у гениальной швеи взялась машинка, стоящая больше, чем авто мистера Хэмнетта.
В свою очередь я украдкой проверила кофр. Записи лежали там, где я их оставила, в гуще белья. Похоже, полицейские оказались совестливые или же стеснительные, и не полезли в дамские принадлежности. Кому придет в голову искать магические записи в приторно-розовых мягких обложках? Раскладывать вещи я не спешила. Кто знает, какие сюрпризы поджидают нас в этом с виду современном здании?
От неожиданного стука в дверь я нервно вздрогнула. Саманта оказалась проворнее и, пока я добиралась до гостиной, успела открыть дверь и впустить с любопытством оглядывающихся рукодельниц. Всех трех.
В руках мисс Поллет дымился огромный пирог-плетенка, сочащийся начинкой сквозь мелкие дырочки в тесте. Судя по запаху, курица и грибы. У меня язык не повернулся выпроводить незваных гостий, а Саманта уже деловито привечала их, придвигая к столу дополнительно кресло, чтобы все поместились.
Живот мой согласно заурчал, намекая, что выпроваживать доброжелательно настроенных дам будет невежливо. Заодно можно воспользоваться возможностью и расспросить их немного о здании и вообще районе. Мало ли, тут тоже водится что-нибудь проклятое…
Глава 3
Мимолетный взгляд на измазанный в траве и саже подол подсказал мне, что я нынче не в том виде, чтобы вести светские беседы. Сначала было бы неплохо принять душ, отдохнуть, отоспаться – ну, или хотя бы переодеться.
Плотно закрыв дверь в комнату и неловко изогнувшись, я вытащила из-за пояса юбки на спине твёрдый некромантский томик. Именно из-за него я сидела в кабинете и допросной как на иголках. Вздумай полицейские меня обыскать, и прощай реликвия – вместе с жизнью. Придирчиво окинула взглядом комнату, прикидывая, где спрятать опасную драгоценность. В белье? Саманта не полицейский, не факт, что не заглянет из любопытства. Запирать комнату я, конечно, буду, но для начала нужно будет поставить защелку на дверь. Похоже, в столице предпочитают открытый всем взглядам образ жизни. Никаких секретов от соседей!
Среди розовых романов черной коже тоже не затеряться. Увы. В ближайшее время я постараюсь оформить некромантский манускрипт в общей гамме, но пока что… пришлось обойтись с ним невежливо и засунуть под клетку Бенджи. Там как раз имелась выемка, для устойчивости. Скворец недовольно скрипнул, но возражать активно не стал. Понимает, что, если сейчас устроит скандал, останемся мы с ним на улице. Мало ли, буйных животных и их хозяев отсюда выдворяют? Лучше не напрашиваться на неприятности.
Они нас и сами находят только так.
Быстро приведя себя в порядок и облачившись в один из уцелевших костюмов от мистера Даура – вот что значит качество, даже полет с четвёртого этажа им нипочём! – я присоединилась к импровизированному собранию. Саманта тоже успела заняться собой – неведомо когда, и сияла свежестью, будто и не было бессонной ночи в участке.
Признаться, я ей слегка завидовала. Это особый талант – прекрасно выглядеть и в обмороке, и в беде, и после допроса, пожара, незапланированного переезда, не говоря уже о прыжке с высоты. Причёска подруги по несчастью была тщательно уложена, волосок к волоску, на одежде ни следа сажи, даже пахло от нее свежестью и фруктами, в отличие от меня. Как я себя ни нюхала, все время казалось, что вокруг дым и вонь сгорающей плоти.
Кумушки, оказавшиеся по совместительству соседками с нижних этажей, угостили нас не только домашним пирогом, но и вкуснейшим чаем. Заодно мисс Поллет показала мне, как пользоваться брикетной плиткой. Я такие раньше видела лишь на картинках в журналах для модных домохозяек. Теоретически, конечно, все просто – повернуть ручку, как в газовой, и зажигать ничего не надо – но грелись они куда медленнее и остывали тоже, потому нужно быть внимательной и не забыть на плите чайник. А то можно остаться и без плитки, и без чайника. Пригорят друг к другу, расцепляй потом.
– Дом у нас тихий, в основном одинокие женщины, – бросая на меня многозначительные взгляды, рассказывала мисс Поллет. – Район тоже безопасный, только в парк лучше не ходить.
– А что там? – насторожилась я.
– Собаки, – лаконично отозвалась дама. Похоже, не любитель зверья. Надеюсь, она здесь не решает, кого выселять в первую очередь, а то как бы нам с Бенджи и Шейдом не пришлось спешно освобождать квартиру. Впрочем, ее следующие слова рассеяли мои сомнения. – Гадят повсюду, спасу от них нет. Не то что котики. Вот ваш, например, к лотку приучен?
– Конечно!.. – проблеяла я, косясь на Шейда. Мне как-то в голову не пришло уточнить у прошлого хозяина этот момент. Не до того было. Ну, выясним скоро. Надо будет – приучим.
Почуяв, что речь идет о нем, кот обернулся и окинул меня полным презрения взглядом. «Коты могут все, о своем лотке позаботься, деревенщина», – говорил он.
– Молодых людей лучше не водить, – продолжала тем временем перечислять правила проживания мисс Поллет. – Мистер Хэмнетт – исключение, временное. Но вы и сами должны понимать…
– Между нами сугубо деловые отношения! – поспешно заверила я даму.
Та оглядела меня недоверчиво, но тему развивать не стала. Зато добавила еще несколько очень важных пунктов – таких, как вынос мусора, стирка и уборка. Оказывается, здесь даже имелись новейшие стиральные машинки! Правда, всего две на здание, и установлены они в подвале, так что нужно было записаться в очередь и не пропустить ее, поскольку желающих под сотню, а дней в месяце всего тридцать. Но уже облегчение – не придется вручную возиться с постельным бельём.
– Как у вас здесь все по-современному, продвинуто! – искренне восхитилась я. Мисс Поллет немного оттаяла, видя мой восторг.
– Мистер Хэмнетт заботится о том, чтобы у бедняжек все было самое лучшее, – она понизила голос, и я поняла, что сейчас услышу смачную сплетню о начальстве. – Говорят, его невеста когда-то пострадала, так что теперь он старается помогать всем девушкам, попавшим в беду. Ну, раз тогда не успел.
– Не успел? – эхом повторила я, переваривая занимательную новость. У мистера хама есть невеста, надо же! А с секретаршами, очевидно, он просто развлекается.
– Бедняжка вроде даже руки на себя наложить собиралась! – придвинувшись ближе, продолжала изливать на меня откровения мисс Поллет. – Раз мистер Хэмнетт до сих пор не женат, значит, так и страдает несчастная. Я слышала, даже в дурку ее возили! То есть дом для душевнобольных! Но помочь ничем не смогли.
– А в какой именно? – деловито уточнила я. – И как ее зовут? Может, я про тот случай в газетах читала, громкая же должна была быть история.
Мисс Поллет поспешно собрала на поднос готовый уже давно чайный набор и пробормотала что-то об остывающем кипятке.
Так я и думала, собственно. Слухи, и ничего более. Не факт, что та самая пострадавшая девушка – невеста мистера Хэмнетта. А еще более вероятно, что ее вовсе никогда на свете не было, а своим появлением она обязана буйному воображению кумушек. Но легкое разочарование я все же ощутила, за что себя же и выругала. Не хватало только увлечься собственным начальством!