Ошеломленный

– Я уже сказал Маку: никакого стриптиза. Мне хочется чего-то тихого и спокойного, а не сумасшедшую вечеринку, понимаешь?
Я сажусь и делаю большой глоток воды из своей бутылки.
– Что насчет ночи в гостинице в Шотландии?
Роан с интересом поднимает бровь.
– А с этого места поподробнее.
Я вытираю пот со лба и продолжаю:
– Через две недели состоятся Дандональдские игры горцев [18], а у моего дедушки есть пустующее поместье. Раньше там располагалась гостиница, которой он заведовал вместе с бабушкой, но пару лет назад она умерла. В этом году дедушка наконец решился его продать, но поместье перейдет новому владельцу только через месяц. Мы можем остановиться там, напиться виски и проверить, сможешь ли ты сравниться с чистокровным шотландцем.
Роан улыбается.
– Посмотрим, выстоишь ли ты против настоящего южноафриканца.
– Твоя мама англичанка, дурак. – Я шутливо толкаю его в плечо.
Роан кивает.
– Звучит идеально, я за.
– Я так понимаю, кузены невесты тоже приглашены, – перебивает нас Таннер. – Мальчишник без братьев Харрис – это детский сад.
От вида Таннера, в отчаянии дергающего себя за бороду, меня пробирает на смех.
– Вам всем разве за детьми не надо присматривать?
– Для этого есть няни, – фыркает Таннер.
– Скорее уж дедушки, – усмехается Букер. – Отец обожает возиться с внуками.
Я киваю им обоим.
– Тогда отлично. Места хватит всем, так что я подготовлю все для Харрисов. Таннер, не хочешь позвать кого-то еще на уикенд, на который ты сам себя пригласил?
– Может, Сантино? – Таннер ставит ногу на скамейку. – Я ему жизнью обязан за то, что он для меня сделал пару лет назад.
Я моментально напрягаюсь.
– Только не Сантино.
– Чем он тебе не нравится? Ты его всегда ненавидел, но так и не объяснил почему, – встревает Роан.
– Не забивай себе голову, – я встаю, чувствуя напряжение в мышцах от неприятного разговора, – это неважно.
– Но меня это волнует. – Роан серьезно смотрит на меня. – Особенно учитывая то, что у него сегодня свидание с твоей подругой Фреей.
– Что? – резко переспрашиваю я. – О чем ты говоришь?
Роан пожимает плечами.
– Вообще, мне нельзя тебе об этом рассказывать, но, если Сантино плохой парень, лучше скажи своей подруге, чтобы она с ним не связывалась.
– Что ты хочешь этим сказать, ДеВолт? – Я сверлю его взглядом. – Ты несешь какой-то бред. Фрея ни за что не пошла бы на свидание с Сантино.
– Она сказала Элли, что встретится с ним сегодня в каком-то шикарном ресторане на крыше, – говорит он, закидывая на плечо полотенце. – Поверь, мужик, я бы тебе не стал о таком врать.
Я так сильно сжимаю челюсть, что вот-вот послышится треск зубов. Не тратя больше времени на слова, я разворачиваюсь на пятках и мчусь в сторону душа. Так не пойдет.
– Где она? – рычу я, когда Элли отвечает на звонок.
– Мак?
– Она сейчас с ним? – с каждым словом доброжелательность покидает меня.
– Роан должен был молчать об этом! – с тревогой в голосе восклицает Элли. – Зачем он тебе проговорился?
– Элли, просто скажи мне, где она, и я со всем разберусь.
– Разберешься? Что ты собираешься сделать, Мак? Перебросить ее через плечо и утащить со свидания просто потому, что он тебе не нравится?
– Да, если придется.
Элли хмыкает в трубку.
– Бесполезно. Она намерена найти пару на свадьбу, и я считаю, что тебе не стоит вмешиваться. Это пойдет ей на пользу. Ей стоит чаще ходить на свидания.
– Это не обсуждается, Элли. – Я изо всех сил пытаюсь сохранять спокойствие. Я знаю, что Элли заботится о Фрее, но прямо сейчас я переживаю за нее сильнее.
Элли фыркает.
– Мак, если бы я не знала тебя, то сказала бы, что ты ведешь себя как ревнивый бойфренд.
– Если бы я тебя не знал, то сказал бы, что ты сейчас поступаешь как хреновая подруга. Зная то, что знаю о нем я, ты бы тоже не хотела, чтобы такой мудак, как Сантино, даже на километр приближался к твоей подруге. Просто скажи мне, где она.
 
Минутами спустя я подъезжаю к «Радио Руфтоп». Я чувствую, как кровь в венах кипит от ярости.
Чертова Куки.
Да, я избегал ее последние пару дней, но это было только для того, чтобы я мог взять себя в руки. Я не знаю, что значил наш поцелуй, и определенно не понимаю, зачем я сделал то, что сделал после него. У меня голова шла кругом, и мне нужно было время, чтобы в себе разобраться.
Как бы то ни было, она должна была мне сказать о своих чертовых планах! Я же ее тренер по отношениям, или как там она меня зовет. Она прекрасно знает, что я думаю о Сантино, так что ее свидание с ним – полнейшее предательство нашей дружбы. Я намерен высказать ей это прямо сейчас.
Я поднимаюсь на лифте до ресторана на крыше, о котором говорила Элли. Как только двери открываются, я понимаю, что сюда не приходят в джинсах и кроссовках, но мне на это наплевать. Завидев меня, администратор смеряет меня презрительным взглядом. Оценив мой внешний вид, он осуждающе поджимает губы.
– Извините, сэр, у нас тут строгий дресс-код. – Он утыкается в свой дурацкий блокнот.
– Мне просто подругу забрать, я ненадолго.
– Сэр, я не могу вас пропустить. – Администратор неловко смеется и пялится на татуировки на моих руках. – Понимаете, нам нужно поддерживать репутацию.
– Я могу разрушить вашу репутацию одним твитом с моего аккаунта на двести тысяч подписчиков, – процеживаю я сквозь сжатые зубы.
– На сколько? – спрашивает он с недоумением.
– Джеймс! – верещит подбегающая к нам женщина. – Конечно, мы найдем столик для мистера Маклая Логана, полузащитника «Бетнал Грин».
Я поворачиваюсь к источнику визга, который встал рядом с мистером Ублюдочная Вафля, которого не помешало бы хорошенько встряхнуть. Женщина жадно меня рассматривает, и ее взгляд только сильнее меня выбешивает.
– Мне не нужен столик. Я просто хочу забрать свою подругу.
Я указываю на крышу, полную парочек, утопающих в теплом романтичном освещении, наслаждающихся мерцающим видом ночного Лондона. Я оглядываю помещение и чуть не падаю замертво, заметив Фрею. Мою чертову Фрею, которая с легкостью лавирует между столиками, словно она Моисей, раздвигающий Красное море. Фрею, одетую в то чертово потрясающее платье, которое я ей купил. Насмехаясь надо мной, на ней красуются туфли, купленные на мою чертову кредитку. Ее идеально завитые рыжие волосы сияют и струятся по спине. Богом клянусь, каждый мужчина в ресторане оборачивается, чтобы посмотреть на нее.
Разминая шею, я иду мимо тупых охранников в сторону моей лучшей подруги, по пути врезаясь в стулья, как слон в посудной лавке. Фрея оборачивается на шум и, увидев, как я пробираюсь к ней, в недоумении открывает рот.
– Мак, – смущенно смеется она, когда я оказываюсь на расстоянии вытянутой руки, – что ты тут делаешь?
– Забираю тебя домой. – Я хватаю ее за руку, но она быстро вырывается.
– В смысле – домой? Я на свидании. – Она нервно оглядывается на следящую за нами публику.
Меня слегка передергивает от внимания, которое я привлекаю к себе, но это не останавливает меня от ответа.
– Я знаю о твоем свидании с Сантино.
На секунду она запинается, пытаясь подобрать слова. Ее глаза с длинными ресницами опускаются к полу от стыда.
– Я бы сказала тебе, но…
– Из-за него я и забираю тебя домой.
Я снова протягиваю руку, но она уклоняется от моей хватки.
– Мак, ты меня позоришь.
Почти рыча, я наклоняю голову, чтобы встретиться с ней взглядом.
– Ты уже опозорилась тем, что появилась на публике с этим мудаком.
– Говори тише, – шипит Фрея. Ее челюсть напряжена от раздражения. Она смотрит вправо, где сидит тот самый конченый слизняк и никуда не годный кретин.
Сантино поднимается со своего места и смеряет меня наглым взглядом, который хочется стереть с его самодовольного лица. Он обладает жуткой способностью вести себя так, словно весь мир вокруг принадлежит ему. Так, словно он проделал большую работу, чтобы оказаться наверху, и теперь пожинает ее плоды. Я, блин, ненавижу его.