Ни единого шанса (ЛП)

Вкус его поцелуев остался у меня на языке, подстегивая меня, когда я, наконец, отстранилась. Мои соски были влажными от его рта, когда я откинулась назад и начала расстегивать молнию на его брюках, мои пальцы дрожали от предвкушения.
— Ты уверена? — его голос был хриплым шепотом.
— Больше всего на свете, — прошептала я в ответ.
В его глазах вспыхнул голод, отражая мою собственную потребность.
Он издал стон и откинул голову на холодный пол, как будто сдавался моим прикосновениям, нашей потребности друг в друге.
Я, наконец, вытащила его. Моя хватка вокруг него усилилась, вызвав стон одобрения. Я гладила его сначала нежно, затем более настойчиво, находя ритм, который соответствовал биению наших сердец. Его бедра напряглись, его твердый пресс прижался к моему телу.
— Боже, ты невероятна, — выдохнул он между пылкими поцелуями.
Он провел губами по моему животу, прежде чем уделить внимание моей груди. Когда его зубы задели мою чувствительную кожу, мои бедра дернулись навстречу ему. Я хотела от него большего, но еще больше я хотела власти, которую имела над ним, чтобы доставить ему удовольствие. Я хотела увидеть, как он кончает. Потеряет контроль.
В ответ на мои прикосновения Себастьян тихо застонал между моих грудей. Затем он захватил один из моих сосков, который снова оказался у него во рту, и я почувствовала, как между моих бедер разливается вожделение, настолько сильное, что я могла бы кончить от одного прикосновения его губ к моей груди. Я не могла не представить, каково это — полностью отдаться ему, отдать себя полностью.
— Я почти… — выдохнул он, его лицо раскраснелось от удовольствия. — Не останавливайся.
Я ускорила темп, крепче сжимая его. Когда он, наконец, кончил, его горячая сперма брызнула мне на живот.
Тяжело дыша, он посмотрел мне в глаза. Мягкая улыбка появилась на его губах, благоговение и благодарность смешались в его взгляде.
— Спасибо тебе, — прошептал он, запечатлев нежный поцелуй на моем лбу. — Моя прекрасная девочка, моя хорошая девочка.
— Я не уверена, что хорошая девочка сделала бы что-нибудь из этого, — сказала я, чувствуя, как его сперма пропитывает внутреннюю часть моей толстовки. Я была липкой из-за него. — Я собираюсь носить твою сперму весь день.
— Хорошо, — сказал он, запечатлевая еще один поцелуй на моей макушке. — Ты не просто какая-то хорошая девочка. Ты моя.
Я лежала там, чувствуя себя более комфортно, чем, вероятно, следовало. Как бы холодно тут ни было, мое тело ощущало тепло от возбуждения и от Себастьяна.
— Я бы хотела, чтобы мы могли остаться, — прошептала я. — Но мне пора на работу.
— Мне тоже, — неохотно признался он. — Скоро начнется тренировка.
— Может быть, я сначала приму душ.
Он приподнялся на локтях, посмотрел на меня горящими глазами.
— Ни в коем случае, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты весь день была в моей сперме. Я хочу чувствовать на тебе свой запах. Самое главное… Я хочу убедиться, что другие мужчины знают, что ты моя.
— Ты извращенец, — сказала я, но не смогла сдержать улыбку.
— Только для тебя, — сказал он, подмигнув.
Это была одна из многих, многих вещей, которые Себастьян сказал мне, в которые я хотела бы верить.
  
Глава 12
 
 
На следующий день я отпросилась с работы по болезни. Почему-то мне казалось, что, если я увижу ребят, это только еще больше запутает меня в том, что я делаю и чего хочу.
Я села на диван и уставилась на два пропущенных звонка и смс от Грейсона. Я начала набирать ответ, затем удалила его. Я была рада, что он не мог видеть, как я размышляю над таким простым сообщением.
В конце концов, я так же могла заболеть Грейсоном.
Простудилась. Выгляжу супер мерзко. Лучше тебе меня не видеть. 
Это было именно то, что я написала Кэрри двумя месяцами ранее, так что я знала, что это звучит правдоподобно. Конечно, она написала мне в ответ, что мне не о чем беспокоиться, потому что ее дети приносили все микробы в радиусе 500 миль домой. Она утверждала, что я заболела от ее гремлинов, и, вероятно, это было правдой.
 
Грейсон, с другой стороны, прислал мне ответное сообщение с предложением принести мне суп и позаботиться обо мне, как только он освободится с работы. Я не хотела думать о том, какая работа была у Грейсона.
Мне просто нужно было отдохнуть от них всех и от ощущения, что они уносят меня в новое будущее, но подальше от моего реального прошлого.
Я села в цивик и поехала на окраину города.
Грейсон, Картер, Джек и Себастьян ходили в старшую школу на окраине города. Я проехала мимо больницы, которая когда-то была моим домом, затем оказалась в пробке в час пик, пока не добралась до места назначения и движение не ослабло. Все пытались попасть в город, а не выбраться из него в такую рань.
Меня охватило беспокойное чувство. Мое колено тревожно задрожало, и я постучала по рулю, не совсем в такт музыке, которую слушала. Я не могла избавиться от ощущения, что совершаю ужасную ошибку. Но я должна была знать.
И что же там говорилось о секретах моего прошлого, что, казалось, мой мозг включился на полную мощность, нервно тревожась при мысли о том, чтобы распутать их? Что произошло в моем прошлом?
Сначала я поехала в старшую школу. Если ребята учились вместе, возможно, и я была там. Возможно, они знали меня с тех пор, когда мы были подростками.
Я заехала на парковку школы, остановившись у приземистого здания из серого кирпича. Это определенно не было похоже на одну из старших школ одного из моих любимых фильмов для подростков, таких как «Невежда» или «Десять вещей, которые я в тебе ненавижу».
Я подошла к двери и попробовала ее открыть, прежде чем поняла, что там был звоночек. Я нажала на дверной звонок, и по внутренней связи раздался голос.
— Чем я могу вам помочь?
Я думала, что окажусь лицом к лицу с человеком, когда задам эти уязвимые вопросы. Я уставилась на интерком, пытаясь придумать способ попросить о том, чего я хочу, чтобы это не прозвучало безумно.
Мне ничего не пришло в голову.
— Я хотела выяснить, посещала ли я эту школу.
— Зачем?
— Ну, у меня амнезия, и я думаю, что когда-то я могла быть здесь студентом…
— Это по-настоящему, или это сюжетная линия из мыльной оперы? — спросил молодой голос позади меня. — Это определенно похоже на один из тех фальшивых повов из тиктока, — сказал другой ребенок.
Я повернулась лицом к двум девочкам-подросткам, которые улыбнулись мне, затем помахали администратору через окно, и я впервые осознала, что за нами наблюдает пожилая дама с пурпурными волосами. Она заметно вздохнула и нажала на кнопку. Прозвучал сигнал тревоги, и один из детей протянул руку и схватился за дверь.
— Заходи, — сказала она дружелюбным голосом. — Я умираю от желания узнать, чем закончится твоя история.
— Я тоже, — сказала я.
Мы втроем прошли через маленький вестибюль и вошли в дверь кабинета.
— Итак, вы двое снова опаздываете, это просто шокирует, — сказала пожилая дама им двоим. Потом она повернулась ко мне. — Просто дайте мне секунду, чтобы отвести их в класс. Надеюсь, они успеют чему-нибудь научиться сегодня.
— Я так готова учиться, — сказала одна из девочек, широко раскрыв глаза.
Женщина усмехнулась и дала каждой из них по маленькому листочку бумаги.
Затем она повернулась ко мне.
— Еще раз, чем я могу вам помочь?
Две девочки задержались в дверях. Она даже не посмотрела на них, когда подняла палец, чтобы указать.
— Вон. Перестаньте пытаться нарочно пропустить урок математики.
— Я не думаю, что нас следует винить за то, что мы пытались избежать алгебры, — пробормотала одна девушка другой, когда они шли по коридору.
Выражение лица дамы говорило: «Мне недостаточно платят».
Я согласилась с ней. В общих чертах.
— Меня зовут Кеннеди, — объяснила я. — И пять лет назад я попала в аварию. С тех пор у меня амнезия. И я думаю, что могла бы учиться в этой старшей школе.