Ни единого шанса (ЛП)

Они казались… почти скучающими, ковырялись в салате и разговаривали между собой, не обращая внимания на девушек на сцене.
Это ничего не значит, Кеннеди. Ты же видела, как они уходили с девушками совсем недавно вечером, — попыталась напомнить себе.
Но это не помешало мне испытывать чувство удовлетворения каждый раз, когда я видела, что они не проявляют ни малейшего интереса.
Я как раз подошла, чтобы взять поднос с корзинками для хлеба, когда увидела своего босса Тодда, который осматривал толпу людей с раскрасневшимися щеками и испуганным выражением в глазах. Когда его взгляд упал на меня, в его глазах зажглась смесь облегчения и отчаяния.
— Кеннеди, — сказал он, и в его голосе прозвучала настойчивость, — мне нужна твоя помощь.
Я кивнула, горя желанием помочь всем, чем смогу.
— Конечно, в чем дело?
Он глубоко вздохнул, явно сомневаясь в том, о чем собирался спросить.
— У нас не хватает добровольцев для участия в аукционе, — объяснил он, — и это ради такого благого дела — помощи детям, подвергшимся насилию. Ну, нам нужно как можно больше участников, чтобы собрать для них деньги.
Я напряглась, надеясь, что разговор пойдет не так, как я думала. Я бы с радостью начала уговаривать женщин на улицах принять участие в аукционе, если бы…
— Мне нужно, чтобы ты приняла участие в аукционе, Кеннеди, — умолял он. — Пожалуйста, наша цель — оплатить школьные обеды для всех детей из приюта, а также купить им одежду, игрушки и велосипеды.
Я оглянулась как раз в тот момент, когда оттуда вышла блондинка в длинном изумрудном платье, ее золотистые волосы были уложены мягкими волнами по спине. Я сравнила ее платье с униформой, которая была на мне.
От меня пахло фаршированными грибами.
Я была в этом уверена.
Мои щеки вспыхнули от смущения при одной мысли о том, что меня выставят на аукцион в моем нынешнем состоянии. Я стала бы посмешищем.
Даже больше, чем после того, как я терлась об ногу незнакомца из-за грязного сна.
— Посмотри на эту фотографию, — умолял Тодд, когда я продолжала колебаться, вытаскивая фотографию из кармана.
На снимке был милейший маленький мальчик с проникновенными голубыми глазами и взъерошенными черными волосами.
— Это несправедливо, — прорычала я, чувствуя, что он только что объявил войну моим эмоциям.
Я была помешана на том, чтобы помогать маленьким детям. В принципе, я бы сделала все, что угодно если это им поможет.
Я запрокинула голову и вздохнула. Тодд уже победно улыбался, когда я, наконец, взглянула на него.
— Я сделаю это.
— Ты богиня, Кеннеди.
— Хорошо, — сказала я, слабо улыбаясь, страх уже охватывал моё тело.
Он начал подталкивать меня в сторону коридора, который вел к комнатам, где готовились другие участники.
— Могу я одолжить какое-нибудь платье? — зашипела я.
И снова взглянула на парней. Очевидно, у меня была проблема. Они уставились на меня в замешательстве, и я пожала плечами, прежде чем повернуться к Тодду.
— Ммм, я понятия не имею, — смущенно сказал он.
— Тодд! — рыкнула я, отчего мой голос сорвался на писк. — Я не выйду на сцену в своей униформе!
— Ты выглядишь великолепно, — уговаривал он, изображая из себя толстого лжеца, если таковой вообще существовал. — Я клянусь! — сказал он, подталкивая меня к надменного вида женщине с наушником в ухе, которая смотрела на меня так, словно я была насекомым, от которого она хотела быть как можно дальше.
— Я ненавижу тебя, — выплевываю я Тодду, у меня начинается приступ паники.
Он послал мне воздушный поцелуй и поспешил прочь.
— Вы волонтер? — презрительно спросила она, ее носик сморщился, когда она уставилась на мою форму.
Я еще не встречала таких очаровашек.
— Да, — процедила я сквозь стиснутые зубы.
Я делаю это ради детей. Я делаю это ради детей, — повторяла я снова и снова, чтобы не ударить ее по лицу и не выбежать с криком из комнаты.
— Сюда, пожалуйста, — вздохнула она, ведя меня по коридору в комнаты, заполненные самодельными зеркальными стендами.
В зале было немного девушек, аукцион скоро должен был закончиться.
 
Может быть, я им больше не понадоблюсь?
— У нас осталось одно платье, — сказала она, указывая на вешалку для одежды, висевшую на одной из полок.
Симпатичная блондинка с аккуратно уложенными волосами, одетая в сверкающее, золотое платье разглядывала меня в зеркале. По крайней мере, она не морщила нос, глядя на меня.
Прогресс.
— Надень платье… постарайся… привести в порядок свое лицо. И встань в конце, — сказала женщина, прежде чем повернуться, чтобы уйти.
Я потянулась, практически вцепившись в ее руку.
— Извините, вы сказали, чтобы я встала в конце? — спросила я, и в моих словах сквозила паника.
Она улыбнулась, ну, это определенно было больше похоже на «будет забавно наблюдать за тобой сверху» ухмылка.
— Ты в самом конце. Не нарушай мое расписание.
Она стряхнула мою руку, которую, как я запоздало осознала, все еще держала на ней, и зашагала прочь.
— Разве это не забавно? — воскликнула блондинка, припудривая носик.
— Очень забавно, — тупо повторила я, снова обращая внимание на сумку с одеждой.
По крайней мере, мне не пришлось оставаться в своей форме.
Я расстегнула молнию, открыв великолепное, блестящее, черное, коктейльное платье, ткань которого была насыщенного черного цвета, поглощающего окружающий свет, что делало его еще более соблазнительным. Это было… потрясающее платье, о таком я даже не мечтала.
За исключением одной маленькой проблемы.
Оно было как минимум на размер меньше.
— Вы не знаете, есть ли какие-нибудь другие платья в наличии? — спросила я блондинку.
— Это последнее. Думаю, оно было слишком велико для большинства девочек, — невинно сказала она.
Конечно, слишком велико для них.
Конечно, да.
Я зашла за перегородку для уединения и сняла свою рабочую одежду. Сделав глубокий вдох, я влезла в платье, задрав его как можно выше.
Блять.
Я уставилась на себя в зеркало, размышляя, не лучше ли надеть рабочую униформу.
Платье облегало меня как вторая кожа, каждый шов подчеркивал изгибы моего тела. С каждым легким рывком и тщательной подгонкой я пыталась втиснуться в платье, ткань протестовала со слабым, но настойчивым стоном.
Эй, по крайней мере, оно застегнулось.
Я уставилась на себя в зеркало, качая головой от этого зрелища. Меня вполне устраивало, что оно подчеркивало мои изгибы.
Но моя грудь… Теперь она не подчинялась земному притяжению и торчала повсюду.
Мои соски были на волосок от того, чтобы выскочить наружу.
Хорошо, что платье было таким обтягивающим, я думаю.
— Ваша очередь, — прошипел чей-то голос, и женщина, которая впустила меня, высунула голову из-за ширмы, ее хмурый взгляд стал еще шире, когда она уставилась на меня. — У нас расписание!
— Извини, — пробормотала я, прижимая руки к груди, пытаясь уменьшить эффект от такой большой груди.
Я обошла перегородку, и мои глаза расширились, когда я увидела, что комната совершенно пуста. Очевидно, мне потребовалось больше времени, чем я думала, чтобы втиснуться в это платье.
— Просто выйди на сцену, помаши рукой, сделай небольшой круг и отойди в сторону, — скучающим тоном объяснила мисс Золотой Лучик Солнца, почти подталкивая меня к коридору, ведущему на сцену.
— Хорошо, — пробормотала я, чувствуя, что у меня внутри поселился рой летучих мышей.
Меня чуть не стошнило. Ага. Я собираюсь поблевать прямо сейчас.
— Только не вздумай блевать, — рявкнула она на меня, словно прочитав мои мысли.
Или, может быть, для этого не требовалось читать мысли — я была уверена, что в тот момент мое лицо имело приятный оттенок гнилостно-зеленого.
Это все ошибка. Вот что я чувствовала. Платье красивое, но такое непростительно тесное, облегало меня, как вторая кожа. Как я оказалась здесь? Это была настоящая жизнь?