Лучший иронический детектив
— Жена Литовченко — шатенка. По крайней мере, была такой, когда приносила нам в «Пилигрим» деньги для Антона.
— Окрасилась в другой цвет!
— Алина, ты упорно не хочешь признавать, что это могла быть Настя? — Меня в отличие от моей подруги новость о том, что Антона забрала некая блондинка, скорее развеселила, чем ввела в заблуждение. Ох, уж эта неуловимая Настя! Дай бог, чтобы это была она.
— Да нет, ее же Ермаков убил, — завертела головой из стороны в сторону Алина и, перекрестившись, добавила: — Чур меня, чур.
— Это ты так решила, а Настя и не думала умирать.
— Но у Насти не было денег! — нашла, что сказать Алина. И тут она побледнела. — Если только, если только она не ограбила Альгамбру, — с трудом прошептала она. — Неужели ей это удалось? — в голосе Алины слышались едва различимые завистливые нотки.
— Это невозможно! — возразил ей Альберто.
— Для русского человека нет ничего невозможного!
— Не было никакого ограбления! Никаких даже намеков на взлом! — продолжал спорить с Алиной Альберто. — Все на месте: каждый кирпичик, каждая плиточка. И в Миртовом дворике, и в Львином — везде чисто.
— У нее могло быть несколько ориентиров, где зарыт клад. Один клад она изъяла сама, ко второму послала Ермакова, хотела откупиться от него без хлопот. «Нужны деньги? Добывай их сам», — могла она так сказать Ермакову? Могла! — сама же ответила Алина. Она просто на ходу генерировала идеи, как-то позабыв, что еще пять минут назад оплакивала Настю Ольшанскую.
— Не так-то просто и, главное, быстро обменять исторические ценности на обычные деньги, — поставил под сомнение Алинины фантазии наш гид. — Скорей всего, ваша Ольшанская оплатила лечение из собственного кармана.
— Но Литовченко говорил, что у Насти денег было в обрез.
— Врал!
— Допустим, — вмешалась я в разговор Алины и Альберто. — Но зачем ей тратить свои деньги на Литовченко? Тихенько с денежками вернулась бы домой или уехала бы в третью страну. Теперь-то она может себе позволить многое!
— А я думаю, она на Литовченко положила глаз, — не унималась Алина. — Ну должен же Насте кто-то понравиться? С Андреем Жаровым у нее любовь прошла. Ермаков — бандит.
— А Литовченко женат! — вставила я.
— Зато такой красивый, — вздохнула моя подруга. — Не зря же она его выбрала из группы виноделов.
— А потом бросила, когда тот попал в беду.
— Не знала, что его треснули по голове! Она ведь оставила записку — «Встретимся дома»!
— И где нам теперь их искать? — задумалась я. — Куда они могут податься?
— Можно, проверить списки авиа пассажиров, — предложил Альберто. — Хотя не факт, что они решились с такими деньгами лететь. Все-таки на авиалиниях предусмотрен досмотр пассажиров.
— Верно. Надо быть дураками, чтобы пойти на такой риск. Скорей всего они выберут окольные пути, если вообще надумают вернуться домой. Так что искать Настю с Литовченко все равно, что ветра в поле, — вздохнула я и посмотрела на часы. Стрелки часов катастрофически быстро бежали вперед. — Кстати, что с нашим вылетом? Летим мы или нет?
— Ты сама ответила на свой вопрос.
— Тогда надо на всех порах мчаться в аэропорт.
Когда мы выскочили из приемного покоя. Веня и Алексей уже садились в прибывшее такси. Куропаткин очень удивился, увидев, что мы выходим втроем, а не вчетвером, как он того ожидал.
— А где ваш Литовченко? Ему стало хуже?
— Нет, ему стало значительно лучше. Настолько, что он удрал, не дождавшись нас, — мрачно ответила Алина.
— Умер? — переспросил Веня.
— Почему умер? Я же говорю, уехал, не дождавшись нас. Кстати, Алексей, предположительно с Настей Ольшанской.
— Она жива?! — Кто поистине обрадовался ее воскрешению из мертвых, так это Алексей.
— Похоже, да, — протянула я нерешительно, ведь, если разобраться, все что касается Насти, это не более чем наши с Алиной измышление, вернее ее. На самом деле нам о ней ничего неизвестно: ни что она жива, ни что мертва.
Я очень пожалела, что забыла в кабинете дяди Альберто Настину фотографию — могли бы показать в больнице. Тогда бы знали наверняка, Настя забрала Литовченко или кто-то другой.
— Разумеется — да, — в отличие от меня Алина ответила уверено.
— Вот Андрюха обрадуется.
— Вряд ли, — пожала плечами Алина и добавила: — Она предпочла другого, Литовченко. Как вы думаете, стала бы она оплачивать лечение постороннему человеку?
— Не знаю.
— Вот и мы с Мариной не знаем. Ладно, поехали в аэропорт, мы и так опаздываем. Зря ты, Веня, заказывал такси. Теперь придется выложить кругленькую сумму.
— Не придется, — сказал Альберто и направился к таксисту, но как он не пытался объяснить соотечественнику, что произошло недоразумение, а за вызов ему все же пришлось заплатить.
В аэропорт мы успели вовремя, за пять минут до окончания регистрации. В Мадриде между вылетами у нас было в запасе четыре часа. Чтобы мы не скучали, Антонио лично приехал за нами в аэропорт.
— Что вы будете здесь киснуть? Предлагаю, покататься по городу.
И если я сомневалась, что мы можем успеть посмотреть город за час с небольшим — регистрация начинается за два часа до вылета, — то Веня радостно завопил:
— Здорово! Поехали!
— Только, чур, все смотреть из окна автомобиля, — поставила я условие, опасаясь, как бы Куропаткин и Алексей не забыли о времени вылета и не потерялись в городе.
— Из окна так из окна, — согласился Антонио.
Через несколько минут мы уже мчались в город. Всю дорогу Антонио рассказывал:
— В Мадриде трудно найти старинные здания, относящиеся к эпохе мавританского господства. В конце девятнадцатого века муниципалитет Мадрида принял решение снести исторический центр города, который не соответствовал великой столице и тормозил ее развитие. Поэтому практически весь сегодняшний город построен в конце девятнадцатого — в начале двадцатого века. Экскурсию мы начнем с района трех великих площадей. Смотрите в оба, мы подъезжаем. Это площадь «Пуэрта-дель-Соль», что в переводе означает «Ворота солнца», Главная площадь (Plaza Mayor) и площадь Испании — в этом треугольнике сконцентрировано большинство достопримечательностей Мадрида. Видите величественное здание Королевского дворца, окруженное садами? Это самый большой Королевский дворец Европы. В нем две тысячи комнат и залов.
— И там живет король Испании? — с завистью выдохнул Веня.
— Нет, этот дворец используется для представительских целей. Чета испанских монархов живет в более скромном дворце. А вот площадь Пуэрто-дель-Соль — центр Мадрида и Испании, отсюда официально начинается шесть национальных дорог. Камень за часовой башней указывает: «Нулевой меридиан». В центре площади находится фонтан, а в углу — медведь у земляничного дерева — эмблема Мадрида. Кто-то утверждает, что земляничных деревьев не бывает, и поэтому иногда говорят, что это малиновый куст.
— А можно мы сфотографируемся с медвежонком? — попросил Куропаткин.
— Веня, сидеть, — рявкнула я и велела Антонио заблокировать двери автомобиля.
Антонио улыбнулся в ответ и продолжил экскурсию:
— Шедевр архитектуры семнадцатого века — площадь Плаза Майор. Филипп II задумал эту площадь, как общественный центр города, она строилась тридцать лет под руководством архитектора Хуана Гомеса де Мора по планам Хуана де Эрреры и была закончена в 1619 г. Площадь поражает своим размахом и окружающими зданиями с галереями и множеством балконов. Площадь долго служила театром под открытым небом, здесь Инквизиция оглашала приговоры и производила казни.
— Веселое местечко, — прокомментировала Алина.
— Церковь Сан Хинес, церковь Сан Исидро эль Реаль, парк Ретиро, фонтаны восемнадцатого века, — перечислял Антония. Мы не успевали поворачивать головы, достопримечательности со скоростью проносились за окном автомобиля. — Памятник Колумбу, памятник Сервантесу, Дон Кихоту и Санчо Панса. А сейчас мы выезжаем на главную улицу Мадрида. Алкала пересекает почти весь Мадрид. Как вы могли заметить, улица начинается недалеко от площади Пуэрто-дель-Соль и заканчивается за площадью Быков. Есть даже такая песня «По улице Алкала».