Большой. Злой. Небритый (СИ)

— И, Надя? Что ты мне скажешь?
— Кушай пасту и салат, Андрей.
— Нааадяяя…
— Не дави на меня, Андрюш. Я не знаю, что тебе сказать. Мои чувства к тебе… Они очень внезапны. Я бы сравнила их с лавиной. И, кстати, я категорически против того, чтобы моим парнем был миллиардер. Для меня это… выше моего понимания. Ты так запросто говоришь о покупке квартиры в Москве, для меня это пока недостижимая мечта.
— Я куплю тебе её. Выбирай любую, в любом районе.
— Ну, знаешь ли, Адамиди…
Я со звоном поставила бокал, порывисто, с шумом отодвинула плетеное кресло и встала. Подошла к застекленному витражному балкону и вцепилась руками в поручень.
— Что не так, Надя?
Он оказался сзади и, в отличие от меня, действовал едва ли не беззвучно. Или я, настолько погруженная в свои переживания, не услышала?
— Не делай мне подобные предложения, хорошо? Это неправильно, Андрей.
— Почему?
— Потому.
— Исчерпывающий ответ.
— Какой есть.
— Русская девочка Надя, вот что ты со мной снова делаешь? — Андрей обнял меня за талию, прижался бедрами, положил подбородок мне на плечо. С его комплекцией, пожалуй, извернуться ещё надо. — Я пытаюсь найти компромисс. Хоть какой-то. Я, думал, рехнусь сегодня, когда летел, не зная, что с тобой, и какой хмырь ошивается вокруг тебя… Цветочки, мать твою, дарит, — руки на мгновение талию сжали чуть сильнее. — Я изведусь весь. Ты это понимаешь?
Хотелось плакать.
Навзрыд.
Я покачала головой.
— Поэтому мы и не можем…
— Можем! — сказал, как отрубил. — Никаких особых преград я не вижу. Я так понимаю, ты любишь путешествовать, но из-за отсутствия свободных денег у тебя нет такой возможности? Правильно?
— Да, — мой ответ походил на писк мышки.
— Я же мотаюсь по миру постоянно. Как временный вариант — это выход. Ты творческий человек, не привязанный к работе. Да и если бы работала, я бы попросил… Надя, я хочу, чтобы ты постоянно была рядом со мной. Не могу я оставить тебя, понимаешь? Если ты согласна… Моя русская девочка, ты же согласна?
Я дрожала в его руках, как осенний лист, что вот-вот сорвется с ветки.
Андрей не давил. Хотел, но сдерживался. Я это чувствовала по его интонации, как он делал паузы, подбирая слова, чтобы в следующее мгновение поддаться эмоциям и сорваться вниз.
Мой небритый и злющий амбал.
И что мне с тобой делать?
Что мне с нами делать?
Моё сердце диктовало мне свои условия, те, что опровергал разум.
— Андрей, твоё предложение… твои слова выглядят очень серьезно.
— Между нами всё серьезно. А ты решила, что временная любовница? Девочка на одну ночь? Так, Надя, да?
— Ты очень богатый человек, Андреа…
— И что? Черт, девочка, только вот сейчас не говори, что тебя тормозят мои деньги!
Он вроде бы как и хохотнул, а руки сжались на моем теле сильнее.
— Немного есть.
— Мляяяяя, вот реально никогда не думал, что моя женщина будет против моих денег.
— Я не против… Вернее… Блин, никак не могу сформулировать мысль.
Его губы заскользили по моей шее, оставляя чуть влажный и обжигающий след.
— Я тебя понял, девочка. Но давай попробуем. Дай нам шанс. Я люблю тебя, ты незаметно для меня проникла в самое сердце. И я от тебя не отступлюсь. Мля, как же я сейчас понимаю Грега. Чертовски хорошо. От одной мысли, что ты останешься одна, меня скручивает всего. Знаешь, что самое интересное, Надь?
— Что? — выдохнула, едва дыша.
Его признания рвали душу. Его искренность опрокидывала на лопатки. Я и подумать не могла, что буду с Андреа Адамиди беседовать столь откровенно, более того, проникновенно.
— Я же не верил никогда в любовь. В моей жизни не было ни одной женщины, которую я хотел бы видеть рядом постоянно и регулярно. Ежедневно. Тебя отпустить не могу. Мне начинает казаться, что разожму объятия, и ты исчезнешь.
— Довели мы вас, да? — совсем тихо сказала я.
— Не то слово. Ты ещё в первый день знакомства… Смотрю на тебя, а у самого крыша едет. Такая домашняя, чуть сердитая, спросонья. И сжать тебя хочется, да так, чтобы косточки затрещали. Прижать к груди, а ещё лучше… Я думал, рехнусь. Вроде и знаю, что ты не невеста брата, а спрашиваю себя — какого черта происходит? Никак не мог разобраться и принять своё влечение к тебе. С первого дня, понимаешь? Сразу такая лавина, что дышать трудно. А ты носик свой очаровательный морщишь.
— А ты не привык, да?
— Не то, чтобы не привык… Я не думал про это. Мне важно было тебя получить.
— Я думала, на одну ночь… Как трофей.
— Я понял, что ты так подумала.
Он замолчал, и я ничего не говорила.
Наш ужин остывал, а мы не спешили возвращаться за стол.
Андрей просил попробовать…
Почему бы и нет? 
*** 
Месяц спустя…
— Ты мне нужна здесь!
Это мы уже проходили.
— Не столь эмоционально, можно?
— Надя!
— Рит, я сейчас стрелку неправильно нарисую. Что ты кричишь?
Мы с сестрой разговаривали по скайпу. Она сидела у ноутбука, я свой поставила на журнальный столик, и старательно «рисовала» лицо.
— У меня проблемы… у меня голова идет кругом… Я к херам отменю всю церемонию! Никакой свадьбы не будет.
— Ритуль, угомонись. Иди, свари кофе или выпей вина, поговори с Грегом, покупайтесь в бассейне вдвоем. Не думай о свадьбе хотя бы вечер и вспомнишь, что жизнь прекрасна.
Подобные разговоры я слышала каждый день. Честно-честно. Сестра словно с ума сошла. При встрече нужно спросить у Грега. Мол, куда он дел мою расчетливую и сдержанную сестренку? Откуда взялась эта паникерша, как две капли воды похожая на неё? Хорошо, и на меня тоже. Рита — само спокойствие. А тут, что ни день, то шторм. Тропический.
Я даже привыкла. Серьезно. Первые дни переживала: как так, что происходит, почему Рита снова звонит? У меня у самой жизнь сошла с орбиты, но помощь сестре священна.
Хорошо, что я быстро догнала — все её звонки связаны с предстоящим мероприятием. То есть свадьбой. То они не могут выбрать агентство, которое будет заниматься организационными моментами. Сесилия предоставила список аж из тридцати семи. Рита схватилась за голову.
— Я не могу определиться! Этот паразит мне ни в чем не хочет помогать.
— Он чек выписывает, этого достаточно, — съязвила я.
— Надя!
В тот вечер она кинула трубку, чтобы перезвонить через пять минут.
Я её понимала. Свадьба, суета… И, между тем, я оставалась спокойной, не срывалась и не мчалась к ней.
Да меня бы и не пустили. Я полностью оказалась вовлеченной в стремительно развивающиеся отношения с Андреем. Он сдержал свою «угрозу» — я теперь летала с ним во все командировки. А что? Это было интересно. Познавательно. И очень, очень страстно.
Андрей работал, я тоже. Или гуляла по стране, по городу, в котором мы находились. Правда, с охраной. У Адамиди появился пунктик в отношении моей безопасности.
— Ты не со мной, значит, с охраной.
— Андрюш…
— Женщина, даже не думай вить из меня веревки, когда дело касается твоей безопасности. Не получится.
Я не могла хитро не прищуриться.
— То есть в других вопросах ты будешь более мягок?
— Каждый будем рассматривать в отдельности.
И ведь рассматривал, амбал этакий.
Но пока меня всё устраивало.
Ссорились ли мы с Андреа? О, да! Постоянно. Один раз даже едва не подрались. Вернее, это я на него с кулаками. Но меня быстренько скрутили, закинули на плечо кулем и в спальню. Где уже утихомирили, отлюбив. Больше потугов к такой бессмысленной авантюре я не проявляла.
Я всё больше и больше влюблялась в новые страны, особенно в Европу. И в Андрея тоже. Мы оба не сахар. Он вспыльчивый, я… тоже. Но я уже не могла без него. Просто не представляла, как вечером смогу уснуть без его медвежьих объятий. Я даже на его спине умудрилась один раз поспать! Как забралась — загадка для обоих.