Хоккейная сделка (ЛП)

Я смеюсь.
— Да, в художественную галерею. Или парк. Или в детский развлекательный центр. Я хочу водить тебя на стадион, когда у меня будет игра, чтобы ты увидела изнанку спортивного мира.
Она вскакивает и радостно прыгает на месте.
— Ура!
Усмирив ее ликование, я перехватываю пряди волос пальцами и переплетаю их друг с другом.
— Но папарацци иногда бывают очень навязчивыми и бестактными.
— Папперони? — переспрашивает она.
Я откидываю голову назад и смеюсь в голос.
— Папарацци, да.
— Почему они такие грубые, папочка?
— Им платят за сделанные снимки, поэтому пытаются приблизиться к нам как можно сильнее. Но может быть очень шумно, и вспышки фотоаппаратов слепят глаза. Однажды я пошел с Арией на ужин, и они были там.
На ее лице отражается беспокойство.
— Ария испугалась?
— Нет, но я был рядом, чтобы защитить ее, так что все прошло хорошо, — мои пальцы скользят по косе. — Я собираюсь нанять охрану, чтобы они обеспечивали нам дополнительную безопасность.
— Папперони будут делать нам больно?
— Нет, они просто слишком близко подходят, и пробиться сквозь них довольно сложно.
Она морщит носик.
— Родители должны научить их хорошим манерам.
Я улыбаюсь.
— Ты права, должны.
— Это значит, что завтра мы можем поехать в галерею Арии?
Я снимаю с запястья резинку для волос и завязываю ее на конце косы.
— Ты действительно сильно привязалась к Арии, милая?
Она энергично кивает.
— У тебя почти никогда не бывает друзей дома, и ни один из них не такой красивый, как Ария. Она никогда не разговаривает со мной как с ребенком. Мне она очень нравится.
Тепло разливается в груди.
— Мне тоже.
Она поворачивает голову из стороны в сторону, рассматривая волосы в зеркале, а я делаю глубокий вдох, готовясь сообщить еще одну новость.
После долгих раздумий я решаю остановиться на самой безболезненной лжи.
— Квартира Арии сейчас на ремонте, и ей нужно где-то пожить. Поскольку ты так ее любишь, я хотел спросить, можно ли ей временно поселиться в одной из гостевых комнат.
Ее глаза вспыхивают, а взгляд прикован ко мне.
— Правда?
Я кивнул.
— Ты рада?
Она разражается диким криком и спрыгивает с раковины.
— Да!
Я смеюсь, когда она обхватывает меня руками.
— Ты не должна так прыгать со сломанной рукой, моя маленькая обезьянка.
— Будем ли мы вместе обустраивать ее комнату?
— Нет, думаю, позволим Арии самой решить, как она хочет ее обустроить, — Я подмигиваю Джулиане. — Но у меня есть еще одна идея, в которой ты можешь помочь.
Глава 18
Ария
Класс искусств из старшей школы, посещающий сегодня музей, стал идеальным поводом для Джулианы, чтобы присоединиться.
Она настаивает на том, чтобы идти рядом со мной и держать за руку, и берет на себя смелость заявить классу, что она моя помощница.
Этот ребенок — настоящий сюрприз.
Александр держится в конце группы, наблюдая и слушая, впитывая все, словно тихий наблюдатель, каким и является. Но неважно, насколько он тих, поскольку когда глаза смотрят на меня, они говорят громче любых слов. Я готова поставить на кон, что он мог бы повторить каждый факт, который я преподаю группе, не потому, что это важно для него, а потому, что это важно для меня. Его внимание быстро становится чем-то, в чем я купаюсь, чем-то, чего жажду… и я не знаю, как к этому относиться.
Многие узнают его в течение дня, просят сфотографироваться и дать автограф. Он соглашается с улыбкой на лице, хотя взгляд постоянно возвращается к Джулиане. Я понимаю, что он нервничает по поводу того, как она со всем этим справится, но думаю, это затронет его больше, чем ее.
— По-видимому, распространился слух, что великий Александр Крум здесь, — я бросаю взгляд в окно у выхода, отмечая небольшую толпу, собравшуюся на тротуаре.
— Новости всегда быстро распространяются, — он застегивает пуговицы на пальто Джулианы и встает во весь рост, подхватывая ее на руки. — Сэм заедет за нами.
  
Джулиана вынимает изо рта леденец, который я ей дала.
— Ты же переедешь к нам жить, да?
Я киваю, отвечая на ее вопрос в четвертый раз за сегодня.
— Перееду.
Она широко улыбается.
— Я с нетерпением жду, когда ты увидишь сюрприз.
Мои брови взлетают ко лбу.
— Сюрприз?
Александр прижимает указательный палец к ее губам.
— Не порть сюрприз.
Она хихикает и кусает кончик его пальца, как пиранья, прежде чем снова сунуть леденец в рот.
Я выгибаю бровь.
— Сюрприз, да?
Александр усмехается.
— Только приятный. Обещаю.
— Мистер Крум, надеюсь, вам нравится экскурсия.
Наши головы одновременно поворачиваются, когда начальник подходит к нам. Александр сжимает челюсти, прежде чем выдавить вежливую улыбку.
— Да, спасибо. У нас замечательный экскурсовод.
— Да, ну что ж, экскурсовод должен вернуться к работе, — Картер смотрит на меня с пустым, нечитаемым выражением лица. — Ария, я хотел бы поговорить с тобой в кабинете, как только закончится экскурсия.
Я не упускаю из виду, как взгляд Александра впивается в висок Картера.
Я киваю, обращая внимание на Джулиану.
— Увидимся завтра. Не забудь про вечер кино.
Она вытягивает руки, и Александр наклоняется, чтобы могла дотянуться до меня. Джулиана обнимает меня как счастливый моллюск со своей конфетой.
— Пока, Ария.
Я колеблюсь, поднимая глаза на Александра, не зная, насколько он хочет публично демонстрировать привязанность в присутствии дочери.
— Эдди заберет тебя вечером, — произносит он, обнимая меня за талию и прижимая губы ко лбу. — А завтра, когда вернусь, я заеду за тобой и вещами.
Я подмигиваю ему.
— Удачи сегодня вечером.
Он одаривает меня улыбкой и несет Джулиану к выходу. Ее голос эхом разносится в стенах посещения.
Нервы терзают желудок, когда я наблюдаю за ними. Я никогда не жила ни с кем, кроме матери. Каково это будет — жить с Александром и его дочерью?
Готова ли я к этому?
За сотню тысяч точно должна.
Картер провожает меня в кабинет и со щелчком закрывает за нами дверь.
— За вещами, — произносит Картер, обходя стол, чтобы сесть за него. — Ты переезжаешь?
Я прочищаю горло и опускаюсь в кресло напротив его стола.
— Да, я переезжаю к Александру.
Он выгибает бровь.
— Не слишком ли рано переезжать, как думаешь?
Моя личная жизнь его не касается. Я хочу сказать это, но прикусываю язык и отвечаю:
— Мы встречаемся уже какое-то время. Просто никому об этом не говорили.
Он кивает.
— Есть кое-что, что я хотел бы обсудить.
— Все в порядке?
— Просто хотел убедиться, что повышение — это то, чем ты все еще интересуешься.
— Конечно. А почему бы и нет?
Он небрежно пожимает плечами.
— Не знаю. У тебя появился новый богатый бойфренд. Кажется, ты чем-то озабочена. Я не хотел бы, чтобы ты упустила все, ради чего так усердно работала.
Мой рот открывается.
— Озабочена? Извините, но я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.
Я выкладываюсь на работе, изо всех сил стараясь сделать все, что Картер просил от меня, оставаясь допоздна и беря на себя больше экскурсий. Он узнает об Александре и внезапно думает, что я озабочена?
— Повышение означает больше часов и большую нагрузку. Мне нужно быть уверенным, что ты готова поставить работу на первое место. Отношения с известным спортсменом, у которого есть маленький ребенок, могут этому помешать, — Картер скользит по столу листом бумаги. — Недавно ты подала заявку на несколько предстоящих выходных.
Я бросаю взгляд на расписание на следующий месяц, где несколько гостевых игр Александра выделены желтым цветом.
— При всем уважении, Картер, я редко беру выходные.
— Я знаю, но времена меняются, — он сжимает. — Я заметил, что это дни матчей.