Ромм. Четвертый (СИ)
- Тогда озвучу три маленьких нюанса. Нюанс первый: Олаф и Дотти – мои ближайшие друзья. Шкаф и Борода, которые будут сидеть на «картинке» в «Даэринэ» сопровождения – друзья близкие и одни из лучших ветеранов Клана. И вся эта компания скорее откусят себе язык, чем сольет на сторону хотя бы бит информации. Поэтому думайте только об отдыхе и о своих образах, а все лишние мысли оставьте дома. Нюанс второй: любые возникающие проблемы решаем только мы с Олафом и дежурное отделение из бота! А для вас существует только наша компания и развлечения, при этом весь остальной мир вы воспринимаете, как пожухлый лист, промелькнувший за окном флаера. Нюанс третий: если вдруг начинаются какие-то серьезные проблемы, вы беспрекословно подчиняетесь командам дежурного координатора – либо Шкафа, либо Бороды. То есть, падаете, ползете или бежите туда, куда показывает «Поводырь», ЗАБЫВ про все, что происходит сзади. Всем все понятно?
- Да! – за всех нас ответила Альери. – Мы сделаем все, что ты скажешь.
- Тогда последняя, но очень важная команда: ВСЕ ненужные мысли остаются здесь, так как мы летим развлекаться! В лимузин бего-о-ом марш!
Забавно, но мы сорвались с места и рванули в сторону лестницы наперегонки. Промчавшись по комнатам и коридорам, скатились вниз по ступенькам, вынеслись на улицу, чуть не снесли с дороги Олафа с Дотти и первыми вломились в флаер.
- Ну че, умнички, готовы оторваться?! - весело пробасил Кувалда, влезая в салон за своей супругой.
- Не то слово! – в том же тоне отозвалась Аннеке. – А вы, красавчики?
- Я вчера слегка размялся, так что в отличной форме! – хохотнул здоровяк. – А вот ваш муж все в делах да заботах. Скоро, вон, пузо наест!
- Какое пузо? – возмутилась Ари. – Ты, вон, с одной справиться не можешь, а у него нас трое!
- У меня еще все впереди! Ай!!! Дотти, любимая, кажется, в спортзале ты немного недобрала нагрузки…
- Чем провоцировать любимую жену и рисковать здоровьем, лучше бы записи со вчерашней гулянки показал! – ухмыльнулась я и, тем самым, спасла беднягу от удушения: Рраг, оставив в покое широченную шею мужа, перебралась к нему на колени и заерзала от нетерпения.
Несмотря на то, что первые куски нарезки я уже видела, смотрела их с таким же восторгом, как Ари и Ани. Хотя нет, с меньшим – я общалась с «Конкистадорами» пять с лишним месяцев, прожила в Эррате целых три и успела проникнуться духом агрессивного веселья. А эта парочка, потеряв дар речи при виде Дотти без квалификационной полоски на груди, немного отошла только во время «сольного выступления» Олафа, а во время поединка моей подружки с нашей обидчицей начала хохотать.
За весельем четы Рагнарсонов на танцполе все мы смотрели, держась за животы: супруга веселилась, напрочь отпустив тормоза, а супруг, чуть менее пластично, зато куда убедительнее двигался вокруг нее. И в упор не замечал мелкие препятствия. А так как все «препятствия» в зале для него были мелкими, чувствовал себя и любимую жену единственными отдыхающими, причем на всю систему!
Стиль гашения конфликтов нас тоже восхитил – Кувалда гасил эти самые конфликты вместе с сознаниями тех, кто пытался чем-то возмутиться и тут же забывал о мелких неприятностях – для него во всей вселенной существовала только Дотти! Конечно же, такая «милая естественность» нравилась далеко не всем – Олафа вызвали на дуэль дважды, а Рраг еще один раз. И если она снова превратила поединок в балаган, то Кувалда особо не утруждался – в первом бою сломал противника встречным ударом, а во втором, оскорбленный тем, что его вызвала женщина, «завязал» ей руки чуть ли не узлом, перекинул через колено и отшлепал. В процессе наказания убеждая несчастную, что семейная жизнь, рождение детей и кормление их грудью способствует понижению уровня агрессии.
После такой демонстрации подавляющего превосходства их старались не злить. От слова «совсем» - радостно уступали дорогу и лучшие места, обслуживали быстро и с искренним счастьем на лицах, старались предвосхитить любые желания и улыбались чуть ли не до коренных зубов.
- В общем, нам были так рады, так рады… – весело затараторила Дотти, когда нарезка закончилась. – …что на выходе из «Номми’Тот» я вдруг поняла очевидную вещь: неважно, есть на вас квалификационная полоска или нет. Главное, чтобы вы были так же красивы телом и душой, как мы с Олафом!
Мы грохнули. А Рраг, страшно довольная собою и мужем, перебралась на колени к Дэну и захлопала ресницами:
- Папочка, а куда мы летим?! А там будут вредные дяденьки и тетеньки?! А ты купишь мне мороженое?!
- А что, Олаф тебе его не покупает? – поддела ее Ари.
Дотти округлила глаза и прошептала на весь салон:
- Одно мороженное от Олафа и одно от папочки – это же ДВА мороженых!!!
Пока мы хохотали, лимузин снизился, ушел в коридор замедления и, вырвавшись из основного «жгута» флаеров, плавно опустился на паркинг для особо важных персон. Мы тут же вывалились из салона, огляделись, восторженно заверещали и рванули к ограждению, сообразив, что Дэн привез нас в парк экстремальных развлечений с романтичным названием, естественно, на фалини, «Сад Оживших Грез». Пока мы смотрели вниз с километровой высоты, разглядывая отроги гор, леса, водопады, среди которых прятались аттракционы, мой мужчина определился на местности, крикнул нас и направился к ажурной башенке проката прогулочных антигравов.
Уже через минуту мы сидели в шестиместном прозрачном «пузыре» и летели к отрогу горы, расположенной примерно метрах в шестистах по горизонтали и в сотне по вертикали. Скачивать интерактивную карту с сервера парка Дэн нам запретил, сказав, что так будет неинтересно, поэтому развлекались, разглядывая другие пузыри, сооружения, большую часть которых невозможно было идентифицировать по внешнему виду, и гадали, куда он нас везет. Впрочем, развлекались не все и не всегда – Ани и Ари то и дело вспоминали о том, что являются любящими женщинами, и учились вести себя соответственно. И если первая, готовясь одарить «мужа» поцелуем или «мимолетной лаской», сначала к этому морально готовилась, то вторая вела себя абсолютно естественно. Причем и внешне, и на уровне эмоций!
Когда мы высадились на небольшой скальной площадке и прочитали название аттракциона, то поняли, что с фантазией у нас не очень – не угадала ни одна. Затем прошли следом за Роммом через темный, жуткий, но все-таки очень симпатичный грот и оказались на круговом балкончике, окружающем тесное ущелье с буйной горной рекой. Дышалось в нем умопомрачительно приятно, а взгляд на каменные перекаты и гул беснующегося водного потока вызывал дрожь. Но мы отважно прошли последние метров двадцать и уставились на утлые лодочки, плавающие в крошечном бассейне.
Пока мы разглядывали суденышки, Ромм подключился к серверу аттракциона, оплатил веселье и получил из окна ВСД шесть личных антигравов несколько непривычной формы. Надевали их под присмотром мужчин. Поверх плавок и плотных топов, поддерживающих грудь. А одежду запихнули в водонепроницаемые рюкзачки. Потом загрузились в двухместную и четырехместную лодки, защелкнули стыковочные замки, соединяющие антигравы с сидениями, поставили ноги на специальные упоры, взялись за удобные ручки и сказали, что готовы. Хотя это утверждение соответствовало действительности только в эмоциях Олафа. И, наверное, тому, что пряталось за «зеркалом» Дэна.
Первым к «ручейку», втекающему в главное русло, потащило нас. Когда лодка разогналась, влетела в поток, и нас откатило водой, мы взвизгнули, видимо, разминаясь. На первом же перекате повторили значительно громче. А когда лодку начало кидать в разные стороны, периодически ставя то на борт, то на нос, то на корму, заверещали в полную силу. Страшно было – жуть, ведь траектория движения крошечного суденышка намеренно «утыкалась» то в нависающую над речкой скалу, то в мощный корень, торчащий с выступа берега, то в камень, выглядывающий из потока. Но секунд через двадцать первоначальный ужас схлынул и в эмоциях Аннеке появились первые искорки удовольствия. Затем они «перепрыгнули» к Ари и, наверное, ко мне, а секунде на пятидесятой безумного спуска полыхнули общим восторгом и превратились в пожар. Который полыхал все пять минут, которые длился сплав.