Ромм. Четвертый (СИ)
Последние метров пятьдесят, пока лодка плавно плыла по отводу основного русла, мы описывали друг другу свои ощущения, перекрикивая одна другую и размахивая руками. А когда Дэн помог нам выбраться на пристань и вылез сам, повисли на его шее и наотрез отказались отцепляться. Кстати, в этот момент и у Ани, и Ари напрочь отключились тормоза: после того, как я, не подумав, поцеловала мужа в губы, они, не задумавшись, сделали то же самое! Причем с такой непередаваемой искренностью в эмоциях, что я мысленно зааплодировала.
Сушились в одной большой кабинке. Вчетвером. Перекрикиваясь с Рагнарсонами, вломившимися в соседнюю. Одеваться поленились, поэтому прошли к очередному пузырю, воспарили в небо и вскоре оказались на площадке перед другим ущельем. Уже без реки, зато поросшим очень живописным лесом.
Тут Ани слегка напряглась, но наткнулась взглядом на палец Дэна, «случайно» направленный в небо, и скользнула ему в объятия, очень правдоподобно изобразив любящую женщину. А через пару мгновений, «извинившись» за недоверие еще одним поцелуем, беззаботно понеслась в сторону очередного балкончика.
Здесь процесс облачения был чуть более долгим – поверх стандартного антиграва пришлось натянуть шлемы и облегающие комбинезоны с перепонками, а потом просмотреть небольшой обучающий ролик. В теории все выглядело просто и легко. Но от мысли, что придется подойти к краю балкончика, оттолкнуться и прыгнуть в ущелье, у меня екало под ложечкой, у Ари начали подкашиваться ноги, а Аннеке помрачнела. В этот момент Дэн развел руки, сгреб нас в объятия и, зарывшись носом в волосы королевы, тихонько прошептал:
- На самом деле никакого свободного падения тут нет: антиграв работает с первого и до последнего мгновения полета и компенсирует любую дурь, какая может прийти в голову посетителю. Говоря иными словами, это просто аттракцион, а не экстремальные прыжки, соответственно, вам надо только расслабиться, а все остальное за вас сделает программа. Суть понятна?
- Да.
- Вы мне верите?
- Да!
- Тогда кто будет первой?
Как ни странно, быстрее всех «я!» выкрикнула Альери. Оттопырила задницу, провоцируя «мужа» на ускоряющий шлепок, получив желаемое, радостно взвизгнула, подошла к краю балкона и с силой оттолкнулась. А когда костюм с антигравом уложил ее в правильное положение и расправил «крылья», заорала что-то очень похожее на «Я лечу-у-у!». Как только над краем площадки зажглась зеленая полоса, следом за подругой бросилась Аннеке. Еще секунд через десять – я. И очень быстро поняла, что полет действительно управляется не мной, а значит, можно получать удовольствие от бешеной скорости, мелькания деревьев и скал, пролетов в щелях между огромными камнями и т.д.
Ощущения безграничного счастья, которое я испытала во время этого полета, хватило бы на небольшое море. Или на океан. Поэтому, вылетев из ущелья, спланировав на невероятно красивую полянку, заросшую зеленой травой, и зависнув в полуметре от земли, я поняла, что мне срочно надо обратно. И чуть не лопнула от смеха, когда услышала вопрос Альери:
- Олли, я хочу еще! Давай попросим мужа повторить?!
…Мы буйствовали в «Саду Оживших Грез» дотемна. Перепробовали все самые экстремальные развлечения, а некоторые и не по одному разу; облетели самые красивые обзорные площадки и постояли под струями огромного водопада; перешли через пропасть по двум веревкам, натянутым одна над другой, и падали в ту же пропасть с мягким тросом, привязанным к щиколоткам. Развлекались бы еще, но проголодались так, что готовы были съесть друг друга, а Дэн по каким-то причинам не хотел ужинать на территории парка. В итоге, в лимузин забирались, чуть не плача – само собой, женская половина компании – а сразу после взлета начали вывешивать в центре салона свои записи и собирать одну общую нарезку из самых удачных или веселых кусков.
За курсом флаера не следили, так как за долгий и очень насыщенный эмоциями день поняли, что Ромм старается сделать маленьким сюрпризом каждый следующий шаг. В результате, когда дверь начала открываться, не имели никакого представления, где находимся. Зато, вдохнув соленый морской воздух, вылетели наружу быстрее мысли, увидели под нами освещенную дугу набережной, черную тьму какого-то залива, и предвкушающе уставились на «любимого мужчину». Хотя нет, не так – на любимого мужчину. Ибо к этому времени и Альери, и Аннеке, испытывали к нему настолько яркое и сильное чувство преклонения, что по сравнению с ним эрратское слово «любовь» звучало мелковато…
Ужин в небольшом ресторанчике на берегу залива получился выше всяких похвал – мы наслаждались великолепно приготовленной рыбой, хорошим вином, спокойной, приятной музыкой, смотрели в ночную тьму и болтали. О всякой ерунде. И постепенно расслаблялись после долгого и эмоционального насыщенного дня. Радовало буквально все – звездное небо над головами и пряные запахи, доносящиеся с кухни, шероховатость стола из натурального дерева и форма простеньких стеклянных бокалов, вкус вина и восхищение во взглядах эрратцев.
Единственное, что отравляло трапезу, это скорое завершение вечера, поэтому поедание десерта мы растянули чуть ли не сорок минут. И не сдержали эмоций, когда узнали, что после ужина планируется прогулка по городу – целовали Дэна так, что ни один, даже самый придирчивый зритель, не засомневался бы в том, что каждая из нас принадлежит ему и телом, и душой.
Бродили по улицам просто так, без всякой цели. Рассматривали небольшие уютные дома и дворики, заглядывали в окна и витрины, забредали в темные переулки и шарахались по освещенным проспектам. И не только видели родную планету совсем под другими углами, но и пробовали такое, до чего без Дэна и Олафа не додумались бы в жизни! Скажем, гуляли по узенькому парапету вдоль берега реки. В смысле, не рядом с ним, а ПО НЕМУ – по-очереди, держась за руку любимого мужчины и обмирая от страха каждый раз, как заглядывали «в пропасть. Залезли НА ДЕРЕВО, почти на самую вершину, удобно устроились в развилках ветвей, разглядывали море огней и не верили в то, что это происходит в реальности. Забрались по стене НА КРЫШУ четырехэтажного дома, сели на краешек и задохнулись от счастья! А в середине ночи вернулись на берег, заплыли в море метров на триста, улеглись на спины и, зависнув во тьме, целую вечность любовались звездами.
До лимузина добрались, когда на востоке появилась светло-оранжевая полоска, забрались внутрь, попадали на сидения и опустили спинки почти в горизонталь. Дотти прижалась к мужу, Дэн притянул к себе Ари и меня, а Аннеке обняла подругу со спины, положила голову ей на плечо, а ладонь – на предплечье Дэна.
Всю дорогу молчали, хотя сна не было ни в одном глазу – было хорошо и так. На подлете к дому Ромм ненадолго «поплыл» взглядом – видимо, благодарил за сопровождение парней из «Шэдди» – потом загнал флаер в ангар, первым выбрался из салона и пожелал Рагнарсонам спокойных снов. Когда те удалились, растрепал волосы загрустившей Ари, приобнял меня и неторопливо двинулся к лестнице.
Когда мы спустились на второй этаж и оказались в зоне, в которой нет рабочих камер, Дэн сказал, что пришло письмо из дома, и он ненадолго отлучится в кабинет. Мы кивнули, прошли в гардеробную и разделись. Вернее, разделась я, а «Богиня» с «Музой» сняли морф-маски с морф-комбинезонами и аж передернулись от не самого приятного ощущения, испытываемого при отклеивании псевдоплоти. Посмотрев на их кожу, липкую даже на вид, я взяла с полки три упаковки чистого белья и три футболки, первой вышла в коридор и направилась в ванну. А когда переступила порог и услышала шум воды, заполняющей купель, поняла, что добром меня не отпустят. Впрочем, и не добром – тоже.
Так оно и получилось – как только мы улеглись на любимые места и приглушили свет, Ари пододвинулась ко мне и уперлась плечом в плечо:
- Нам с Ани остались всего одни сутки жизни в Мечте. Может, ну его, этот сон? Давайте проведем остаток ночи тут или в гостиной?
- Проявите капельку великодушия к близким подругам! – пошутила Аннеке, чтобы как-то сгладить надрыв, чувствующий в эмоциях королевы. А потом ляпнула, кажется, даже не подумав: – А мы от души отблагодарим Дэна за лучший день в наших жизнях!