Хорошая девочка (СИ)

Юра вел машину аккуратно, соблюдая все возможные и невозможные правила дорожного движения. В салоне играла тихая музыка.
– Значит, пошла учиться?
Подавив довольную улыбку, Ксения кивнула.
– Угу.
Она знала, что он спросит. Не мог не спросить.
– И как тебе?
– Нравится.
– Ксюх…
Он намеренно сделал паузу.
– Что? – не выдержала она. Любопытство – та еще зараза.
– Я же тебе предлагал пойти учиться вождению.
– Да, я помню.
– Ты отказалась. Сказала, что боишься водить.
– Надо же… Ты помнишь.
– А почему я не должен помнить? – раздраженно фыркнул он.
Почему-почему… По кочану.
Она не ответила, отвернулась к окну. Некогда ей тогда было. С кем она оставила бы Ванечку? С няньками? В таком нежном возрасте? Ну нет. И плюс грудное вскармливание. Она искренне восхищалась женщинами, которые могли кормить ребенка и заниматься работой. Ей же постоянно не хватало времени именно для общения с сыном. Ей было мало. Хотелось еще и еще. Не упустить момент, запечатлеть его в памяти и в телефоне.
– Я тоже подавлял?
Услышав от Юрия этот вопрос, она несильно вздрогнула и обернулась.
Юра тоже смотрел на нее.
Взгляд серьезный, требовательный.
Такой родной.
– Почему ты решил, что подавлял?
– Логично же.
– Женская логика от мужской отличается.
– Ксения Викторовна, когда ты так ловко научилась уходить от ответов?
– Юридическое образование плюс общение с некоторыми людьми позволили мне… Ай!
Она не договорила, потому что Юра выбросил руку в ее сторону, быстро притянул к себе и поцеловал, успев воспользоваться ее растерянностью. Она ахнула ему в губы. Он и этим воспользовался, толкнувшись языком внутрь.
– Юр!.. Дорога!..
– Я смотрю на нее. Мы одни на трассе.
Сердце сделало кульбит. Хованский и порывистость? Это что-то новое.
Кожу приятно закололо, грудь потяжелела. Тело помнило, как ему было хорошо прошлым вечером и ночью. Между ног до сих пор приятно тянуло.
Она слукавила, когда сказала, что Юра ее не порвал. Немного все-таки пережестил, но она ни за что в жизни ему в этом не признается.
Потому что ей безумно понравилось.
У подъезда намело. Жители побросали машины кто как мог.
– Начинается веселый сезон.
– Купишь машину – подумай о паркинге. Не дело кружить вокруг подъездов.
Юра вышел первым и аккуратно достал спящего Ванечку. При виде отца и сына у Ксении дрогнули ноги. Все-таки как же это правильно – когда дети вместе с родителями.
– Я могу сама, – начала Ксения и осеклась, натолкнувшись на предупреждающий взгляд бывшего мужа.
– Конечно, можешь, – буркнул он, вынимая спящего Ванечку. – Иди дверь открывай.
– А сумки? Давай я…
– Ксения.
Когда он называл ее полным именем, да еще таким суровым тоном, лучше не спорить. Она пожала плечами. Ну и ладно. Поспешила к двери, приложила ключ. Они вошли в подъезд и так же с лифтом и квартирой.
Но и тогда Юра не передал тяжелого в зимней одежде сына ей.
Наоборот, с поражающей ловкостью скинул ботинки и прошел в спальню сына.
Ксения поспешила за ними, раздеваясь на ходу. И вроде бы все правильно… И вроде бы все как надо Юра делал… А откуда у нее паника?
Застыв в дверном проеме и не зная, куда деть руки от нервозности, Ксения наблюдала, как Юра укладывает сына в кроватку и осторожно, максимально бережливо, стараясь его не разбудить, начинает раздевать. Сапожки, комбинезон, шапочка.
Из груди Ксении вырвался воздух. Что-то не то происходит. Не то, и все тут.
Она втянула в себя губы. Надо выруливать из ситуации, пока та их не затянула.
Юра распрямился, удостоверился, что сын спит, и обернулся к ней.
Ксения интуитивно бедра вместе свела. А когда Юра двинулся в ее сторону, постаралась себя убедить, что ей жарко в верхней одежде.
И только.
Он остановился от нее максимально близко, взял двумя пальцами за подбородок и спросил:
– Когда я увижу тебя снова?
ГЛАВА 11
Когда я тебя увижу снова…
Да хоть завтра! Приезжай к сыну и видься!
– Ты чего сегодня на взводе?
  
Марина составила ей компанию за прогулкой. Погода баловала, сидеть дома – грех.
– Я? Обычная я, – отмахнулась Ксения.
– Ну-ну, конечно, а то я тебя первый день знаю. Давай, рассказывай уже.
Они с Мариной жили в одном доме с раннего детства, поэтому знали друг друга как облупленные. Совпало, что, когда Ксения забеременела и вышла замуж, Марина уехала работать в Японию, а два месяца назад вернулась. Они поддерживали связь на протяжении этих лет, но вживую общаться куда приятнее.
– Мне кажется, Юра что-то мутит.
– Э-э-э-э…В каком плане мутит? И стой, какой Юра? Твой Хованский, что ли?
– Нет. Не так. – Ксения остановилась и поправила одеяло на коленях сына. Оно настырно сползало, когда Ванек дергал ножками. А дергал он много и активно. Его забавляла новая игра.
– Тогда как?
Ксения выпрямилась.
– Я с ним переспала, – прошептала она тихо-тихо.
Сын в последнее время начал активно повторять.
– Пере…
Ойкнув, Ксения успела зажать рот подруге.
– Тихо ты. Ничего подобного вслух мы не произносим.
Подруга еще сильнее округлила глаза.
– И как это понимать?
– Ну-у, понимай как страсть. Ты же иногда… э-э-э-э… проводишь ночное время в компании мужчины, с которым, например, накануне познакомилась в галерее.
Марина состроила рожицу.
– Все-то ты знаешь.
– Сама рассказала, – поддела ее Ксения.
– И ты расскажи.
– Пытаюсь. Но слова…
Она развела руками.
– Так. Мне кажется, нам необходим кофе. Точнее, не кажется, а сто процентов необходим. Пойдемте-ка. Тут кафешка классная за углом есть. Как раз для мамочек с детками.
Подруга знала, о чем говорила. Место и правда оказалось классным. Несколько отдельных зон с игровыми. Ваня мгновенно проснулся и первым ринулся к мягкой лесенке.
– Ох ты ж…
Девушки раздели мальчонку и лишь потом присели сами.
– И правда классное.
– Я плохого не посоветую.
– А ты как сюда попала?
– Так я дизайн делала. Года четыре назад.
Они заказали кофе и удобно расположились на диванчиках. Ваня про них забыл, у него свои развлечения.
– Итак, продолжим. – Марина поставила локти на стол, накрыла одну ладонь второй и опустила на них подбородок. – Значит, бывший муж нарисовался на горизонте.
– Он никуда и не пропадал.
Делиться личным то еще занятие. Ксения могла о своей жизни поговорить только с Мариной и была безумно рада, что та снова в городе. Иногда невозможно держать в себе эмоции. Сомнения, тревоги. Оглушающую радость. Неверие. Клубок эмоций, который не то что распутывался, а становился еще больше.
Мама Ксении умерла почти накануне её десятилетия. Влияние отца резко усилилось. Будучи ребенком, она опасалась, что папа снова женится. Он же молодой такой! Красавец мужчина. На него постоянно заглядывались.
Но нет. Никого в дом адмирал Юзов не привел.
Ксении очень не хватало мамы, взрослой женщины, с которой можно было бы поделиться сомнения, выслушать мнение, возможно, спросить совета.
– Как это не пропадал? Вы разошлись, у него старая-новая краля.
– Скажешь тоже.
– А где я не права? Ладно, фиг с ней, с этой кралей. Кстати, как она там поживает? И у твоего Хованского ничего не треснет? С двумя-то.
– У них пауза. – Ксения взяла ложку и сделала вид, что ее чрезвычайно занимают разводы на кофе.
– Становится все интереснее. Откуда инфа? Юра сказал?
– Свекровь. При мне уточнила, что между ними происходит.
– И он прямо взял и сказал.
– Прямо взял и сказал.
– Без сомнений?
– Без сомнений.
– Черт.
– Ага.
– Не нравится мне это. – Марина даже и не думала менять позу. Лишь довольно улыбнулась, что противоречило ее заявлению.