Только моя (СИ)
Я открыл и замер. Уже понимая, что случилось что-то хреновое раз к нам пожаловал представитель из воинской части, к которой был приписан отец.
— Что с отцом? — в миг севшим голосом спросил я. Услышал, как за спиной что-то упало. Мать выронила что-то тяжелое из рук увидев незваного гостя.
— Дима, сынок, иди к себе. — голос дрожит. Я упорно стою на месте и жду ответа.
— Мне очень жаль… — заговорил мужчина в форме. — Они попали в засаду боевиков в сложной местности. Выбраться не смогли. Никто не выжил. Примите мои соболезнования…
Мать опустилась на колени и тихо заплакала, а я… У меня шок. Этого просто не может быть. Отца больше нет!!!
— НЕТ! НЕТ! Этого не может быть! Я не верю!! — стучала в висках мысль. — НЕ ВЕРЮ!
На заднем фоне настойчиво звонил телефон. Обошел плачущую мать и поднял трубку. Узнал, что Алекс тоже потерял отца. Они были там вместе. Два друга, два Александра… Вместе там и остались… Боль была настолько сильной, что меня буквально выворачивало. Все тело ломало. Каждую кость, каждую мышцу. Душу выворачивало наизнанку. Я не выдержал плача убитых горем женщин и ушел…
Сначала долго бродил по району глотая слезы… Мужчины не плачут, учил отец… ты должен быть сильным! Ты обязан! Ты, после меня, единственный мужчина в семье! Кто позаботится о матери и сестре, если я не вернусь? Он часто задавал мне эти вопросы. В последний год особенно часто. Я всегда отвечал одно и тоже.
— Я!
— Молодец. Я горжусь тобой, сын! — тогда трепал он меня по волосам, как в детстве.
Моя жизнь превратилась в ад. Чтобы хоть как-то отпустило, я стал еще больше учиться. Теперь я просто обязан получить качественное образование. Я остался единственным, кто может помочь своей семье. Мать работает учителем в школе, ее зарплаты хватит только на самое необходимое, а у нас Дашка растет. Ей столько всего нужно! Я стал изучать различную литературу, которая поможет открыть свое дело. Я почти перестал спать. Все время учился и занимался Дашей. Мать угасала на глазах. Уходила в глубокую депрессию. Я пытался говорить с ней. Я просил и умолял, но она никого не слышала… Перестала выходить на работу, деньги стали стремительно заканчиваться. Я нашел вторую подработку, чтобы нам хватало средств для существования. Через месяц мать уволили. Какой смысл держать человека, который не появляется на работе? Ей дали время, чтобы прийти в себя, но дети не могут столько пропускать в школьной программе.
Максим мне тогда здорово помогал. Он устроился на подработку вместе со мной и всю зарплату отдавал мне. Я отказывался, а он распихивал деньги мне по карманам. В такие моменты и проявляется настоящая дружба. Когда хреново, когда у тебя ничего нет… Только тогда рядом остаются НАСТОЯЩИЕ друзья.
Время почти застыло. Обстановка дома такая, что хочется сдохнуть, а я пашу, вспоминая слова отца. Все, чему учил, что возложил на меня. За год я сильно повзрослел. Набрался знаний, опыта, но спорт пришлось бросить. Только иногда я сам занимался на площадке, чаще ночью, когда никого нет. Это помогало подумать и успокоиться.
Мать, наконец, вышла на работу и стало легче. Наше общение свелось к минимуму. Это было мое решение. Я приносил домой деньги, почти все отдавал ей. Только небольшую часть откладывал в надежде, что все-таки смогу открыть мастерскую. А она… Она перестала вмешиваться в мою жизнь. Я принял еще одно важное решение. Когда мне исполнится восемнадцать, я пойду в армию. У отца осталось много знакомств, полезных связей, которые могут помочь и учиться заочно, и отслужить так, чтобы попасть в контрактники. Когда-нибудь я смогу отблагодарить их за это. Я обязательно это сделаю, если они действительно смогут помочь.
— Папа… Ну паааап… — я очнулся от тяжелых воспоминаний. Сын трясет меня за ногу, чтобы я обратил на него внимание. В руке все тот же стакан с водой.
— Дмитрий Александрович. — обратилась ко мне няня. — Простите, не уследила. — хотела забрать его.
— Не надо. Идите. — поднял малыша, усадил на колено и прижал к себе. Вдохнул запах его волос и понял, что я даже не знаю, каким шампунем моют моего сына.
Определенно я делаю что-то неправильно!
6Включил мультики. Мы сидели с малым так около часа. Он не торопится от меня уходить. Чуть позже прибежала Софи и устроилась на втором колене. В кабинет заглянула няня.
— Дмитрий Александрович, они точно не мешают?
— Конечно нет! — разозлился. Какого черта лезет? Мешали бы, сам давно позвал или отправил в комнату. Она выскользнула обратно за дверь.
Сын дернулся от моего рыка, погладил его по голове, поцеловал.
— Все хорошо, смотри дальше. Не бойся. — прошептал ему.
Софи старше, она уже знает, как я могу злиться, поэтому реагирует спокойно. А он… Он слишком мал еще. Дочь подняла на меня свои зеленые глазки и спросила.
— Папа, гулять пойдем?
— Нет, маленькая, не сейчас. — потрепал ее по волосам. — Мне нужно закончить дела. — она надула губки, прямо как ее мама. Это невинное действие вызвало внутри волну тепла и нежности. — Вечером поедем в гости к Максу. Марк по тебе соскучился. — эта маленькая засранка смущенно заулыбалась и слезла с моей ноги. — Софи, а ну стоять! — со смехом остановил непоседливого ребенка. — Что это сейчас было? — непонимающе смотрит на меня. Но в комнату вошла Кейти и все испортила.
— Что тут у вас происходит? Ты чего на ребенка кричишь? — подошла и положила руку мне на плечо.
— Я не кричу. Твоя дочь покраснела, когда я заговорил про Марка! Кейти, что за фигня? — жена рассмеялась.
— Если ты будешь столько работать, ты не заметишь, как она выйдет замуж. — напрягся. — Я не упрекаю, Дим. — прошептала она у самого уха моментально почувствовав мое настроение. — Просто дети растут. Им нужен отец. Ты и сам знаешь. — любимая женщина подарила мне быстрый поцелуй в небритую щеку и забрала сына.
В кабинете снова стало пусто, я занялся делами. Вечером мы поехали в гости к Максу и Ксюше. Марк весь вечер крутится возле Софи. А я пытаюсь понять, какого черта? Они же совсем маленькие!
После совместного ужина мы разделились. Девчонки болтали о своем, а мы с другом ушли на балкон курить.
— Ты чего такой мрачный последнее время? — спросил Макс. — Что-то случилось?
— Воспоминания… — выдохнул вместе с облачком дыма.
— Поделишься?
— А надо? — Макс только кивнул. Обозначая свою готовность меня выслушать.
Втянул горький дым, прикрыл глаза и вернулся назад, в свои восемнадцать…
— Не смей! — у матери истерика — Не смей, слышишь?! Я поговорю с Павлом, тебя не возьмут в армию. Не смей, Дима!
— Мам — тяжело вздохнул и опустился перед ней на корточки. — Мам, послушай меня. — сжал ее ладони в своих. — Так будет лучше! Я заработаю денег. Открою свое дело. Вы не будете ни в чем нуждаться. Ну, мам! Хватит плакать. Я все решил! Слышишь?! — но она все равно плачет. Обняла меня за шею, футболка тут же промокла от слез.
Такие порывы нежности бывали в наших с ней отношениях крайне редки, но именно сейчас я понимаю, что, скорее всего, она меня любит. Может не так сильно, но какие-то теплые чувства у нее, определенно, есть. Но я все решил и со всеми договорился. В полной мере оценил значение нужных связей для достижения своих целей. Я сделал невозможное. Я буду учиться и одновременно служить. Я справлюсь, я должен! Я давал обещание отцу, что позабочусь о них. О маленькой сестрёнке и матери. У них больше никого не осталось. Я должен справиться. Я обязан!
Спорт я давно бросил, но не тренировки. Дядя Паша, боевой товарищ отца, свел меня с неким Полковником. Его все так называли. У него свой спортивный клуб. Закрытый. Я стал заниматься там. Он учил меня тому, чему не научат в обычной школе по боксу, да и в любой другой. Он учил меня убивать и выживать. Он учил меня не бояться ломать людям кости, сворачивать шеи. Там, куда я скоро отправлюсь для достижения своих целей, эти навыки мне жизненно необходимы. И я часами пропадал в этом клубе. А после, в другом. Чтобы сбросить напряжение после тяжелых лекций от тренера и изнурительных тренировок, мы с парнями ездили в клуб. Девочки, девушки, женщины. Море алкоголя, травка и снова женщины. Никаких обязательств. Только секс. Животный, ни к чему не обязывающий секс. И я стал получать от этого кайф. Когда берешь ее за волосы и всаживаешь в нее свой немаленький член, она стонет от удовольствия… а потом… потом ты швыряешь ей пару тысяч и просто уходишь, даже не запоминая лица. Я поймал себя на мысли, что такая любовь мне вполне подходит. Когда я хочу, я могу просто взять ее. Просто позвать любую в этом чертовом клубе, и она будет моей. Я знаю, что не смотря на свои восемнадцать, я привлекателен и сексуален. Я научился обращаться с женщинами и возраст уже не имел значения. Все можно купить. Даже любовь!