Принцев не предлагать!
Судя по тому, как огорчилась служанка, она приняла мой жест за отрицательный, но я напряглась еще немного (Полинка внимательно за мной следила, видимо, ее тоже очень интересовал результат), потом еще… Почувствовала себя откровенно глупо, расслабилась, расстроенно вздохнула, поняла, что все это чушь несусветная и так не работает, а надо всего лишь…
— Ачешуительно!
Подруга оттопырила большой палец, показывая «класс», а Аника впилась в меня сияющим взглядом.
— Вы такая красивая!
Чувствуя необъяснимое умиление от простодушного, но такого искреннего комплимента, я улыбнулась, а затем и вовсе рассмеялась. Вот так живешь, мнишь себя прожженной стервой, легко манипулирующей окружающими, а какой-то необразованный ребенок из захолустья в два счета вгоняет тебя в краску.
Отпустив девчушку с щедрыми чаевыми, я расправилась с собственным завтраком, ощущая небывалый душевный подъем, по примеру Полинки утеплилась в дорожный плащ, и мы, расплатившись за постой, отправились садиться в дилижанс, следующий до Портабеля.
С неба и правда противно капало, но не критично, так что мы спокойно добрались до станции, предъявили кучеру билеты, сдали багаж, который накрепко закрепили на крыше, и сели внутрь.
Так как мы умудрились прийти первыми, то выбрали самые удачные, по нашему мнению, места: на задней скамье, чтобы ехать лицом по направлению движения. Всего внутри было две широкие лавки, каждая рассчитана на троих, то есть можно было ожидать еще четверых попутчиков, но я надеялась, что обойдется и мы отправимся в путь налегке. Увы, через пару минут к нам присоединились двое крепких мужчин лет тридцати, одетые неброско и неприметно и чем-то неуловимо схожие друг с другом. В душе зародилось сначала робкое подозрение, которое только укрепилось, когда мужчины сделали вид, что путешествуют отдельно, но у меня знакомо засвербело в затылке. Бургомистр подсуетился или местная служба безопасности инициативу проявила? Не зря их коллега мне сразу не понравился! Не знаю как, но я избавлюсь от навязанного сопровождения во что бы то ни стало! Просто из вредности! Я ж дракон! Венец творения! А они со мной как с какой-то преступницей!
Сволочи, в общем.
Спустя еще минуту снаружи послышалась гневная перебранка, и я с интересом прислушалась. Какая-то вздорная тетка почем зря ругалась с кучером. То он корзину наверху неправильно закрепил, то саквояж, то корзину вообще не надо было, а кучер в принципе балбес, остолоп, неумеха, и она требует другого. Тетка все распалялась, кляня уже погоду и городские власти, когда дверь в дилижанс открылась и к нам присоединился еще один пассажир.
На первый взгляд обычный мужчина лет тридцати пяти. Как, впрочем, и на второй. Ну да, симпатичный, но не слащавый, а скорее суровый. Этакий стойкий нордический тип, с плотно поджатыми губами и упрямым подбородком. Как и мы, он был в плаще с низко надвинутым на лоб капюшоном, так что я не смогла сразу разобрать ни цвета и длины волос, ни цвета глаз. Но когда спустя пару секунд он, оценив диспозицию и прислушавшись к неутихающему скандалу снаружи, с едва уловимой усмешкой выбрал свободное местечко рядом со мной, а не напротив, меня словно током ударило.
Он! Точно он! Тот тип, который шпионил за мной вчера вечером в парке! Невозможно ни с чем спутать это ледяное дуновение, которое всего на долю мгновения вновь коснулось меня и пропало.
Судорожно облизнула губы, отстраненно радуясь полумраку дилижанса, но что-либо придумать и предпринять не успела: тетка наскандалилась и, распахнув дверь так резко, что едва не сорвала ее с петель, рывком забралась внутрь.
Мы с Полинкой не сговариваясь моментально оценили ее крупнокалиберные габариты и синхронно хмыкнули, когда весьма корпулентная попутчица плюхнулась на последнее свободное место: между мужчинами. На секунду я им даже посочувствовала: путешествовать ближайшие три дня прижатым к стенке — не самое приятное занятие, но сочувствие быстро сменилось злорадством и кривой ухмылкой, когда я вспомнила, кто они такие. Так им и надо! Жги, тетка!
— А вы кровожадны, — раздалось почти на грани слышимости, и я удивленно повернула голову к соседу, понимая, что все это время он меня рассматривал.
Сузила глаза, чувствуя необъяснимое желание побольнее уколоть в ответ, и так же тихо процедила:
— А вы дурно воспитаны.
— Отнюдь. — Серые в полумраке дилижанса глаза сверкнули нескрываемой иронией. — Меня воспитывали лучшие из лучших.
Прищурилась сильнее, каким-то неведомым чутьем понимая, что надо мной тонко издеваются. Чего он добивается? Не понимаю!
А когда я не понимаю, то действую крайне аккуратно.
— Сочувствую, — бросила сухо и решила, что на этом наш разговор окончен, но сосед так не посчитал.
— Но согласитесь, я вас спас. — Мужчина едва уловимо кивнул в сторону толстухи, которая вновь разбурчалась, но уже по поводу тесноты дилижанса и «понаехавших». — А это своего рода благородный поступок, совершаемый исключительно воспитанными личностями. Невеликое счастье путешествовать с такой соседкой.
— Превеликое спасибо! — Я закатила глаза, начиная подозревать попутчика в неудачной попытке заигрывания. — На этом все?
— Вы не в настроении? — посочувствовал сосед, но как-то неискренне. По крайней мере, об этом сообщил мой внутренний полиграф.
Я развернулась к приставале всем корпусом и начала рассматривать его, не скрываясь. А что? Врага нужно знать в лицо!
Лицо, кстати, у этого типа оказалось очень и очень… в моем вкусе. Аж обидно стало. То ли Дольф Лундгрен в молодости, то ли Крис Хемсворт на максималках: четкая линия губ, прямой нос, квадратный подбородок, резко очерченные скулы, густые брови, пушистые ресницы… И наглый, очень наглый взгляд то ли голубых, то ли серых, то ли вовсе серебристых глаз. Интересно, какого цвета волосы?
Мужчина спокойно дождался завершения осмотра, демонстрируя непростой характер, слегка прищурился, когда я неодобрительно поджала губы, но все же не выдержал и недоуменно протянул после того, как я, ничего не сказав, отвернулась и поудобнее устроилась на своем месте:
— И все?
— Ага.
— Ор-ригинально…
Зажмурилась, когда его грассирующая «р» отозвалась в груди непрошеным томлением, и зло себя одернула. Ты что удумала, Самойлова? Этот коварный тип следил за тобой с неизвестными намерениями! И сейчас собирается! А ты уже и рада раскиснуть от его внимания и нечеловеческого рыка! Да кто он такой вообще?!
На этой мысли я внезапно забуксовала, вспомнив, что нахожусь в мире, где проживает тьма-тьмущая рас. А ведь действительно! Кто он?
— Ты чего на мужика взъелась? — Полинка пихнула меня в бок. — Не выспалась?
— Немного, — отмахнулась от подружки и нахохлилась сильнее, бросив раздраженный взгляд на неугомонную толстуху, соображая, что неплохо бы и правда поспать. Путь дальний, развлечений нет, соседи ужасные. Хоть выспаться впрок! Мы уже тронулись в путь, и сейчас ей не нравилась тряска, от которой у нее якобы несварение, хотя дилижанс шел поразительно ровно для моих представлений о Средневековье. — Слышь, тетя! Заткнись, а?
Тетка, на мгновение опешив от моих грубых слов, быстро опомнилась и аж покраснела от гнева, набрав в легкие побольше воздуха для достойного ответа. Но тут наткнулась на мой откровенно злобный и наверняка драконий взгляд и резко сдулась. Под конец даже, кажется, пукнула, по крайней мере, ее соседи страдальчески закатили глаза и задержали дыхание.
На этом утреннее общение с попутчиками завершилось, и следующие несколько часов мы вполне мирно путешествовали. Я даже уснула, убаюканная мерным ходом дилижанса, впервые за несколько суток пребывания в этом мире увидев красочный и потрясающе реалистичный сон. Будто бы я лежу на мягком зефирном облаке с леденцовой крошкой и морозным эффектом, а оно принимает форму то пончика, то бублика, то бабочки, то лошадки, то дракона…
Утро началось превосходно: накрапывал дождь. Для него, дракона из Ледяного рода, любые осадки были в радость, особенно снег. Но и дождь тоже неплохо. Вчера он успел приобрести последний билет в дилижанс, на котором отправлялся объект, и это тоже радовало.