Ветрогон (СИ)
Но вокруг Атомограда-58 много пахотных земель! Собственно, Пять-восемь и Два-два стоят на разных концах огромной плодородной долины, распаханной почти что на сто процентов. Не житница страны, но житница региона — как минимум. А если учесть, что граница с сельскохозяйственным Корасом тоже от нас недалеко… Но тут, конечно, зависит от розы ветров.
Короче, не желаете ли пусть не глобальный, но локальный продовольственный кризис?
Скорее всего, в Ордене государственная машина сработает как надо и массового голода не допустит — хотя и тут возможны сюрпризы. На непогрешимость системы никогда уповать не стоят, работают-то везде люди. Но вот соседям точно не позавидуешь: у них в голодные годы еду раздавать исторически не принято. А принято, наоборот, показательно подавлять беспорядки, отправляя неимущих на каторжные работы и развешивая их вдоль дорог.
Это не говоря уже о вреде для беременных и новорожденных. В Атомограде-58 больше тридцати тысяч жителей, порядка пяти-шести тысяч детей, а то и больше: здесь во многих семьях по три-четыре ребенка. Сколько в окрестностях — не знаю. До скольких дотянется радиоактивное облако — тем более.
Все эти длинные, если их пересказывать, а на самом деле короткие и емкие мысли пронеслись у меня в голове, пока двери раскрывались. Красный свет и сирена сбили с толку боевиков, они не сразу заметили, что блокировка электромеханических замков слетела и створки гермозатвор движутся. Я использовал этот шанс по полной. Как только понял, что щель между створками стала достаточной для моей головы, рванул внутрь. Наверное, мне в спину матерились занявшие позиции стрелки. Пусть их. Точно не уверен, но счет может идти на секунды!
Первая воздушная пуля ушла в «программиста», который, всхрапнув кровью, завалился на свои ноутбуки. Еще четыре тоже нашли свои цели. Следующие пять… Нет, тут я частью промазал: террористы спохватились и открыли по мне огонь. К счастью, я бежал быстро.
Может ли эхолокация показать мне траекторию автоматной очереди? Ответ: может, но скорости для того, чтобы скользить между ними, как Нео из «Матрицы», мне не достает. Может, Рина бы и справилась. Одна очередь вспорола рукав, еще я почувствовал тупой удар в бок. Попали? Неважно, регенерация детей-волшебников меня защитит. Боли я не чувствовал, это главное.
Знаете мантру полицейских спецотрядов? «Первым в комнату входит мисс граната!» Вот именно роль такой гранаты я и сыграл. Еще и отвлек на себя внимание, позволив спецназу открыть из-за дверей прицельный огонь. А я как раз добрался до уродов, что охраняют спецов!
По этим стрелять воздушными пулями я не мог, опасаясь задеть заложников, но оказалось, что их броники не держат удар моей «циркулярной пилы». Всадник Ветра не подвел, развалив одного чуть ли не надвое. Другому я, повернувшись, всадил кончик глефы в шею. Собирался было снести голову, но вовремя сообразил, что руки коротки — буквально.
Я уже говорил, что я мелкий шкет?
Мама стояла прямо передо мной, глаза ее были расширены от ужаса, белый халат с эмблемой Ядерного Щита на кармане — забрызган кровью. Не ее кровь, чья-то еще. Кажется, моя. Она как-то заторможенно потянулась ко мне.
— Реактор! Ноутбуки! — крикнул, вернее хотел крикнуть я.
Получилось что-то вроде сипения. Но она меня поняла! Даже что-то ответила — только чертова сирена не дала расслышать.
— Быстро!!! — прервал я её, и она, наконец, послушалась, обогнула меня и бросилась к терминалу. Вместе с другими спецами… Правда, эти не знаю, куда бежали, может, к выходу. А я оперся на Всадника Ветра. Машинально провел рукой по лбу, обнаружив длинную ссадину. Это я когда протискивался в двери, надо полагать. Ух, что-то меня штормит. И дышать тяжело. Посижу-ка я пока на полу… Или полежу… Даже удобно…