Кровавая Мачеха (СИ)

Впрочем, Витольд Тервилль вообще был с эвитанского Севера. И принцесс выдавал за кровных сестренок. Но потом в них всё равно вцепились честолюбивые (и мстительные) заговорщики. Которые будут всегда. Не одни, так другие. Потому как алчность и светлые идеи…
Потому что если даже побережье и проклято, как маяк для всяких там подозрительных Галеасов, то уж готовящих переворот бунтовщиков на мистику не спишешь. Тут уже бесконечное невезение самого Алексиса вновь дало о себе знать.
За одно спасибо пропавшему императору Евгению Кантизину — гнезда всех опасных заговорщиков в опале по западному побережью уже вычищены. Хотя бы временно. А то бы опять уже все сюда примчались. Без разницы, за кем. Им, небось, и простолюдины бы сгодились — раз приплыли на потусторонних парусниках из темных легенд. Какая разница, кто они на самом деле. Легенду придумаем. Выгодную для себя.
Именно так говорит Юстиниана, и она полностью права.
Заговорщики теперь остались только столичные. В столице.
Или в других провинциях.
И думай, если вдруг не повезет с ними столкнуться снова — оставят ли тебя в живых и на этот раз, или вспомнят, что было в прошлый?
И тогда — гадай уже только, оставят ли в живых хотя бы твою семью. Хотя бы женщин и детей.
Спешного гонца в ближайший гарнизон Алексис уже тайком отправил, а пока гостеприимно приютил новых беглецов у себя на вилле. Опять.
А сам остался ужинать с гостями. Со слабой надеждой их напоить допьяна… но не вышло даже с помощью куда лучшей, чем он сам, интриганки — жены.
Так что контролирует ситуацию Алексис всё равно плохо, даже при участии умной и хитрой Юстинианы. Гости пить хмельное особо не торопятся, зато уже вовсю разговорились со всеми, включая слуг. И разбалтывать местных они умеют — только держись. Как бы сами их не напоили!
Здоровенные парни из окружения хмурого предводителя разом оживились, услышав о немолодой тетке, сопровождавшей одну из принцесс. Нашли потерянную мать!
Теперь бы еще не решили, что Алексис чем-то ей навредил. Иначе никакая императорская стража его уже спасти не успеет. Не говоря уже о собственных слугах.
Даже от одного из этих богатырей.
Алексис успел нехило напрячься, когда хмурый предводитель уточнил судьбу предыдущих причаливших. И особенно — юной девушки-принцессы по имени Арабелла. Алексис с удовольствием ушел бы в глухие кусты, заявив, что звали ее Мари Тервилль, но кто-то из не в меру болтливых слуг уже всё успел рассказать. Так что врать и выкручиваться слишком поздно. Как и нанимать новых слуг.
Кроме того, Тервилля незваные гости тоже знают. Как и то, что никаких сестер у северянина не было. Во всяком случае, на Галеасе. Явно ведь из одного места все плыли. Вся требующая Права Причала подозрительная шайка-лейка, предпочитающая в качестве перевозчиков то ли мертвых, то ли бессмертных Проклятых Моряков.
Так что даже хорошо, что слишком беспечные слуги оказались болтливы. Да и выгонишь этих — потом же опасных сплетен вообще не оберешься. Начнут трепать языками еще и из мести. И тут-то уж точно можно попасть под горячую руку хоть императорской семье, хоть ее очередным врагам. Стать показательным примером жестокой расправы. Суровой наукой другим.
А сейчас пришлось признаться гостям, уж насколько вышло. Что девушке Арабелле оказала гостеприимство сама императорская семья. Потому как на виллу напали заговорщики, всех их похватали, а уж у заговорщиков всех отбила королевская стража.
А заодно уж, как получилось, Алексис попытался снять побольше вины с себя. А то до следующей стражи есть риск не дожить. И куда опаснее, чем даже с заговорщиками. У тех Алексис хоть точно не сдавал в плен императору ничью родную мать.
Разве что попробовать сослаться на маршала Анри Тенмара и рассказать, где и как с ним познакомился. Вдруг эти эвитанские беглецы были с ним в хороших отношениях? И помилуют хоть из уважения к прославленному полководцу?
А если окажутся его злейшими врагами — что ж, не повезло в очередной раз. С Алексисом это очень даже вероятно.
  
Кстати, теплилась еще надежда, что хоть больше Проклятых Галер из Мэнда в море не осталось. Но предводитель этой очередной, изгнанный герцог Грегори Ильдани честно признался, что еще одна по-прежнему где-то носится по бурным волнам. С Мертвым экипажем, мэндско-аравинтскими беглецами и в качестве предводителя — с бывшим королем Аравинта Георгом Вторым Ларнуа на борту. От них вестей нет, но беглый герцог Грегори Ильдани чувствует: все живы. Ну, кроме экипажа.
— Если еще смогут причалить, — безжалостно перебила мужской разговор Юстиниана. — У ваших спутников уже заканчивались припасы. Они начинали голодать.
И тут выяснилось, что причины этого Грегори Ильдани не знает, но у них самих с припасами всё было еще в порядке. И с едой, и с водой.
И надо бы об этом уточнить у самого Черного Монаха, как у самого осведомленного. Вдруг тот что предположит?
Ну да. То-то едят весьма умеренно. И лишнего не пьют. Не похожи на изможденных и голодавших, совсем не похожи. Предыдущие выглядели куда хуже.
И Алексис бы это даже мог вовремя заметить, если бы настолько не ошалел от леденящей (в любую жару!) тревоги за себя и своих.
Потому что хорошо из всей их мирной компании дерется только Марк. А из гостей — каждый первый, включая некоторых дам.
Чем ближе императорские солдаты, тем больше нервничал Алексис. Шансы, что их тут же прикончат спасенные и выданные страже, всё растут. Но куда было деваться? Он и так уже раз едва не пропал — вместе с семьей. Еле спаслись.
И еще одной промашки императорская семья уже точно не простит. Даже без сплетен уволенных слуг.
Да и не Евгений Милосердный уже на Пурпурном троне, а Кровавая Мачеха. А про нее такое уже поговаривают…
Впору уже самому напиться, но под цепкими взглядами Юстинианы и Марка сразу — лучше даже не пробовать.
— Не беспокойся, — будто прочел мысли Алексиса усталый предводитель. А может, и прочел — кто его знает, этого беглого эвитанского герцога с Проклятой Галеры? — Мы не собираемся драться. Арабелла Вальданэ пропала в Гелиополисе. Брать его штурмом мне не хватит сил. С Эвитаном у Мидантии мир. Маршал Анри Тенмар — мой друг, а Виктор Вальданэ не только друг, но и кузен. Значит, мы просто сейчас добровольно отправимся в Гелиополис, и уже оттуда — в Эвитан.
2
Кого-то запах свечей успокаивает, напоминая о детстве и вере в Творца милосердного. Юлиану слишком давно не утешает второе, а первое скорее сгонит в кошмары.
Круг из свечей эвитанка Лаура зажгла бесстрашно. Даже если знает, чем рискует. Если Вики и Юлиана не вернутся из сна — Лауре не жить. Даже если Юлиана честно расскажет о своих планах Октавиану Мидантийскому Барсу, и он ее вдруг не остановит.
Даже если он даст слово помиловать Лауру. После смерти Юлианы ее приказы будут уже неважны. Только не в Мидантии.
Но если истинная цель Лауры — гибель Вики, Юлианы и ее будущего ребенка, — рыжая жрица заплатит цену одной своей смерти за три вражеских. Юлиана бы на ее месте заплатила, не колеблясь.
Так что осталось лишь надеяться, что Лаура им действительно не враг. Что те, кого назвала врагами она сама, на самом деле ей не тайные союзники.
Но иной путь — пожертвовать Вики. И на это Юлиана не готова.
— Спите, императрица, — мягкий голос Лауры — будто тихий шелест сухих песков таинственного Востока. Будто древний рисунок на восточном ковре из детских игр с Мариитой и Зоей. Будто страшная сказка о храброй и умной девушке, что ежевечерне покупала себе очередную ночь жизни, рассказывая диковинные истории. — Спи, Юлиана. — Смеживший веки сон не дает возразить на столь наглое обращение. — Спи, сестра.
Спит. Спит, прижимая к себе Вики.
И одновременно — шагает по шелестящему темному саду. Саду ее детства — и одновременно нет. В настоящем — никогда не пряталась за росистыми кустами опасная, шелестящая тьма. Там не ждало никаких смертельно опасных чудовищ, кроме Романа и отчима Бориса.