Stolen (СИ)

— А теперь снимай свою сорочку, — тихо приказал он. — Делай это немедленно или я ее с тебя срежу.
========== II ==========
Луи никогда не забудет жуткого звука рвущейся ткани, что будет преследовать его до конца дней. Разорванная сорочка упала на пол, и он обнял себя руками, пытаясь согреться.
— Тебе следовало сделать то, о чем я тебя просил, — произнес альфа, окинув беглым взглядом его фигуру.
Затем он поднял сорочку с пола, прихватил ее край зубами и на глазах Луи изорвал тонкую ткань в клочья.
Зайдя за спину, он всунул омеге в рот кляп из обрывков сорочки и узлом завязал края у него на затылке. Его теплые ладони опустились на плечи, и он ободряюще прошептал ему на ухо:
— Омега, я не причиню тебе вреда, если ты станешь делать то, что я тебе говорю. Ты будешь меня слушаться?
Он подошел к шкафу, извлек из него чистую сорочку и подал ее Луи.
— А теперь надевай это, если не хочешь, чтобы я выволок тебя отсюда голым.
На этот раз он подчинился, быстро надев через голову сорочку, натянув панталоны и накинув корсет. Не произнося ни слова, Мясник подошел к нему сзади и туго его зашнуровал.
После того, как Луи надел юбку и верхний корсет, альфа связал ему за спиной запястья оторванными от сорочки полосками ткани.
— Где твои туфли? — спросил он, окинув взглядом комнату.
Мальчик кивнул в сторону дальней стены, где оставил обувь, перед тем как лечь спать. Мясник подошел и поднял их. Вернувшись, он опустился на колени перед Луи и положил секиру на пол у его ног. Сунув руку под юбку, он обхватил ладонью обнаженную голень. Неожиданное тепло его руки заставило омегу потерять равновесие и опереться на его плечо.
Он приподнял ногу и сунул ступню в туфлю, затем проделал то же самое со второй ногой; потом горец подхватил секиру и выпрямился. Чулки он даже не упомянул. Все произошло очень быстро. Луи в растерянности смотрел на Мясника. Еще ни один альфа не видел его обнаженным, и ни один альфа не совал руки ему под юбку. Луи поднял голову и ртом втянул воздух сквозь льняной кляп.
— Я знаю, он тугой, — произнес Мясник, как будто прочитав его мысли. — Но мне нужно, чтобы ты не издавал ни единого звука.
Он наклонился, обвил мускулистой рукой ягодицы омеги и забросил его себе на плечо. Это резкое движение вышибло из легких Луи весь воздух.
Держа секиру в одной руке, Мясник открыл дверь и бесшумно зашагал по коридору. Мальчик успел заметить мертвого солдата, который лежал на полу возле его спальни. Он утратил бы дар речи даже если бы его рот и не был заткнут кляпом.
Спустя несколько мгновений они уже спускались по лестнице. Мясник пронес его еще по одному темному коридору, мимо двух других убитых солдат и наконец подошел к задней двери барака. Луи даже не подозревал о существовании этой двери. Откуда о ней было известно этому мятежнику? Кто сказал ему, как найти спальню Рикардо, и как он узнал, что он должен здесь находиться? Только внезапный вызов по тревоге вынудил Дайсона уехать, но предварительно он настоял, чтобы Луи занял его комнату. Здорово это ему помогло…
За дверью барака их окутал густой туман. Он брыкался и сопротивлялся, но Мясник, казалось, этого не замечал. Он уверенно поднимался по поросшему травой земляному валу к наружной стене форта. Когда альфа поставил его на ноги, омега увидел четырехзубый крюк, вонзенный в землю у его ног, с привязанной к нему веревкой. Луи и опомниться не успел, как уже скользил вниз по стене, уцепившись за спину Мясника и пытаясь исторгнуть кучу неподобающих омеге проклятий.
  
Его ноги коснулись земли, и, обернувшись, Луи увидел коня с черной, как ночь, гривой. Конь тихонько заржал и мотнул головой. Пар белыми клубами, вырывался из его ноздрей. Вдруг омега почувствовал, что его похититель развязывает ему руки. Сунув секиру в седельные ножны, он вскочил на спину коня.
— Давай руку, — произнес Мясник, протягивая к нему открытую ладонь.
Он гневно затряс головой и прикусил кляп, от которого его тошнило.
— Дай руку, омега, или я спрыгну и изобью тебя до потери сознания.
Схватив пленника за локоть, он зашвырнул его на спину коня позади себя и вонзил каблуки коню в бока. Лошадь мгновенно пустилась в бег, и Луи не оставалось ничего другого, как обеими руками изо всех сил обхватить крепкий мускулистый торс своего похитителя, чтобы не свалиться в холодные темные воды реки, по берегу которой они скакали.
Как оказалось, торс Мясника был действительно необычайно крепок. Все внимание Луи теперь было приковано к этой твердой, как скала, спине, и невероятная сила ее обладателя не на шутку тревожила омегу. Все же ему удалось сохранить самообладание и даже следить за дорогой. Он обращал внимание на все, что бросалось в глаза.
Они не меньше часа скакали на лошади, прежде чем альфа наконец заговорил. И тогда мальчик обнаружил, что ему очень сложно сосредотачиваться на чем-либо, кроме низкого тембра его голоса и его длинных волос, касающихся щеки всякий раз, когда он поворачивал голову в сторону омеги.
— Ты так долго молчишь, малыш. Ты там жив?
Все, что он смог сделать, так это что-то пробормотать сквозь тугой кляп, от которого у него уже онемел язык.
— Да, я знаю. — Альфа кивнул, как будто понял каждое слово. — Я уже хочу снять его, но, прежде чем освободить твой рот, я подожду, пока мы не окажемся в более пустынных местах, где никто не услышит твоего крика.
— Я не буду кричать, — попытался сказать он, но вместо слов получилось приглушенное ворчание.
— Что? Ты считаешь меня очень мудрым? Да, я с тобой согласен.
Луи с трудом удержался от того, чтобы не ударить его по плечу или обоими кулаками не начать колотить его по спине: все-таки он имел дело с безжалостным убийцей.
Они выехали в открытое поле. Всмотревшись в туман, омега заметил вдали мерцающий огонек. Возможно, это фонарь в окне мелкого фермера? Или рота английских солдат?
В его мозгу отчаянно застучала надежда на побег, и, не успев составить толковый план, он оттянул кляп. Ткань растянулась достаточно для того, чтобы соскользнуть на подбородок. Все, что ему пришло в голову, — это перебросить ногу через спину лошади и на полном ходу спрыгнуть на землю. Поспешно поднявшись, Луи бросился бежать сквозь грязь и морось к тусклому огоньку.
— Помогите! Пожалуйста!
Разумеется, он понимал, что Мясник будет его преследовать, но цеплялся за зыбкую надежду, что он рухнет с лошади и раскроит себе череп о какой-нибудь камень. Беглеца охватила паника, когда до его слуха донесся топот ног, а несколько секунд спустя альфа настиг его. Обхватив омегу обеими руками за талию, он сбил его с ног.
В следующее мгновение мужчина уже сидел на нем верхом. Теперь Луи был
совершенно беспомощен, лежа на спине со вскинутыми над головой руками.
— Отпусти меня!
Он брыкался и кричал, не желая ему уступать. Бил его коленями в живот, плевал ему в лицо и бешено извивался, сражаясь за свою свободу.