Чужая роза (СИ)

— У тебя был сын?
Я сама не заметила, как перешла на ты.
— Джеронимо. Ему было полгода, когда это исчадье ада, его мать, сбежала от меня в свой бесовский мир. Исчезла в недрах горы Харда, и я ничего не смог сделать. Но я все равно найду своего мальчика. Я поклялся в этом Кровоточащему Сердцу Господню. Найду, вырву из сетей дьявола, и верну домой.
— Выходит, твоя женщина была иномирянкой?
Мне нетрудно было сложить два и два. Судя по всему, Гвидо воспользовался, как говорили в моем мире, служебным положением и, вместо того, чтобы уничтожить «исчадие ада», сделал ее своей любовницей.
— Она была дочерью дьявола, — прохрипел храмовник. — Прекрасной и бесстыжей, как все рыжие ведьмы.
В его голосе мне послышалась тоска. «Крепко же ты влип, брат Гвидо, — хмыкнула про себя. — Влюбился, вопреки законам Ордена, родил ребенка и умудрился потерять и его, и любимую женщину. А теперь пытаешься ненавидеть ту, что зацепила сердце и заставила понять, что в первую очередь ты мужчина, а уже потом — член Ордена Храмовников».
— И как ты надеешься ее найти? Другой мир совсем не такой, каким тебе представляется. Там нет адского огня и Люцифера, нет кипящих котлов и чертей. В моем мире живут обычные люди, просто наше время и развитие ушли намного вперед. На несколько веков.
— Замолчи, богохульница! — неизвестно с чего разъярился Гвидо. — Тебе не запутать меня своими дьявольскими речами. Тания пыталась, но у нее ничего не вышло. И у тебя не выйдет, — осенив себя крестом, рыкнул храмовник и стегнул лошадь, заставляя ее идти быстрее.
Я отвернулась и привалилась щекой к борту повозки, обдумывая то, что узнала, и пытаясь понять, как можно использовать открывшиеся факты.
Алессандро Абьери
Ночь подходила к концу. За окном протянулись первые серые полосы подступающего рассвета, в ветвях деревьев робко пробовали голоса птицы, темнота комнаты дрогнула, расползаясь по углам и уступая место зарождающемуся дню.
Абьери подпер кулаком голову и, не отрываясь, смотрел на спящую девочку. Странное дело. Только рядом с ней он мог дышать, и только рядом с ней отступала тягучая тоска, засевшая в душе. Беттина. Маленькое отражение Алессии. Несмотря на то, что по крови девочка была ей чужой, Абьери с удивлением замечал, как она похожа на свою приемную мать. Взгляд не по-детски серьезных глаз, улыбка, черты лица, теплый желтый огонь, горящий в черных, как маслины, глазах.
— Где же твоя мама, Беттина? — тихо прошептал он, склоняясь над спящей девочкой.
Тут, в сонной тишине детской, он чувствовал себя гораздо спокойнее, чем в собственных покоях. Дни были заняты поисками Алессии, а ночи он проводил здесь. Не допускал в комнату ни Арелли, ни Альду, сам укачивая ребенка — поначалу неумело, неловко, — но Беттина удивительно спокойно засыпала в его руках, а он, слыша биение маленького сердца у своего собственного, чувствовал, как притупляется боль потери, и ощущал заполняющее душу незнакомое тепло.
Можно ли так быстро привязаться к чужому ребенку? Он не знал. Как не знал и названия того чувства, что возникало в душе при взгляде на крошечные розовые пальчики, на смешные тоненькие бровки, на сладко причмокивающие во сне губки. Беттина была тесно связана с Алессией, она пахла ее запахом, как детеныши оленихи пахнут запахом матери, и эта связь заставляла его верить, что Алессия обязательно найдется. Он ее отыщет, даже несмотря на то, что поиски то и дело заходят в тупик.
Тупик… Почему Алессия забрала из аргестерия кольцо, но оставила там кошель с деньгами интригана Марко? Разумнее было бы взять и то, и другое. Что двигало его женщиной? Какие мысли прятались в ее голове? На что она рассчитывала? И куда могла исчезнуть?
— Ньор герцог, простите, там ньор Форнезе пришел, говорит, это срочно, — послышался от двери тихий голос Альды.
Абьери поднял голову и увидел нечеткий силуэт майрессы. Вот уж не думал, что несгибаемая Альда может о ком-то переживать, но жизнь и тут сумела удивить. Впрочем, что здесь странного? У Алессии настоящий талант пробуждать в людях эмоции. Даже в самых холодных и невозмутимых, как он сам, Альда или тот же Марко.
 
Абьери спустился вниз и увидел расхаживающего по атриуму Форнезе. Друг выглядел уставшим. За ткань плаща цеплялся нетопырь, казавшийся взъерошенным и одновременно решительным.
Алессандро отмечал все это краем сознания, просто как мелочи, не стоящие внимания и все же остающиеся в памяти.
— Что за срочность? — спросил он друга.
За минувшую неделю Форнезе сделал многое, чтобы найти Алессию, даже привлек лучших магов гильдии, раскинул с ними поисковую сеть, требующую мощной магической подпитки, и отдавал на это почти все свои силы, но магия оказалась бессильна. И никто не мог понять, почему.
— Вот, — дернув плечом, на котором сидел нетопырь, выдал Форнезе.
— Я уже видел результат твоего призыва, — посмотрел на него Абьери.
— Бруно, поведай герцогу то, что рассказывал мне, — приказал Марко, а нетопырь посмотрел на Алессандро и почесал когтем живот.
— Так это, нам бы перетереть с глазу на глаз, — выдал летун непонятную фразу и нетерпеливо пояснил: — Наедине, то есть. Подальше от чужих ушей.
— Идем в библиотеку, — кивнул Абьери, решив ничему не удивляться.
Когда за ними захлопнулись тяжелые палисандровые двери, он повернулся и приказал: — Говори.
Бруно прыгнул на стол, уселся, свесив лапы, и посмотрел на него хитрыми желтыми глазами.
— Только заранее предупреждаю, то, что вы услышите, может вам не понравиться.
— Да говори ты уже, — не выдержал Марко.
— Леся пришла из другого мира, — выдержав внушительную паузу, важно изрек нетопырь.
— Какого мира? — растерянно моргнул Абьери.
— Технократического. Магии — ноль, нравы — ужасные, одеваются не пойми во что, а уж вода просто отстой, пить невозможно. Да и еда оставляет желать лучшего, — выдал Бруно. — Сплошные консерванты и улучшители вкуса.
— Так, подожди, — пытался разобраться Абьери. — А откуда ты знаешь про другой мир?
— Здрассьте-приехали! — протянул Бруно. — А где я, по-вашему, десять лет чалился? Уходил туда настоящим ар-тори, а вернулся вот этой ободранной муфтой, — сыпал незнакомыми словами нетопырь, но Абьери его уже не слышал.
Другой мир. Вот почему Алессия так отличается. Стоп. Он что, правда верит в существование какого-то иного мира? Он всегда считал, что есть только временная земная жизнь и жизнь вечная, в раю, чистилище или в аду, уж кому как повезет. Сам, конечно, на рай не рассчитывал, но другой мир… Нет. Невозможно.
— Не верите, значит, — с легкостью прочитав его взгляд, кивнул Бруно. — Ну да, и на что я рассчитывал? Отсталая цивилизация. Застряли на выходе из Средневековья и никак до восемнадцатого века не доползете. Вот у нас, например, уже давно не носят такую глупую одежду, — продолжал легкомысленно разглагольствовать нетопырь, но взгляд желтых глаз оставался цепким, настороженным, опасливым. Да и поза только казалась расслабленной. Боится? Опасается, что убьют за богохульство?
— Значит, ты хочешь сказать, что миров несколько, и по ним можно перемещаться? — отложив сомнения на потом, спросил Абьери.
— Я сначала тоже не поверил, — вмешался Марко. — Думал, врет, как всякий пособник сатаны.
— Очень даже обидными словами обзываетесь, дяденька, — тонко пропищал Бруно и перелетел на карниз. — Пойду-ка я от греха подальше, а то ведь опять святой водой обольете.
— После призыва было, — пояснил Форнезе на его недоуменный взгляд. — Собирался призвать неупокоенного духа, а пришло вот это. Живое и говорящее. Думал, дьявольские шутки.
 
— И как?
— Да что ему сделается? Обругал неизвестными словами и полез обниматься.
— Это я так радовался, что в магический мир попал, — с безопасного расстояния пояснил Бруно.
— Ты и магию чувствуешь?
Абьери прищурился, разглядывая нетопыря внимательнее.
— А то! Да я и сам магичить могу! — вскинулся Бруно, но тут же сник и опустил крылья. — Вернее, мог. Сейчас-то магии во мне кот наплакал.