Олег – диктатор Рима? (СИ)

— В смысле не годятся? У них есть две руки и две ноги, и даже голова имеется.
— Ха…ха…Смешно…В армию набирают по имущественному цензу. Требуется не менее 4 тыс. ассов от домохозяйства.
— Зачем?
— А как легионеры по-твоему будут вооружаться и готовиться к походу?
— В смысле? Так это за их счет, что ли?
— Ну да.
— Бред какой.
— Почему бред-то?
— А в чём их выгода? Мужчин забирают из хозяйства на годы и то приходит в упадок.
— Они защищают Родину и получают долю в добыче…
— Всё равно хрень…Это поэтому, наверное, римляне отрубают себе большие пальцы.
— Позор для мужчины!
— Держать меч в руке не могут, а значит, свободны.
— Это отщепенцы!
— Послушайте, Гай Марий, есть вариант как решить вашу проблему и проблему Рима. Если, конечно, моё мнение интересует.
— Говори, — сказал неуверенно политик.
— Набирайте войска из голодранцев. Всё равно общественных работ на всех не хватает.
— Я же объяснял про имущественный ценз.
— К Аиду этот ценз.
— Чего? Как к Аиду? По-твоему армия должна биться безоружной и голой?
— Пусть государство даёт оружие и обмундирование.
— Как? Сенат ни за что не пойдёт на такие траты.
— Скорее всего. Но можно воздействовать через Плебейское собрание.
— Какая-то мутная схема, — вымолвил Гай Марий.
— Пока не попробуем, не узнаем…
— Допустим…Но если разрешим набирать таким образом войска Риму, то Италия взбесится.
— Гай Марий, мы же с вами уже это обсуждали. Надо уравнять италиков в правах с римлянами. Сами подумайте, — это же бред! Они несут военную повинность наравне с нами, но при этом ограничены в правах.
— Не так уж и ограничены.
— Ещё как ограничены. Италики даже лишены избирательных прав и не могут представлять свои интересы в Народном собрании. И главное…
— Что главное?
— Они ограничены в правах при вопросе получения новых земельных участков.
— Сулла, давай начистоту. Если выдвинешь подобное предложение, то не проживёшь дольше недели.
— Почему?
— Ты посягаешь на права Сената. Одно дело твои общественные работы, а совсем другое — земля и власть.
— А власть тут при чём?
— Притом. Италики получат право голосовать, а значит, от них появятся всякие депутаты и сенаторы. Еще и землю им отдавать. Да тут за неё готовы убить любого!
— Если мыслить столь прямолинейно, то так и выходит.
— А как не прямолинейно?
— Сенат не хочет в своих рядах выходцев из Италии? Так?
— Не хочет и не допустит этого!
— Да ради Юпитера. Пусть будет как хотят!
— Не понял.
— Увяжем обретение гражданства и получение земли со службой в армии.
— Чего?
— Да, Гай Марий. Они вроде как приобретут гражданство, но им не достанутся права.
— Ничего не понятно.
— Смотрите, италиец отслужит в легионе, затем получит римское гражданство. Потом же Сенат дарует ему за заслуги землю, но где-нибудь на границе, в какой-нибудь Африке.
— Так…
— А теперь подумайте, как много после этого италийцев с римским гражданством окажутся в Италии.
— Да вроде немного…
— Понимаете к чему веду?
— Не совсем, но кое-что начинаю улавливать.
— На выборах есть имущественный ценз, привязанный к собственности.
— Это да.
— Так как эти ветераны смогут голосовать из тех районов, в которых выборы не предусмотрены?
— Никак.
— Теперь понятно?
— Похоже на обман.
— Это слишком резкое определение. Рядовым гражданам безразлично, пройдут ли их представители во власть. Они хотят еды и крова. Это и получат. Наши чиновники смогут спать спокойно.
— Ладно с этими италиками. С чего ты взял, что Сенат согласится выделить деньги на формирование армии. Я так вижу, что она будет полностью наёмная.
— Надо будет объяснить выгоду этого решения.
— Отдавать деньги — не может быть выгодным.
— Послушайте, Гай Марий. Если не поливать фруктовые деревья, то и урожая не будет. Ведь так?
— При чём здесь урожай? Вода бесплатная.
— Так уж и бесплатная, консул. Вы, видимо, совсем стали далеки от народа. В Риме с водой серьёзные проблемы.
— Ну ладно. Ближе к делу, Сулла.
— Так вот. Надо рассматривать создание профессиональной армии как инвестицию, которая себя окупит. Необходимо показать Сенату, что это выгоднее обычной мобилизации.
  
— Не представляю, как это возможно осуществить.
— Мне нужно будет поработать с документами в архиве. С ними наш проект не будет голословным. Пока у меня есть просто чёткое понимание, что нынешняя практика с формированием легионов тупиковая.
— Не все разделяют твою позицию, Сулла Корнеллий.
— Уверен, что смогу предоставить неопровержимые аргументы после анализа бумаг. Мне нужно лишь ваше разрешение на посещение архивов.
— Считай, что оно у тебя есть. И что дальше?
— А дальше я подготовлю проекты, и вы сможете выступить с ними в Сенате и Плебейском собрании. Потребуете давать гражданство италикам после службы и формировать наёмную армию.
— Очень рискованно. В случае провала я могу потерять и должность.
— Тогда поручите это мне. Если проекты пройдут, то вы получите и армию, и деньги. При неудаче сможете списать на мою неопытность. К вам не будет претензий.
— Попробовать можно…
  
Глава 22
 
Выступаю в огромном, роскошно отделанном зале Сената. Сегодня он полон, так как почти все знают, о чём будет идти речь. Лица присутствующих показывают всю гамму испытываемых ими чувств. Старший консул Луций Кассий Лонгин, невысокий и коренастый мужчина, слушает внимательно и напряжено. Младший консул Гай Марий внимает со странным выражением тревоги и надежды одновременно. Равнодушных в этот момент просто не было.
— Уважаемые сенаторы, чиновники и заинтересованные лица! Сегодня я представляю вашему вниманию два проекта. Первый касается предоставлению римского гражданства тем италикам, которые пройдут службу в армии. Второй проект предлагает набор войск на контрактной основе.
Зал продолжал хранить тишину. Отсутствие яростной ругани было достигнуто огромной предварительной работой. Заранее проведены разговоры с лидерами фракций, объяснены основные предложения. Но даже так чувствовалась постепенно накаляющаяся атмосфера…
— Сейчас Рим вынужден вести войну сразу на трёх направлениях, не считая Испании. Германцы в Галлии, Югурта в Африке, скордиски в Македонии. За последних 15 лет мы потеряли до 100 тыс. солдат в различных битвах…
От таких данных народ замер. Никто ранее не осмеливался называть эти страшные цифры.
— Необходимого количества легионеров мы набрать не можем. Причина одна — у нас нет для этого мужчин. Даже попытайся выгрести остатки из Италии, проблему не решить. Не для кого уже не секрет, что африканская армия отзывается и передаётся в распоряжение уважаемого консула Луция Кассия для его борьбы в Галлии. Сразу возникает вопрос о будущем Африканской провинции. Учитывая враждебный настрой соседей, судьба римлян в этом регионе будет печальной. Полагаю, провинция будет потеряна. Оставшихся там частей настолько мало, что они способны удерживать какое-то время лишь наиболее крупные населённые пункты. Наших людей ждёт там смерть!
От этих слов кому-то стало дурно, и в зал занесли воды. После некоторой паузы выступление продолжилось.
— Нам срочно нужно 4 легиона! Сейчас в легионе по штату семь тысяч сто двадцать пехотинцев, 1100 тыловых служащих и 1400 рабов. Конница — 1800 воинов, а также столько же тыловиков и вдвое больше рабов для обслуживания лошадей. Таким образом, перед нами встаёт задача: изыскать тридцать пять тысяч шестьсот восемьдесят пехотинцев, 4400 воинов тыла, 3600 рабов и одну тысячу восемьсот тыловиков для конницы.
Обвожу взором присутствующих.
— Набрать тыловиков не составит сложностей. Здесь не нужен имущественный ценз. С конницей думаю тоже разберёмся, — наймём людей в Македонии, Фракии, Лигурии и Галлии. Они могут даже привести с собой и обслугу, и лошадей. Но что делать с остальными? Имущественный ценз больше не позволяет никого набрать. Остаётся лишь единственный выход — набирать тех, кто беден, не имеет ни имущества, ни денег, ни постоянной работы. Пришло время брать в армию тех, кто до сих пор лишён возможности воевать за свою страну, за Рим!