Олег – диктатор Рима? (СИ)
— Теперь окончательно понятно насчёт Суллы.
— Он так, — один из возможных вариантов. Хотя, признаюсь, это его участие в ночной акции меня несколько сбило с толку.
— Не тебя одного, Авл. Не тебя одного.
— Остановимся на том, что всё-таки его действительно обучал отец или нанял для него кого-то. По ходу дела тут такая же ситуация, как с его грамотностью.
— А что там с ней?
— Да он выделывался и говорил, что за месяц её освоил.
— Такое вообще возможно?
— Разумеется, нет. Люди годами выучить не могут, а тут этот пацан самостоятельно за месяц. Веришь в такое?
— Не очень как-то.
— То-то, правильно люди говорили про Суллу, что он вроде как слабоумный, всё постоянно забывает и тупит. Сейчас тоже к этому склоняюсь.
— Тут не понял.
— Ну смотри, Антигон. Представь, ты крутой боец, что может голыми руками опрокидывать легионеров, вооружённых топорами…
— И…что отсюда следует?
— А то и следует…Зачем тебе тогда с такими навыками устраиваться в таверну за 7 денариев. Самому за ночь можно поднять кучу денег.
— Тогда он точно слабоумный! Видать, раз мозгов мало, то природа силой и наградила!
— Я про то и говорю.
— Так как с ним дальше будем работать?
— Как прежде. Постепенно будем привлекать на более серьёзные роли. К тому же выгодно, что Сулла мелкий, — от него такой прыти никто не ожидает, что очень удобно. Раз он такой серьёзный боец, то будем это использовать…
Глава 5
Утро. Привычно потягиваюсь на кровати. Будильника нет, но мои биологические часы научились точно отмерять время. С последним, кстати, в Риме большие проблемы. Для определения времени днём использовали в основном солнечные часы. На Форуме стояла огромная стела, от которой шла тень. В качестве циферблата выступал солнечный меридиан, который был поделён на двенадцать секторов разной длины. Время определялось по величине отбрасываемой стелой тени. Как ни странно, показываемое время было довольно точное, и поскольку часов дома почти ни у кого не было, рабы часто бегали в центр города, чтобы потом доложить хозяевам, который час. Меня же данная ситуация лишь радовала. На работе из прежней жизни нельзя было опаздывать ни на минуту, что крайне раздражало мою свободолюбивую натуру. Так что спасибо Риму за отсутствие нормальных часов, а ещё за наличие весьма неплохих книг. Первоначально я страдал из-за отсутствия интернета, но потом нашёл чем компенсировать его недоступность. Книги! Если бы не они, то моя жизнь бы превратилась тут в настоящий ад! Человеку XXI нестерпимо хочется получать информацию и, конечно же, в Риме единственная возможность для этого книги. Любимые Плавт, Теренций, Андроник, Невий уютно расположились на полке рядом с моей кроватью. Римские книги изготавливались из папируса и имели форму свитков, навёрнутых на палки с утолщёнными концами. На верхнем их конце прикреплялся ярлычок с обозначением заглавия, который высовывался из кожаного футляра (что-то вроде современного переплёта). Читать их было счастьем, — они описывали римскую жизнь во всех красках. Я грустил, смеялся, злился вместе с ними, и в этот момент по-настоящему чувствовал себя счастливым. Книги были дорогими, но выбора не было, — без них было бы совсем тяжко.
Прошло уже больше трёх лет с момента моего появления в Древнем Риме. Не всё было гладко, но мне стало казаться, что я вроде как начинаю привыкать. За это время сделал немало: выучил греческий (как оказалось, здесь он очень распространён и опять же много книг на этом языке), постоянно практиковался в воинском деле (хотя, наверное, лучше сказать проверял на практике свои способности), накопил чуть больше 500 денариев (спрятал их в комоде в потайном дне). Обстановка в доме, правда, ухудшилась, — отец продал рабыню и теперь ходит есть-пить в кабаки. Иногда он вообще не возвращается домой. Впрочем, мне всё равно, — лишь бы меня не трогал, а поесть я могу и на работе. Последняя, кстати, тоже большой радости не приносит, — моя роль в преступных делах заметно увеличилась. Уже пришлось принять прямое участие в грабежах, разбое и просто воровстве, — докатился, самому себе становлюсь неприятен. Единственное, отчего воздерживаюсь так это от убийства. Впрочем, этим я так понимаю, там занимается охранник с огромным шрамом на лице — Адамант. Убийства же в стычках с другими бандами или при разбое, — никто в коллегии даже за убийства и не считает. Говорят: «Так получилось, специально не хотели, защищались и прочее». Другое дело наш киллер. Парни его боятся, — жилистый, здоровый, в бывшем воин и даже гладиатор, а теперь ещё и профессиональный убийца. Именно он принимал заказы на самую опасную и грязную работу. Стоишь с ним рядом и чувствуешь, что этот может спокойно зарезать и даже не моргнуть — неприятное ощущение. Надеюсь, никогда с ним не придётся столкнуться на работе. И вообще, надо с этими преступлениями кончать, — поставил себе цель собрать 700 денариев к совершеннолетию и бежать из Рима. В гробу я видел всю эту банду Авла и пьянчугу-отца. Сбегу куда-нибудь на окраину Римской республики и сниму там себе квартиру в инсулле. Буду работать каким-нибудь писарем или мелким чиновником, и тогда, наконец, придёт нормальная жизнь! Эх, около года осталось до совершеннолетия, а пока придётся торчать в таверне. К слову, о последней, — туда уже пора собираться…
* * *Работа в «Орле» шла спокойно, — за три года успел научиться всему: убираться в заведении, помогать в готовке, разносить еду, принимать товар и ещё много чего. Тут меня уже нечем было удивить и, как оказалось, данная ситуация тоже имела свои следствия. Во время обеденного перерыва мой непосредственный начальник, 19-летний Тирон неожиданно позвал меня за отдельный стол и завёл со мной следующий разговор:
— Авл хочет поставить тебя на моё место. Ты уже знаешь всю работу, — проблем не должно быть. Тебе просто надо будет распределять обязанности наших парней и будущих новичков, а также контролировать их выполнение. Придётся теснее работать с хозяином.
— Не шутишь? Это очень неожиданно. А ты что, увольняешься? — спросил я удивлённо.
— Отсюда? Да ты сам шутишь Сулла! Из таверны не уходят по своей воле.
— Как не уходят?
— Давай не придуривайся, Сулла. Ты понял. Мы все повязаны. Да и никто не хочет отсюда уходить. Где ещё такие деньги «поднимешь»? Если только в других коллегиях, но это вряд ли, — там будут смотреть подозрительно и не факт, что вообще возьмут. Я «ухожу» в охранники, — Авл сказал, что теперь может меня взять.
— Тогда поздравляю! Ты на самом деле «здоровым» стал. Помню, как я пришёл сюда, тогда худеньким был.
— Конечно, я был тощим! Всё из-за отца! У нас в доме даже жрать толком нет! Здесь можно нормально питаться, — цени это, Сулла. Ты не представляешь, как тебе повезло тут оказаться!
— А почему у тебя дома проблема с едой?
— У меня проблема не с домом, а с отцом. Он пошёл в клиенты (клиент -в Древнем Риме свободный гражданин, отдавшийся в покровительство патрона и находящийся от него в зависимости).
— Клиентом? Так, он получается лично работает на кого-то из знати.
— Работает лично? Слова то какие. Всё пытаешься подражать взрослым, — никак не можешь поумнеть ты, Сулла. То, что говоришь, как 40-летний патриций ещё не делает тебя им. Но да ладно, тебя уже не исправить…Так вот, маленький патриций слушай и вникай! Быть клиентом, — это полный отстой!
— В каком плане отстой?
— Во всех планах! Отец встаёт рано утром и в темноте, по грязи тащится в другой конец города к своему «господину» чтобы поприветствовать того с добрым утром.
— Что? Серьёзно?
— Более чем. Ладно бы только это, но нет же. Когда он приходит к своему патрону, то в прихожей обычно уже стоит целая толпа таких же горемык. Входа в атриум клиенты добиваются лестью и заискиванием перед рабом, который ведает пропуском.
— Перед рабом?
— Именно. Представляешь, какой позор! Свободный человек должен унижаться перед рабом!!! А кроме того, господин если не в духе или не может отойти от вчерашней пьянки, то просто велит прогнать клиентов. Если у патрона плохое настроение, то он толком даже не здоровается. Но чёрт с ним, такое бывает нечасто! Да, если патрон в добром настроении, то он действительно может пожать каждому руку и поцеловать… Не надо кривить лицо, Сулла. Все тут знают насчёт твоего идиотского отношения к поцелуям. Но ладно ты, — все привыкли к твоим «странностям», но патрон — нормальный римлянин.