Баронесса. Эхо забытой цивилизации (СИ)
У меня оставалось порядка десяти дней, и денег я не жалела — ни на продукты, ни на украшения. Я даже придумала замену охоте, которую, как надеялась, терезийцы оценят.
Я не знаю, выгнал ли Кайрос свою матушку из поместья, но в Синей Трясине он появлялся пару раз, до официального приезда делегации в баронство - после этого времени на то, чтобы доставать меня, у него просто не оставалось. Он ни разу не смог до меня добраться — у меня был приказ короля, я обязана была оставаться здесь. Сдерживали мужа, как ни странно, патрульные герцога, поощряемые людьми Его Величества.
Отношения с усатым мистером Шойном поначалу были очень натянутыми. В первые дни я полностью его игнорировала, общаясь исключительно с молодым и вдумчивым мистером Ривасом, но постепенно усатый, ворча, начал давать советы: иногда правильные, иногда нет, на что я сразу же остро реагировала, высказывая своё мнение.
И мне всё больше казалось, что мистер Шойн меня проверяет.
День за днём его взгляд менялся. Сначала был вдумчивым, затем любопытным, а в последние дни подготовки я заметила в глазах мужчины нескрываемый восторг. Выражал он этот самый восторг крайне грубо.
— Кто бы мог подумать, что за лицом красивой юной девки скрывается такое! — сказал он однажды за ужином, выпив изрядное количество вина. — Вы бы знали, что мне рассказывала о вас моя жена! Дескать, вы совсем загнобили миледи Муради из зависти к её красоте, успеху и от собственной никчемности.
За столом послышался истеричный кашель — бедный мистер Ривас весь покраснел и теперь смотрел на меня так, будто просил прощения за поведение своего старшего коллеги. А Яра, сидящая неподалёку, лишь закатила глаза: сколько раз за последние дни у нас были подобные споры.
— Кто бы знал, что один из старших помощников короля пользуется не своими мозгами, а мозгами своей жены, — не менее ядовито ответила я, широко и невинно улыбнувшись. Усатый мужчина только хрюкнул и отсалютовал мне бронзовым бокалом, полным вина.
Миледи Муради…
Я совсем забыла, что она была где-то рядом — наверняка в баронстве и, наверняка, с Кайросом. И вряд ли они там пили чай. Хорошо, что мистер Шойн напомнил мне о её существовании.
Мне было неизвестно, кто вошёл в список сорока приглашённых, который, как я слышала, составлял сам лорд Тугрим с одобрения Его Величества. Я предполагала, что там будут ближайшие графы с семьями — ан Дорн и Керьи. Возможно, и барон Марлоу. Совершенно точно ожидались герцог Юстарион, лорд Тугрим и, конечно же, мой драгоценный «муж и господин», камергер Его Величества, барон д’Арлейн.
Все они играли свои роли. А вот Лилеана Муради, если и попала в этот список, казалась мне совершенно ненужным компонентом. Я знала, что её присутствие скрашивало тур, что восточники наслаждались общением с ней. Но...
Я верила, что Синей Трясине не нужно было дополнительное скрашивание.
«Миледи Муради,
Если вы приблизитесь к моим землям, я публично назову вас врагом Синей Трясины и выгоню. И нет, угроза грязного скандала меня не остановит. Выбирайте свои действия осторожно.
Баронесса Талира д’Арлейн, хозяйка Синей Трясины».
Интересно, как она исказит мои слова на этот раз?
***
Слухи о том, как прошел приезд делегации в баронство, доходили до меня через купцов, проезжающих мимо, или через слуг, которые ездили навестить своих родственников. Но самые достоверные новости я услышала от самих терезийцев. Оказывается, у них был настоящий мастер церемоний, который прибыл в Синюю Трясину за два дня до встречи делегации.
— Миледи д'Арлейн, — поприветствовал он меня с заметным акцентом. — Меня зовут Оз Десай. Я здесь для того, чтобы провести церемонии нашего народа на вашей земле. Сюда прибудут десять благородных персон, включая их слуг и, иногда, жен, и я должен подготовить их комнаты согласно нашим традициям. Проводите меня в их покои, если это не составит для вас труда.
Мистер Шойн и мистер Ривас уже предупредили меня об этом, поэтому я без раздумий проводила мистера Десай в комнаты — одну за другой. Это заняло больше времени, чем я ожидала, но мистер Ривас заранее подчеркнул, что сопровождать мастера церемоний должна именно я, чтобы продемонстрировать уважение к гостям.
В покоях Оз Десай раскуривал какую-то траву, разбрызгивал по стенам неизвестную жидкость, пока я терпеливо ждала в дверях. Иногда в комнатах раздавалось его бормотание — возможно, он молился своим богам, а может, просто ворчал. Мне было не понять. Каждый раз он оглядывал комнаты с вниманием и лёгким удивлением, особенно задерживаясь взглядом на окнах и мебели.
— Теперь я понимаю, почему лорд Тугрим включил вас в список для посещения, — сказал он вечером, сидя за большим столом и пробуя пищу, приготовленную Марисоль.
Вместе с ней на кухнях трех домов, составляющих поместье Синей Трясины, трудилось около десяти служанок: трое из них мы наняли сами, остальных привезли люди Его Величества.
Свечи мягко горели в тяжёлых канделябрах, закреплённых на стенах, наполняя столовую тёплым светом. Их сияние отражалось на поверхности массивного дубового стола, отполированного до блеска, и играло на больших стеклянных окнах. Над столом висела деревянная люстра с резьбой в виде виноградных лоз и держателями для свечей.
Вдоль стен стояли массивные буфеты из тёмного дерева, украшенные инкрустацией из меди. На одном из них виднелся ряд глиняных кувшинов и медных подсвечников, на другом — изящная керамическая посуда местного производства.
— Изначально я не понимал причин, — продолжал Оз Десай. — Ваша земля очень мала, у вас нет ни титула, ни города. Это показалось мне оскорблением для наших людей, особенно потому, что вас добавили в список в последний момент. Но сейчас…
— Вы считаете, что мистер Джеро оценит Синюю Трясину? — вмешался мистер Шойн, поправляя свои пышные усы и наклоняясь вперёд, явно желая услышать мнение мастера церемоний.
— Почти уверен. Дело не в стекле. Каждое решение здесь было сделано с логикой, даже то, как здания расположены относительно солнца, дорог и друг друга. Здесь нет ни одного случайного элемента, ни одного строения на земле…
Помощники короля переглянулись. Ранее они не придавали этому значения, многие даже считали дома на сваях глупостью и боялись в них заходить.
— Знаете ли вы, миледи, что у нас в Терезии тоже есть туалетные комнаты и купальни? Но совсем не такие, как у вас… Уверен, вас ждёт множество вопросов.
Глаза мистера Шойна блеснули, и люди короля снова переглянулись. Мистер Ривас, сославшись на усталость, удалился, но я почти не сомневалась, что он пошёл писать письмо королю.
— Как прошла встреча делегации в баронстве? — словно между делом спросила я.
— Обычно, — Оз Десай задумался, подбирая слова. — Всё то же, но меньшего масштаба. Обычно нас приглашали только в графства и герцогства. Я был удивлён, что мы прибыли к барону д'Арлейн. Видимо, это связано с Синей Трясиной, хотя не понимаю, почему мы сразу же не остановились здесь. Возможно, здесь просто не хватило бы места?
Мистер Шойн оживлённо закивал, а я, напротив, нахмурилась. Их манера говорить ясно дала понять, что нас воспринимают лишь как часть баронства.
— Синяя Трясина — независимая территория, — сказала я низким, твёрдым голосом, чтобы не оставить сомнений. — Мы не имеем отношения к баронству и его землям.
В столовой повисла гнетущая тишина. Присутствующие мгновенно уловили, насколько бескомпромиссна я в этом вопросе. Только Олешан, сидящий рядом, невозмутимо кивнул, подтверждая мои слова.
— Но как… Барон — ваш муж. Я слышал, что его деньги помогли поднять эти земли.
Именно поэтому Оз Десай был лишь мастером церемоний, а не тем, кто принимает решения. Любой другой сразу бы заметил платную дорогу и понял, что территория полностью обеспечивает себя.
— Мой муж не вложил ни медяка в эти земли, — холодно ответила я, чувствуя, как атмосфера в комнате накаляется.