Пять невест и одна демоница. Трилогия (СИ)

– Я…
Из глаз вдруг хлынули слезы. От боли, которая вдруг появилась в ногах. От страха. От того, что она снова не смогла с ним справиться! Права старуха, ни на что Теттенике не способна!
Никчемная она.
Лишняя.
– Ну, успокойся, – Танрак обнял, как всегда делал, защищая её от змеиного шипения. – Тише. Ты бы знак подала. Я решил, что ты отдыхаешь. Давай, пойдем. Шаг. И еще шаг. Вот так, потихоньку. Это просто затекли они, сейчас пройдет.
Он обвел её вокруг костров. Степь полыхала. Суетились люди, спеша распрячь, растереть лошадей. Где-то далеко, в сумерках, виднелся табун и табунщики с огромными лохматыми псами. Один за другим вырастали шатры. И тот, алый, драгоценный, в котором предстояло жить Теттенике, уже стоял.
Но брат повел не к нему.
Прочь от лагеря.
В темноту.
– Старуха с нами, – сказал он, вытирая лицо Теттенике мягкою тряпицей.
– Что?
– Просто появилась. И сказала, что духи велели ей проследить, дабы тьма не коснулась тебя.
Сердце застучало быстро-быстро.
– Я тут кое о чем порасспрашивал. Ввиду новых обстоятельств. Так вот, наша ахху давно уже не ходила к Белым камням. Все время посылает к ним кого-то из младших. И родников она не открывала. И благословения не давала.
Даже думать о таком страшно.
Но Теттенике думает.
– Она…
– Она давно утратила свою силу. Пусть и скрывает это. А стало быть, она подобна змее, что лишилась ядовитых зубов.
– Но… но если сказать… рассказать людям.
– Не поверят. Верно. И кроме того, боюсь, что она все еще опасна. Так что, пусть едет. Я постараюсь сделать так, чтобы она к тебе не подходила. А ты постарайся не оставаться одна.
Он вытер руками лицо.
– И не плачь. Пойдем. Тут кое-что передали. От твоего жениха, так сказать… знаешь, может, все не так и плохо?
В этом Теттенике пыталась убедить себя, глядя на драгоценности, которые разложила перед ней рабыня. Девочка что-то щебетала, веселое, радостное даже, а Теттенике глядела на золотые камни и думала, что стоят они, верно, дорого.
Но хватит ли этих денег, чтобы выкупить жизнь?
Старуха же сидела у костра, окруженная воинами. И стоило Теттенике подойти, как все-то вдруг вскинулись, обрывая беседу, повернулись к ней, вперились взглядами. Почудилось в том недоброе.
И страх кольнул сердце.
Но Теттенике гордо подняла голову и шагнула вперед.
Она дочь кагана. И сколь бы ни боялась, она не покажет страха. Постарается не показать.
А в шатре, на мехах, взбитых рабынями, лежал цветок. Самый простой, каковые появляются в огромном количестве после дождя. И был он хрупок до того, что в руки взять страшно.
Но Теттенике взяла.
Поднесла к губам.
Цветок? Какая глупость… но стало теплее. Там. Внутри.
Я смотрела на мрачную рожу знатока высокой моды. Что сказать. Оно, конечно, каков мир, таковы и знатоки. Но глядя на нынешнего, руки сами собой к веревке тянулись, чтоб петлю сплести.
На всякий случай.
– Дэр Гроббе – отличный специалист, – сказал Ксандр, отодвигаясь от этого самого специалиста на шаг. И руки за спину убрал.
А упомянутый дэр Гроббе поклонился и ножкой шаркнул.
– Он отлично справляется со всеми… сложными вопросами.
Ага.
Почти поверила.
А что рожа разбойничья и шрамом перечеркнута, так это… это имидж такой. Сам дэр Гроббе был невысок, худощав и обряжен столь ярко, что я даже почти поверила в его чувство стиля.
Узкие панталоны алого цвета. Пурпурные штаны, которые заканчивались где-то на ладонь выше колен, а из них выглядывали другие, золотой парчи.
Розетки из розовых лент.
Камушки в центре.
Кружево.
Атлас и снова кружево.
Но вот рожа как-то выбивалась из общей благостной картины. И на меня этот самый дэр Гроббе поглядывал с некоторым опасением, будто пакости ждал.
– Стало быть, – он крутанул тонкий ус и дружелюбно осклабился. Правда, шрам, перекосивший лицо, придал улыбке некий совершенно убийственный шарм. Да и золотой зуб сместил акценты. – Вам нужен…
– Дизайнер. Стилист. Флорист.
Взгляд дэра Гроббе метнулся к Ксандру, но тот лишь пожал плечами.
  
– Мы ждем невест.
– Вы?
– И я в том числе.
Подумалось, что прозвучало несколько… вольно. С другой стороны, мало ли, какие у демонов порядки? И вообще, не о моем моральном облике речь, а о замке.
– Пять девушек, – продолжила я, стараясь подражать Антонине Егоровне. Уж она-то умела к каждому подход найти. И этого, шрамолицего, очаровала бы.
Очарование.
Улыбаться.
Смотреть на собеседника. И улыбаться. Искренней. Радостней. Так, будто всю жизнь только и мечтала, что о встрече с ним. И наклониться немного.
Почему-то дэр Гроббе слегка попятился.
И сглотнул.
– И свита. Это же принцессы, куда они без свиты. Понимаете?
Я выползла из-за стола, за который забралась солидности ради. Но стол был огромным, и за ним я себя чувствовала дурой, а еще самозванкой, которой, собственно говоря, и являлась.
Дэр Гроббе кивнул.
Как-то мелко. Нервозно.
– И нужно, чтобы они чувствовали себя, как дома.
– Здесь? – уточнил он на всякий случай и сделал маленький шажок к двери. Ну уж нет! От меня так просто не уйдешь. И я быстро, пока этот стилист с большой дороги не сбежал, подхватила его под руку.
Рука дернулась.
И человек тоже.
Замер. Уставился на меня круглыми глазами.
– Конечно, здесь. Где мы еще можем невест разместить? Согласитесь, будет неудобно, если оставить их там, – я махнула рукой в сторону окна, за которым на фоне прозрачного неба высились сине-зеленые горы. – Это же принцессы…
– Д-да… неудобно получится, если сожрут, – согласился дэр Гроббе.
– Кто?
– Да мало ли кто… была бы принцесса, а кому сожрать всегда найдется.
Прозвучало довольно-таки философски.
– Вот видите. А нам оно надо?
– А надо?
Показалось, что дэр Гроббе не удивится, если окажется, что да, что надо, что всех принцесс для того и пригласили.
– Не надо! – резко ответила я. – Нам жениться надо.
– Вам?
– Не мне!
Он издевается?
– Повелителю, – я выдохнула и успокоилась. – Ему приспичило жениться.
– Бывает, – понимающе кивнул дэр Гроббе и чуть тише поинтересовался. – А он уверен?
– К несчастью, да.
– А то ведь как… иной раз и вправду, лучше бы сожрал кто. В смысле, жену любимую, чтоб ее… – тяжкий вздох явно свидетельствовал, что личная жизнь глубокоуважаемого дэра Гроббе слегка не задалась. – Слуги понадобятся.
Он отряхнулся.
– Слуги… рабы?
– Рабство запрещено, – лениво протянул Ксандр, о котором я даже несколько позабыла. – Высочайше.
– Это он тоже зря, – дэр Гроббе высвободил руку. А я поинтересовалась.
– Не сбежите?
– Куда мне, – тоскливый взгляд уперся в скалы. – Там жена…
– А…
Он отряхнулся.
– Так чего менять будете? Обои там. Или обивку? Потолки красить? Росписи расписывать?
– Росписи не успеем, да и не нужен тут глобальный ремонт, – я огляделась. – Разве что по мелочи. Кое-где обивка и вправду затерлась. Тебе же лучше будет. Станешь снова красивым, как некогда… а так… полы в отличном состоянии. Где-то мрамор, где-то наборный паркет. Панели тоже не испортились со временем.
Я пошла к двери.
Дэр Гроббе за мной.
А Ксандр, стало быть, следом. Вообще-то я бы предпочла Ричарда, но тот почему-то уж третий день кряду избегал меня.
Дела у него.
Ага.
Я даже почти верю…
  
Глава 23
 
В которой происходит почти несчастный случай, а демоница знакомится с местным населением
 
«Керот, который если наносить ежедневно, придает лицу белизну, получают так. Фиалковое или розовое масло и куриный жир надо поместить в глиняный сосуд и довести до кипения. Растопить белоснежный воск, добавить яичный белок и смешать с порошком из истолченных и просеянных белил, поварить немного, процедить через полотно и к сцеженному прибавить камфару, мускатный орех, две или три гвоздики. Все это завернуть в пергамент».