Супец из мухоморов (СИ)

Ведьма щёлкнула пальцами, и король повалился рядом с королевой.
— Что ты с ним сделала? — Я усиленно стала тереть виски, в голове появился какой-то туман.
— Пока ничего, они ещё живы. — Она внимательно посмотрела на меня и, усмехнувшись, потрепала меня за щёку. — Когда всё закончится, я вызову к тебе этого балбеса-хранителя, а сама отправлюсь во дворец под видом принца, наконец исполнится моя заветная мечта — править миром. Власть — вот о чём я всю жизнь мечтала, а не какие-то там дурацкие крылья, как все думали. — Она опять безумно захохотала.
Моя исчезающая память зацепилась за слово «крылья».
— Точно, крылья! — выкрикнула я и, прочитав заклинание фей, взмыла в воздух. Подлетела к застывшей ведьме и, подхватив её, вылетела в окно и полетела в сторону моря.
— Отпусти меня! — завизжала в страхе ведьма.
— Заткнись, сумасшедшая старуха, возможно, я уже совсем ничего не помню, что со мной происходило здесь, но сказки из детства я хорошо помню, моя любимая тётушка Бастинда — ехидно прокричала я.
Мы были уже практически возле обрыва, как я услышала, как старуха что-то зашептала, и мои крылья охватило пламя. Я закричала от боли и опустилась на землю, не выпуская ведьму из рук. Внизу бушевало море.
— Ты думаешь, что ты спаслась, старая карга, как бы не так, — собрав всю последнею силу, я оттолкнулась от скалы, и мы вместе с ней камнем полетели навстречу синей бездне.
Сон.
Что-то назойливо пикало возле уха. Я открыла глаза.
— Где это я? — обвела взглядом белое помещение. Я лежала на кровати, в моей руке стояла капельница, а к пальцу была прикреплена прищепка, от которой шел провод к аппарату, который так назойливо пикал.
— Хрюндель, ты где? — позвала я хранителя.
— Ой, ты очнулась, слава богу, — раздался радостный девичий голос. В дверях стояла девушка, одетая в одежду медсестры. — Пал Палыч, Светлана очнулась, — прокричала она кому-то в коридор.
— Ну-с, милое дитя, как мы себя чувствуем?
Пал Палыч оказался стареньким доктором с добрыми глазами.
— Хорошо, только спина болит. Где я? Как я тут оказалась? — я подвигала лопатками и поморщилась от стягивающей боли.
— Конечно, болит, девонька, у тебя там ожоги, ну ничего, ещё пару дней, и всё заживёт. Тебя в лесу нашли без сознания спасатели, трое суток ты там провела, сильное обезвоживание и вот ожоги на спине довольно-таки странные. — он задумчиво посмотрел на меня.
— Ты можешь рассказать, что с тобой случилось?
— Я ничего не помню, — насупилась я и подумала: «Ага, прям разбежалась рассказывать, чтобы вы меня в психушку упекли для полноты картины».
— Твоего друга Александра так и не нашли. К тебе следователь приходил, скоро ещё придёт. И вот что ещё: этим же днём, утром, в МЧС нашли молодого мужчину, зовут Матвей. — Доктор сделал паузу. Я напряглась и, опустив глаза, постаралась скрыть счастливую улыбку. — Так вот, этот парень твердил, что он маг и его сюда из другого мира закинула старая ведьма. — Медсестра захихикала.
— Ты случайно не знаешь такого? — доктор пристально посмотрел на меня. Я отрицательно мотнула головой.
— Ну хорошо, отдыхай, девонька, — и он, похлопав меня по руке, вышел из палаты.
— Девушка, — я окликнула задержавшуюся медсестру, — а этот Матвей где находится?
— Так понятно где, в психиатрическом корпусе. Да ты не переживай, он небуйный совсем, подержат его там, пока родственники не объявятся. В учётной базе-то его нет.
Медсестра вышла, а счастливая откинулась на подушки, слегка поморщившись от боли в спине.
Значит, слава богу, Матвей жив, и мне ничего не приснилось. Надо скорее отсюда выбираться, вытаскивать Матвея и искать дуб.
Неожиданно в дверь палаты постучали, и в неё вошёл тучный мужчина с папкой в руках.
— Добрый день, я следователь Владимир Иванович, — представился он. — Как вы себя чувствуете, Светлана?
— Спасибо, хорошо.
Он удовлетворительно кивнул. — Тогда, я надеюсь, вы сможете ответить на несколько моих вопросов.
— Да, конечно, только, к сожалению, я совсем не помню, что со мной произошло. — Пожала я плечами.
  
— Совсем ничего? — Он внимательно на меня посмотрел.
— Ну только то, что мы отправились в лес за грибами с друзьями, я заблудилась, до ночи искала своих, потом всё провал, очнулась тут в больнице.
— А ваш друг Александр, когда вы заблудились, с вами был?
— Нет, я же вам сказала, что я была одна.
— Хорошо, а вот этого человека вы знаете, и он мне показал фото Матвея. Я сделала вид, что внимательно рассматриваю фотографию. — Нет, я этого парня впервые вижу.
— Отлично, тогда больше не буду вас беспокоить. Если вы понадобитесь, мы свяжемся с вами. Поправляйтесь. — И он вышел из палаты.
— Спасибо, — сказала я ему вслед.
Подождала, пока не стих звук шагов в коридоре, поднялась с кровати. Подошла к зеркалу, висевшему над раковиной. «М-да, видок», — окидывая себя взглядом, сказала я вслух. На мне была больничная рубашка в мелкий цветочек на несколько размеров больше моего, и всё. Окинула палату взглядом в надежде обнаружить что-нибудь из одежды.
В помещении было две кровати: одна моя, а другая, видимо, другой пациентки, которая на данный момент отсутствовала. Возле двери стояла вешалка, и на ней висела вязанная кофта.
Отлично, повертела её в руках и выглянула в коридор. На посту сидела медсестра и что-то перебирала. Я зашаркала к ней, больничные тапочки были просто огромного размера.
— Светочка? Ты что-то хотела? — девушка отвлеклась от своего занятия и улыбнулась.
— Я бы хотела выйти на улицу подышать свежим воздухом, если это возможно, — и жалобно посмотрела на неё.
Медсестра наклонилась и тихо мне прошептала: «Сейчас уже корпус на ночь закроют». Она оглядела пустой коридор. «Но мы с тобой в подвал спустимся и через служебный вход выйдем на улицу, курить охота мочи нет».-и она мне подмигнула.
Всё складывалось даже лучше, чем я предполагала. Я точно знала, что все корпуса соединены между собой подвальными помещениями. Так что до психиатрического корпуса я смогу добраться запросто. Надо будет только дождаться ночи и раздобыть медицинскую одежду.
Пока ждала медсестру, поразмышляла над произошедшим. Я была безумно рада, что Матвей жив, и с нетерпением ждала с ним встречи. Как только вытащу его, надо сразу ехать ко мне в квартиру, переоденемся и на поиски нашего дуба. Крыльев только жалко, да и бог с ними, главное — обратно попасть. Вспомнились такие уже родные лица моих домочадцев, мордаха Хрюнделя и весёлая Прасковья. На глаза навернулись слёзы, только лишь бы получилось всё.
Вдруг вспомнила, что время тут и в магическом мире течёт по-разному. Здесь день, там месяц. Надо торопиться.
— Ну что, ты готова? — раздался голос медсестры. — Накинь кофту, сегодня прохладно.
Мы спустились на лифте в подвал и длинными коридорами через некоторое время вышли к двери, у которой сидел пожилой охранник.
— Куда собрались, молодухи? — весело спросил он, вставая со стула и открывая нам дверь.
— Да покурить, дядь Вань.
— Ой, Ирка, бросала бы ты это дело. — покачал головой охранник.
— Обязательно брошу, вот как замуж выйду, так и брошу, — засмеялась она, выходя на улицу.
На дворе стояла ранняя осень. Я вдохнула аромат ночного воздуха, пропитанного прелой опавшей листвой.
— Будешь? — Медсестра протянула мне пачку сигарет.
— Нет, спасибо, я бросила.
— Ну как знаешь, — ответила она и прикурила.
— Слушай, всё хотела у тебя спросить, что за платье у тебя такое странное, как с маскарада. Как ты в нём вообще по грибы-то ходила, вот умора. Кстати, этот, которого раньше тебя нашли, тоже в чудной одежде был, мне Ленка с психиатрического сказала.
— Я не помню ничего, заблудилась, ходила до самого вечера, ходила, а потом уснула, проснулась уже в палате. Ир, а можно как-то сегодня к этому Матвею наведаться? Может, если я его увижу, то что-нибудь вспомню.
Девушка пристально посмотрела на меня и, кивнув, сказала: «А что, это даже очень интересно будет, только тебе надо переодеться в униформу, моя напарница в отпуске, в шкафчике её костюм весит, тебе по размеру в самый раз будет».