Супец из мухоморов (СИ)
— А что, так можно? — растерянно сказала я.
— Да ещё как можно! — радостно воскликнул Хрюндель. — Забирай его, госпожа ведьма, забирай, одной проблемой будет меньше. — И он с вызовом посмотрел на меня.
— Как это забирай, он что, вещь какая? — Я упёрла руки в бока и грозно посмотрела на хранителя.
— Вещь не вещь, а ненужный элемент — это точно. — И Хрюндель встал в такую же позу, как и я.
— А ты вообще, чего тут раскомандовался, совсем страх потерял. — Я угрожающе стала приближаться к хранителю. Он нервно сглотнул, но позиций своих не поменял.
— Светик, Светик, ну успокойся, ну зачем он тебе нужен, у тебя же Матвей есть, — подскочила ко мне Прасковья и обняла меня. — А я, может, наконец и своё счастье испытаю, — и, уткнувшись мне в плечо, разрыдалась. Я растерянно погладила её по голове.
— Прасковья, если хочешь, то, конечно, забирай, — как можно дружелюбнее, сказала я, но липкое чувство собственника неприятно засело в груди.
— Отличненько, давайте его в дом перетащим, — засуетился Хрюндель. — Или его сразу к вам, госпожа Прасковья, транспортировать будем?
— Нет-нет, — подскочила я к ним. — Сначала к нам в дом перенесём. Потом опомнилась и сказала: — Ну надо же удостовериться, что с ним всё в порядке.
Прасковья окинула меня взглядом и, понимающе усмехнувшись, кивнула.
Хрюндель, подозрительно глянув на меня, и что-то недовольно ворча себе поднос позвал мужей фей, и Сашку перенесли в дом.
Я было ринулась за ними, но меня остановил Матвей, взяв мою руку и поднёс к своим губам.
— Светлана, я бы хотел поговорить с тобой, — заглядывая мне в глаза, тихо сказал он.
В груди что-то ёкнуло, и меня стало отпускать. Я смотрела в его глаза и думала: и чего я так с этим Саньком завелась? Я же его никогда не любила, я даже к Матвею испытывала больше чувств, чем к Сашке.
— Давай поговорим, — ласково сказала я и положила свою руку на его.
Глаза Матвея просияли, и только он собирался что-то сказать, как, между нами, неожиданно вклинился Хрюндель и заорал, подпрыгивая: «Его королевское величество к нам пожаловали».
Мы уставились на хранителя непонимающими взглядами.
— Что уставились, очнитесь, король у нашего леса просит допуск.
Хрюндель истерично задёргался и схватился за голову.
— Что делать, что делать, как можно принимать такую высокую особу в нашем бедламе?
— Да что ты стоишь, глупая девчонка, иди открывай и приведи себя в порядок. — Хрюндель помчался в сторону дома, выкрикивая: — Послала же магия мне на мою несчастную голову ведьму. Всё сам, всё сам.
— Я что-то ничего не поняла, какой король? Я растерянно посмотрела на Матвея.
— Всё-таки он меня нашел. — Матвей схватил меня за руки и, припав на колено, глядя мне в глаза, быстро заговорил:
— Светлана, любовь моя, как только я тебя увидел ещё тогда у Прасковьи, я влюбился, как мальчишка, только тогда мне было нечего тебе предложить, теперь, когда только благодаря тебе я обрёл снова свой дар и память, прошу тебя стать моей женой и прожить со мной до самых последних дней наших в любви и согласии.
Я смотрела на него, у меня неожиданно полились слёзы счастья из глаз, и как-то само собой я сказала «да». Где-то очень глубоко мелькнула мысль, а что, собственно говоря, я вообще делаю, но тут же растворилась в сладком поцелуе. Нас окутало синей дымкой, и где-то на краю сознания я неожиданно услышала шум волн и крики чаек.
Я медленно возвращалась в реальность, в нос ударил запах моря, и я отстранилась от Матвея.
— Где это мы? — с восторгом спросила я. Мы стояли на утёсе, вокруг нас бились морские волны, а за спиной Матвея возвышался белоснежный замок.
— Я перенёс нас, любимая, в мой дом, скоро, очень скоро ты станешь здесь хозяйкой.
— У тебя замок? Весьма неожиданно. Я с интересом стала разглядывать великолепное здание. — Как из сказочных снов «Фата Моргана», — прошептала восхищённо я.
Матвей поцеловал мне руку и повёл меня к парадному входу, на ступенях стояли слуги, низко кланяясь и счастливо улыбаясь.
Мы остановились возле них. — Представляю вам мою невесту, ведьму Зачарованного леса госпожу Светлану, с сегодняшнего дня вы полностью поступаете в её распоряжение. — Слуги покланялись ещё ниже и возбуждённо загомонили, обсуждая эту новость, как только мы проследовали дальше.
«Ах, какое великолепие!» — невольно вырвалось у меня при виде этого роскошного интерьера.
Помещение было просторным и воздушным. Широкая лестница, словно парящая в воздухе, вела на второй этаж. Белоснежная мебель, обитая светло-серым материалом с серебристой отделкой, создавала ощущение лёгкости и изящества.
Серебряные канделябры, белые вазы с цветами, пушистые ковры, покрывающие блестящий паркетный пол, — всё это вместе создавало атмосферу давно забытой сказки. К ни го ед . нет
Внезапно за нашими спинами раздалось учтивое покашливание, и мы, прервав наш поцелуй, обернулись в том направлении.
Мужчина и женщина, облачённые в роскошные одеяния и увенчанные венцами, пристально изучали меня, не скрывая своего интереса.
— Всё-таки и здесь нашли, — обречённо сказал Матвей.
— Любимая, позволь тебе представить моего отца и мою маму, короля и королеву нашего королевства.
Я в растерянности окинула взглядом стоявших напротив меня людей и, спохватившись, присела в реверансе.
— Ну что же, дорогой наш сын. Ведьмочка весьма недурна и, как мы наслышаны от придворных, очень сильна в магии для новорождённой.
— Дорогой, прекрати эти свои дворцовые замашки, ты же видишь, девочка напугана. — Королева подошла ко мне и, доброжелательно улыбаясь, обняла меня, прошептав мне на ухо: — Я счастлива, моя дорогая, что мой сын выбрал именно тебя. — Я в растерянности улыбнулась ей в ответ.
— Артур, сынок, мы, конечно, понимаем, любовь и всё такое, ну нельзя же каждую ночь убегать к своей возлюбленной, ты принц, с тебя берут пример. — Королева потрепала Матвея по щеке.
— Артур? Какой Артур? — Я в недоумении посмотрела на Матвея.
— Погодите, он целый год жил у ведьмы пустоши, потому как не мог вспомнить, кто он, и у него были перегоревшие магические каналы. — Только недавно, съев моё магическое яблоко, он всё вспомнил и обрёл вновь магию.
— Ведьма, ты что-то путаешь, в течение года наш сын находился всё это время во дворце, и с памятью у него было всё в порядке, — возмущённо сказал король.
— Матвей, ты почему молчишь? — обратилась я к нему.
Матвей усмехнулся и стал на наших глазах превращаться в старуху.
— Бастинда? — вскрикнула в ужасе королева и, потеряв сознание, рухнула на пол.
Старуха расхохоталась: «Что, не ожидали меня вновь увидеть? Как видите, я жива. Всё шло по плану, пока ты, любимая племяшка, не спутала все мои карты». Старуха повернулась ко мне и окинула меня безумным взглядом.
— Вся в свою блаженную мать. Сколько мне трудов стоило избавиться от своей сестры, а потом и от тебя, мерзкая девчонка, но лес всё равно тебя призвал. — она стала приближаться ко мне.
— Вы с приветом, бабуля, какая я вам племяшка, я сирота. Это я что, всё это время целовалась с вами? Моё лицо скривилось, и подступила тошнота. — Твою мать, меня сейчас вырвет. — Я зажала рот рукой и побежала к открытому окну.
А ну стоять! — выкрикнула старуха и щёлкнула пальцами.
В то же мгновение мои ноги прилипли к полу. Бабка медленно стала ко мне приближаться. На меня накатил безумный страх: а если всё, что она говорит, правда?
— Ты куда Матвея дела, старая карга? — прошипела я, смотря на неё с ненавистью.
— А ты догадайся? — засмеялась она мне в лицо. — И пальчиками своими не щёлкай, ничего у тебя не получится, я наложила на тебя заклятье, скоро ты потеряешь память, милочка, и будешь жить, как жила в лесу, спокойно и мирно. Видишь, дорогуша, я совсем незлая, всё-таки мы родня.
— Только вот от королевы с королём придётся избавиться. Несчастный случай с любым может произойти. И она опять безумно расхохоталась. — И ты мне в этом поможешь, дорогуша.