Красная дорама 2 (СИ)

— Нет, нет, вполне могу себе представить, — заметил я. — Хоть на несколько минут вырваться из той атмосферы, что была в «Унсон-Ри» — это дорогого стоит!
— Вот-вот! — живо подхватил начальник отдела. — Каждый вечер туда и наведывался. Приходил в себя. Как потом уже сообразил — на одной и той же досочке мостика вставал — оттуда самый лучший открывался вид… И вот однажды она, досочка эта, подо мной и подломилась. Уж не знаю, время ее настало, или помог кто, незаметно подпилив… Накануне я как раз здорово поцапался с товарищем Симом, заявил, что поеду в Пхеньян, в Пэктусан — хоть до самого Председателя Правления доберусь, но управу на них с Хонгом найду…
— И действительно поехали бы?
— Не уверен, — помедлив, признался Ли. — С транспортом там, сами знаете, как было. Да и это брякнуть легко: поговорю, мол, с Председателем Правления! А на деле дальше товарища Джу мне едва ли удалось бы пробиться. А ее, честно говоря, всерьез до самого недавнего времени многие не воспринимали. Каюсь: и я в том числе. Теперь вот вижу: ошибался. Да вот только поздно. Подвел, не справился. Честно говоря, ждал, что сегодня последний день проведу в должности. Даже малость удивлен, что усидел в начальниках.
— Товарищ Джу считает, что на своем нынешнем месте вы еще принесете пользу Управлению, — веско заметил я.
Посылая меня в «Унсон-Ри», Мун Хи действительно подумывала сместить моего нынешнего собеседника — провалившего порученное ему дело. Как минимум, снова сделать его замом, а руководителем поставить кого-то со стороны. Но сперва не нашла подходящей кандидатуры, а потом, узнав подробнее ситуацию в колхозе, согласилась, что не так уж Ли и виноват — во многом обстоятельства оказались сильнее его.
— Сделаю все, чтобы оправдать оказанное доверие! — горячо заверил меня тем временем начальник отдела.
— Нисколько не сомневаюсь в этом, — кивнул я. — Возвращаясь к происшествию на мосту: то есть это вполне мог быть как несчастный случай, так и преднамеренное покушение на вас? Но как все обстояло на самом деле — неясно?
— Боюсь, что так. Вот если бы осмотреть ту доску… Но сразу я это сделать не сообразил — думал лишь от том, как бы доковылять к людям… А потом, слышал мельком, председатель распорядился мост отремонтировать.
Вот как? Удивительная оперативность! Мебель в школе годами разваливалась, а ведущий в никуда мостик спешно починили…
Занятно, но, увы, ничего не доказывает.
— Понятно, — кивнул я. И продолжил: — А теперь — уже вопрос к вам как к начальнику отдела снабжения.
— Да? — подобрался Ли.
— Насчет Пака, старшего курьера.
Судьбу бывшего приятеля я с Мун Хи все же коротко обсудил. Джу согласилась его не выгонять, но заметила, что по роду деятельности тот что только не возит — в том числе и документы достаточно деликатного характера. С содержанием оных курьера, конечно, никто не знакомит, но сам факт, что они проходят через его, как выяснилось, ненадежные руки — пусть и в запечатанном виде…
Предавшему раз — пусть затем и худо-бедно искупившему вину — полного доверия уже быть не может!
Тут уже я счел за благо признать правоту начальницы. Береженого Бог бережет.
— Я так понял, его увольняют? — уточнил между тем мой собеседник. — За слишком длинный язык?
Ну да, о том громком собрании начальник отдела не мог не слышать.
— Как раз нет, — покачал я головой. — То есть язык там — да, без костей, но Пак Чин Хва остается сотрудником Пэктусан. Однако нужно перевести его на позицию, никак не связанную с доступом к конфиденциальной информации. У вас же найдется такая?
— Чтобы вовсе никак не связанную… — Ли призадумался. — У нас даже уборщицы дают подписку о неразглашении… Хотя… Есть один вариант! — кивнул начальник отдела. — Место в планово-диспетчерской службе, оно у нас как раз вакантно! Работа с обезличенными цифрами. Там на входе и на выходе система кодов — хоть настоящего шпиона туда посади, ничего ему это не даст! Но дело важное… Вот только для товарища Пака это станет своего рода повышением, — заметил он. — Зарплата там побольше, чем у старшего курьера.
  
— Это — пусть, — усмехнулся я.
— Ясно. Только… Хотя нет, — мотнул он головой, — все ясно.
— Нет-нет, договаривайте, товарищ Ли! Чтобы уж не осталось вопросов!
— Да просто хотел сказать, что остаюсь тогда с одним-единственным курьером — товарищем Аном… Но это уже моя забота как начальника отдела, так что — никаких вопросов, товарищ Чон!
— Вот и отлично! — кивнул я.
На этом мы с товарищем Ли сегодня и расстались.
* * *
Короче говоря, работа мне в ближайшие дни предстояла вполне посильная — и по-своему интересная. К тому же — по крайней мере, как считала Джу — не слишком обременительная: для того, чтобы держать в нужном тонусе Управление, мне, по ее мнению, совсем не обязательно было торчать в Пэктусан «от звонка до звонка». Должно было остаться время и на подготовку к экзаменам в Институте иностранных языков, и — о чем Мун Хи попросила особо — для усиленных занятий с ее пропустившей в школе почти месяц тонсен.
С этой-то целью я сейчас к ним домой и направлялся.
* * *
Хи Рен встретила меня неуверенной улыбкой. Потянулась к мотошлему в моих руках, провела пальчиком по визору:
— О, мой красненький!
Но буквально через пару фраз как-то приуныла — похоже, вернувшись к настроению, в котором пребывала до моего прихода. А тут я еще — видимо, несколько не к месту — осведомился:
— Как дела в Первой школе?
Девочка прикусила губу и буркнула:
— Нормально.
Понятно сделалось, что там и близко не нормально — вожделенный «Хогвартс», о котором раньше она говорила исключительно с придыханием, явно поутратил свое волшебное очарование — но буром углубляться в тему я пока не стал. Сообразил: болезненная.
— Вы есть хотите? — спросила между тем у меня Хи Рен — я как раз разулся и шагнул в сторону комнаты. — Я обедать собиралась, но могу отложить, если нужно…
— Перекусить не откажусь, — с несколько преувеличенным энтузиазмом заявил я, решив, что за едой, возможно, школьница немного расслабится и, так сказать, оживет.
Но не тут-то было. Вопреки обыкновению, поболтать девочка оказалась совершенно не настроена. На мои вопросы отвечала односложно, сама тоже ни о чем не заговаривала. Только уже под конец обеда вдруг выдала, будто бы ни того ни с сего:
— Как нарочно получается: сперва вы в деревню уехали, теперь онни улетает. Такая вот смена караула…
— Ты из-за этого грустишь? Что онни улетает? — спросил я, не преминув отметить про себя способ отбытия Джу в командировку.
— Нет, — мотнула головой Хи Рен. — Я нормально одна справляюсь дома.
— Твоя онни просила, чтобы я эти дни помогал тебе с домашним заданием — не только по английскому, — аккуратно заметил я.
— Да, она мне говорила, — кивнула моя юная собеседница. — Но кроме английского у меня все более-менее удовлетворительно! — запальчиво заявила она. — Хотя, конечно, математика еще… — тут же, впрочем, пошла на попятный — снова повесив нос. — И физика… И химия…
— А как насчет четырех революционных предметов? — осведомился я.
— Вот тут — точно без вопросов, — бросила девочка.
Ну, хоть у кого-то.
После обеда мы коротко прошлись с Хи Рен по ее школьной программе — пока только в части английского. Да, отстала она заметно. Готового урока у меня для ученицы сегодня, понятно, не было, но какое-никакое занятие я все же провел — мы разобрали несколько ее типичных ошибок последних дней. Пришлось импровизировать, но вышло неплохо — к концу урока, успешно справившись с разве что не на коленке составленным мной заданием, девочка будто бы даже слегка повеселела.
Но потом опять быстро сникла.
Прямо причину своего уныния Хи Рен мне так в итоге и не назвала, но почти наверняка дело тут заключалось в ее школьных неудачах. Если так — не беда: нагоним ушедший вперед класс, и все наладится! С английским особых сложностей возникнуть у нас было не должно, учебники по математике и физике я под конец тоже пролистал — предметы это были не совсем «мои», но советское образование есть советское образование: уж девочке-подростку смогу помочь — тем более, что все нужные пособия под рукой имеются…