Красная дорама 2 (СИ)

Вот до химии руки у нас с ученицей в этот день не дошли, но и там я не ждал ничего такого уж суперсложного.
Прорвемся, в общем! Как говорится, цели ясны, задачи определены — за работу, товарищи!
  
29. Неправильный Цой
 
Утром в нашей приемной помимо традиционной газеты секретарша Пак вручила мне целую стопку книг: учебники по немецкому и русскому языкам, а также по четырем революционным предметам. Уже в кабинете, по диагонали проглядев свежий номер «Нодон синмун» и не обнаружив там сегодня ровным счетом ничего примечательного, я переключился на книги. Сперва из любопытства полистал самоучитель русского — посмеялся и закрыл. Затем со вздохом взялся за одно из идеологических пособий — не выбирая, наугад…
И знаете, зачитался!
Нет, серьезно! Это оказался своего рода шедевр!
Попалась мне «Революционная деятельность Великого Руководителя и Полководца Ким Чен Ира» — второго по счету в династии Вождей. В начале книги красочно описывалось рождение будущего Лидера на тайной партизанской базе в глухих горных лесах. В этот знаменательный миг, как утверждалось в вузовском учебнике, на небе зажглась яркая звезда и засияла двойная радуга (в феврале, на севере Кореи — ну, бывает, наверное). Кстати, ранее приход в мир великого человека предсказала ласточка.
Воодушевленные партизаны эпохальное событие увековечили, вырезав на стволах окрестных деревьев лаконичные послания потомкам, такие как «Корея, радуйся! Родилось Великое Солнце!» или «О, Путеводная звезда, преемник Полководца Кима!» Всего к настоящему времени сохранилось около 210 подобных благих весточек из сурового боевого 1942-го.
Что касается собственно революционной деятельности, то в вооруженной борьбе с японскими оккупантами наш юный герой начал принимать участие, едва научившись ходить (ну да, все сходится: к моменту победы, в 1945 году, ему как раз исполнилось три).
И так далее, и так далее, и так далее.
Без сомнения, очень увлекательно! Толкин и Мартин горько плачут от зависти, забившись в темный угол!
Одна проблема: как рассказать все это на экзамене, не просто не дрогнув лицом, а с подобающим поводу восторгом? Вообще без шансов…
Плакал, по ходу, мой диплом!
Когда я захлопнул книгу, время уже близилось к обеду. Что ж, пришла пора навести в «Семерке» суету.
Сам я полагал, что до срока — полудня субботы — не стоит попусту дергать загруженные отчетами отделы, но Джу категорически настаивала на регулярной «демонстрации флага». Поэтому я отложил учебник и направился в обход своих временных поместных владений.
В снабжении, финансах и инженерно-техническом отделе все прошло гладко. Я ненавязчиво интересовался, как идет работа — мне бодро докладывали, что дело успешно движется. Попутно я перекидывался парой-другой фраз со знакомыми по полеводческой бригаде. Весть о моем назначении дошла уже до всех — меня наперебой поздравляли. Кажется, искренне.
Но на очереди был отдел контроля качества и гарантийного обеспечения — потенциально проблемный: вчера на совещании именно его руководитель — Цой Йи Джун — пытался перечить Мун Хи. После, когда мы с ней снова остались наедине, начальница Управления с досадой посетовала, что еще пару недель назад подумывала выгнать этого товарища взашей — но все упиралось в отсутствие у нее в обойме достойной замены — компетентной и, главное, хотя бы потенциально лояльной. Но, по большому счету, до Цоя и его подразделения у Джу просто еще руки не дошли.
За секретарским столом в приемной начальника отдела я обнаружил Рю На Ён — ту самую бедолагу, что в разгар «желтой пыли» угодила у меня в колхозе в больницу на пару с Пак Да Соль.
Выздоровела, значит! Уже хорошая новость — не зря зашел!
— Привет! — на автомате широко улыбнулся я девушке. Но тут же, перейдя на официальный тон, исправился: — Добрый день, товарищ Рю! Как ваше здоровье?
— Ой, здравствуйте, товарищ Чон! — вскинув голову, ответила мне ничуть не менее радушной улыбкой секретарша. — Спасибо — уже все хорошо! Вот, выписали вчера!
  
— А вашу подругу, Пак Да Соль — тоже? — поинтересовался я.
— Пока нет, — слегка помрачнела моя собеседница. — У нее какое-то осложнение нашли… Вроде ничего такого уж страшного! — поспешно добавила она. — Но сказали, полежит у них до конца недели — а там будут смотреть!
— Понятно, — кивнул я.
Какая же все-таки это гадость — «желтая пыль»!
— Поздравляю вас с повышением, товарищ Чон! — с чувством проговорила между тем Рю.
— Благодарю, — кивнул я. — Товарищ Цой у себя? — показал глазами на дверь кабинета начальника отдела. — Я, собственно, к нему.
— У себя, — подтвердила девушка. — Я сейчас его предупрежу… — ее рука потянулась к кнопке внутренней связи.
— Не надо, — остановил я секретаршу жестом, уже берясь за ручку двери. — Я и сам о себе предупрежу!
Сюрприз в какой-то мере удался. Не ждавший вероломного вторжения в свои пределы товарищ Цой сидел, развалившись в кресле с книжкой в руках.
— Что еще за… — сердито начал он, неохотно оторвавшись от чтения. — А, это вы, товарищ Чон… — доброжелательности в его тоне ничуть не прибавилось, но мое право входить без предуведомления он вроде как скрепя сердце признал. Закрыл книгу и небрежно бросил ту на стол. А вот поздороваться как-то позабыл.
— Как видите, — усмехнулся я, отплатив ему той же монетой — уже практически не сомневаясь, что нашел конфликт. Хотя будто бы не так уж и искал.
Шагнул к столу, бесцеремонно взял с него книгу, глянул на обложку. Забавно: это были «Записки о Шерлоке Холмсе» — у меня дома на полке стояла точно такая же.
— Интересуетесь расследованием преступлений? — с невинным видом осведомился я. — С чего бы?
— Да так, — неожиданно замялся Цой. — Друзья дали почитать… Товарищ Чон, вы ко мне по делу или о западной литературе побеседовать? — тут же, впрочем, снова ощетинился он.
— Я-то как раз по делу, — хмыкнув, я вернул «Шерлока» на стол. — Зашел, вот, спросить, как идет подготовка отчета.
— Полным ходом! — буркнул мой собеседник.
— Да, уже вижу, — выразительно кивнул я на книгу.
Нет, я, вон, и сам, бывает, в кабинете занимательные истории почитываю — но все же не когда у меня сроки горят!
— Задача руководителя — должным образом организовать работу сотрудников! — менторским тоном произнес на это хозяин кабинета. Годами он был меня почти не старше, но, главное — разговаривал сейчас со своим начальником. И откровенно лез в бутылку. — Как я уже сказал, эта самая работа идет вовсю! — продолжил между тем Цой. — Но и вчера указал товарищу Джу, и сегодня повторю вам: завтрашний день — срок совершенно нереальный! Речь может идти разве что о следующей субботе! Да и то — не факт!
Конечно, нереальный — если сидеть, Конан Дойля читать!
— И помните, что вам на это ответила товарищ Джу? — недобро прищурился на собеседника я.
— С товарищем Джу я разберусь! — скривился тот.
— Так приступайте: товарищ Джу поручила курировать вопрос мне!
— Вам я уже все сказал, — отрезал хозяин кабинета. — Отчет готовится. Как только будет завершен — его представят. Но это будет не завтра. И не в понедельник. В следующую субботу! Все! — он демонстративно потянулся за книжкой на столе.
Хм… Такого, конечно, ему спускать было нельзя.
Но я все же предпринял последнюю попытку решить вопрос конструктивно. Вдохнул, посчитал до семи, выдохнул.
— Товарищ Цой, по-моему, вы недопоняли. Или отчет будет лежать у меня на столе в сроки, установленные для вас товарищем Джу, или в этом кабинете вместо вас будет сидеть кто-то другой…
Собственно, я даже не договорил — как мой собеседник вдруг буквально взорвался.
— Да ты издеваешься, собачий отпрыск! — взревел он. Несчастный «Шерлок», трепеща страничками, полетел куда-то под стол. — Да как ты смеешь⁈ Ты знаешь, кто я⁈ Кем сюда поставлен⁈
Кажется, об окончательной смене власти в Управлении предупредить его покровители не удосужились.