Торговые войны Англии с Ганзейским союзом. Борьба на Балтике за рынки России и Речи Посполитой в Ели
По плану 1582 г. компания имела право владеть земельными участками и домом в Эльбинге для своих нужд или могла построить себе дом на участке, купленном на месте (ст. 3). Соответствуя положениям хартии Елизаветы 1579 г., статья 4 плана рекомендовала ежегодные выборы главы английской резиденции в Эльбинге («заместителя»; см. гл. 5). Там же было упомянуто о проведении там собраний участников компании (ст. 5). Далее он регулировал вопрос о том, как должны решаться споры между английскими купцами и гражданами Эльбинга, а также между самими членами компании (ст. 6, 7 и 14) и вопрос об обеспечении имущества члена компании, умершего во время пребывания в Эльбинге (ст. 25 и 26) и т. д. Англичанам также должны были быть предоставлены гарантии свободного отправления религиозных обрядов и похорон умерших в соответствии со своими обычаями (ст. 2).
В 1583 г. этот план стал основой переговоров, ведшихся Джоном Гербертом и Уильямом Салкинсом с английской стороны и Эльбингским советом, возглавляемым бургомистром Яном Шпренглем, – с другой, с целью заключения между Истлендской компанией и Эльбингом постоянного соглашения. После нескольких месяцев обсуждений в августе и начале сентября 1583 г. было составлено официальное соглашение, которое, хотя во многих отношениях и отличалось от более раннего английского плана, взяло этот план за основу согласованных условий.
Соглашение 1583 г. прежде всего ограничивало право англичан свободно селиться в Эльбинге. Без согласия Эльбингского городского совета ни жители города, ни проживающие в нем англичане не могли выделить жилье вновь прибывшим английским купцам (ст. 24). Лишь заместитель управляющего компании в Эльбинге имел право принимать в свой дом английских купцов, но не более 40. Чтобы получить гражданские права в Эльбинге, английский заявитель должен был предъявить справку о добром поведении (ст. 28). Получив гражданские права, члены компании не должны были платить никаких новых налогов, налагаемых королем (ст. 30), с другой стороны, английская королева должна была обеспечить эльбингским купцам благоприятные условия в Англии (ст. 31).
Соглашение 1583 г. особенно подчеркивало привилегированное положение Эльбинга в балтийской торговле Англии. Город должен был стать единственным перевалочным пунктом в ее торговле с Польшей; обмен между двумя странами должен был осуществляться только через Эльбинг (ст. 2). В статьях 20 и 21 четко изложены положения плана 1582 г., касающиеся торговли английских купцов в Эльбинге. Только самые дорогие ткани по цене 60 грошей и выше за локоть (576 мм) могли продаваться в розницу (ст. 22).
Статья 3 регламентировала вопрос о местонахождении общества в перевалочном пункте. До тех пор, пока компания не построит собственный дом, она должна будет пользоваться помещением, предоставленным ей городом за фиксированную арендную плату.
Вообще, можно сказать, соглашение 1583 г. основывалось на английских предложениях 1582 г. и свидетельствовало об очень благосклонном отношении Эльбинга к учреждению английской резиденции. Это стало еще очевиднее, когда совет поместил на ратуше Эльбинга герб английского эмиссара Джона Герберта вместе с надписью: Angelicos fructus Herbertus apostulus olim, Quem bona Drusicolis misit Elisa, tulit («Ангельские плоды однажды Герберт апостол, коего Элиза послала в качестве доброго друга, принес»).
Попытки Англии и Эльбинга добиться от Батория подтверждения этого соглашения не увенчались успехом, несмотря на энергичные усилия Джона Герберта и Яна Шпренгля. Специально созданная королем в 1584 г. комиссия в составе Хелминского епископа Петра Костки, воеводы Бжеск-Куявы Петра Потулицкого, королевского казначея Яна Дульского, кастеляна Накеля Стефана Грудзинского и казначея Хелмно Станислава Костки должна была ознакомиться с содержанием англо-эльбингского договора и после бесед с Гербертом представить свое заключение по этому вопросу королю. Оставляя в стороне ход этих переговоров, усилия Эльбинга и весьма эффективные контрдействия Данцига, мы лишь добавим, что во время заседаний в Люблине и Любартуве комиссия составила меморандум, в котором высказалась скорее в пользу договора, чем предложений Данцига, указывая на выгоды Польши от свободной внешней торговли, отмены закона об иностранных купцах и т. д., – все это снизит цены и ограничит монополию Данцига. Комиссия подтвердила, что создание английской фактории в Эльбинге не будет противоречить правам и привилегиям Польши, тем более что своим универсалом от 7 марта 1577 г. король Стефан Баторий сам назначил Эльбинг перевалочным пунктом для польской внешней торговли. Необходимо также объяснить, что любартувская комиссия задумала соглашение с Англией, основанное на принципе временной королевской привилегии, а не на постоянном торговом договоре между Польшей и Англией, подтвержденном сеймом, как предлагал Герберт.
Тем не менее заключение любартувской комиссии не оказало большого влияния на судьбу английской резиденции в Эльбинге. На сейме в феврале и марте 1585 г. успеха добился не Эльбинг, а Данциг, сначала благодаря заключению соглашения о портовой стоянке, а затем из-за отказа Батория подтвердить англо-эльбингский договор. В этой ситуации, несмотря на неспособность получить согласие польского двора, 3 мая 1585 г. Шпренгль, бургомистр Эльбинга, заключил от себя договор с Истлендской компанией, который составил правовую основу английской резиденции в Эльбинге на следующие полвека. Это соглашение, состоящее из 21 статьи, было сформулировано очень осмотрительно, с явным намерением ничем не нарушать прав польского короля и, очевидно, в надежде, что рано или поздно Польша подтвердит привилегии Англии в Эльбинге. В договоренности также были учтены некоторые предложения любартувской комиссии, и оно носило скорее характер предварительного соглашения, чем окончательного договора.
При сравнении соглашений 1585 г. и 1583 г. бросается в глаза отсутствие статей, упоминающих права Англии на свободную торговлю на всей территории Речи Посполитой, статей, в которых говорится об Эльбинге как единственном перевалочном пункте английских товаров в торговле Англии с Польшей, не сказано о привилегиях английских купцов при продаже товаров в зернохранилищах и складах Эльбинга, свободе их вероисповедания, о приобретении ими гражданских прав, о привилегиях для эльбингских купцов в Англии и т. д. Таким образом, были убраны общие требования плана 1582 г., которые представляли собой наиболее радикальные запросы англичан. А другие статьи были сформулированы более осмотрительно, чтобы не оскорбить польскую монархию.
Строительство домов компании в Эльбинге теперь стало зависеть от королевского согласия (ст. 1). По новому соглашению 1583 г., широко определенная юрисдикция властей компании в Эльбинге была ограничена только вопросами поддержания надлежащего порядка и мелкими спорами в случаях нарушения дисциплины сотрудниками компании (ст. 2). Количество ткани, которое английские купцы могли свободно продавать в розницу, было увеличено до 3 флоринов (ст. 15). Другие статьи 1583 г., помимо вышеупомянутых, вошли в соглашение 1585 г. лишь с незначительными изменениями.
Таблица 3.1
Список англичан, получивших гражданские права в Эльбинге к концу XVI в.
Из хроники Эльбингского монастыря следует, что еще в 1583 г. английские купцы полностью перевели свои склады из Данцига в Эльбинг, где они приобрели – без королевского согласия – просторное здание в центре города, и с тех пор это здание стало центром их коммерческой, социальной и религиозной жизни в Эльбинге. Позже они построили себе другие склады и коммерческие помещения и купили земельную собственность. В Эльбинге поселилось большое количество англичан, многие из них были очень богатыми купцами, располагавшими значительным капиталом, и своей торговлей способствовали росту и развитию города. Архивы Эльбинга содержат информацию о примерно 50 английских купцах, поселившихся в городе в конце XVI в. Они получили гражданские права и постепенно влились в местное сообщество, часто приобретая существенный вес в политической и культурной жизни города (табл. 3.1).
