Пошел вон, Чернов! (СИ)

Не сообщил мне, что у тебя новая секретарша. Конечно, зачем? Когда она такая молодая, с выдающейся задницей и огромными порхающими ресницами. Только на той неделе на ее месте сидела Людмила Сергеевна. Приятная женщина, которая научила меня печь замечательный черничный пирог.
И вот ты ее уволил, чтобы посадить сюда вот эту красоту?
Да, я ревную. Да, иногда до абсурда. Но это привет из нашего прошлого. И Чернов знал, что так будет, когда женился на мне.
Знал, что я буду выносить ему мозг из-за любого косого взгляда.
Пусть теперь терпит, зараза такая.
А всего лишь стоило меня оповестить о смене секретаря.
— Да, подождите! — вскрикивает девушка и несется к двери, ложась на нее спиной, преграждая мне путь. Смотри, какая шустрая. — Вы кто вообще? — возмущенно спрашивает она. — Туда нельзя!
— Мне всегда туда можно, — усмехаюсь я, выразительно осматривая красоту.
Да, я могла объяснить, кто я, и попросить ее оповестить начальника. Но мне забавно играть в суку. А пусть знает, что если что, я повыдираю ей ее шикарные волосы.
— Женщина, прошу, присядьте, я сообщу о вашем визите, — тычет мне пальцем в сторону дивана.
— О моем визите сообщать не нужно. Я супруга Руслана Давидовича. Отойдите от двери, — стреляю в нее взглядом. Пока красота соображает, кто есть кто, хлопая ресницами, дверь в кабинет, на которой она лежит спиной, распахивается, и девушка летит назад, взмахивая руками. Но упасть не успевает, ее подхватывают заботливые руки моего супруга.
— Ой! — вскрикивает красота, вжимаясь спиной в грудь Руслана.
— Что здесь происходит? — выгибает брови Руслан. А я перевожу взгляд на его руки, держащие красоту за талию. Он тут же отпускает секретаршу, отодвигая от себя.
— Руслан Давидыч. Вы просили вас не беспокоить. Я не знала, что это ваша супруга…
Пока красота оправдывается, прохожу в кабинет Руслана.
— Да, Леночка, это моя супруга, Ярослава. Для нее я всегда свободен, — сообщает ей Руслан и заходит в кабинет, закрывая за собой дверь.
Кидаю свою сумку на диван и сажусь в рабочее кресло Руслана, закидывая ногу на ногу.
— Леночка, значит, — стреляю взглядом в Чернова. — И сколько лет красоте? — цокаю я.
— Не помню, по-моему, двадцать пять, — торопливо отвечает Чернов, собирая какие-то бумаги на столе.
— И давно она здесь тебе кофе носит и создает сквозняк? — прищуриваюсь я, покачиваясь в кресле.
— Что создает? Сквозняк? — недовольно бурчит он.
— Ну да, хлопая своими огромными ресницами, — поясняю я. Чернов смеется, запрокидывая голову.
— Продолжай, мне нравится.
— Что тебе нравится? — выгибаю брови.
— Ревность.
— А я не ревную. Я просто хочу понять…
— Что понять?
— С какого момента ты начал от меня скрывать важные детали.
Да, я намеренно придираюсь, играя в конченную суку. Чернову это нравится. Он сам часто практикует такую игру, чтобы взбодрить нашу семейную жизнь. И мы с ним прекрасно знаем, к чему ведёт эта перепалка.
— Ммм, и что же я от тебя скрыл? — берет сигарету, открывает окно, прикуривает, вставая ко мне в пол-оборота.
— Наличие этой красоты в твоей приемной. Где Людмила Сергеевна?
— В отпуске. Леночка ее заменяет.
— Какая умница. Старается?
— Очень, — выпускает дым в мою сторону.
— Нравится?
— Кто?
— Леночка.
— Ничего такая, шустрая. На один раз пойдет, — подмигивает мне мерзавец.
— Тогда зови ее, — перекидываю ногу на ногу.
— Зачем?
— Благословлю вас.
И эта сволочь реально идет к селектору и жмет кнопку.
— Елена, зайди, — проговаривает в селектор, смотря мне в глаза.
Ждем. Красота входит, стуча каблуками. Пауза.
— Ярослава Андреевна, что-то хотела тебе сказать, — произносит Чернов. Леночка переводит на меня взгляд, порхая ресницами. Перевожу взгляд на часы. Игра затягивается. Ну, час у нас еще есть.
— Принесите нам бутылку холодной воды, Лена, — отвечаю я.
Девушка кивает и быстро убегает за водой. Чернов докуривает сигарету в окно.
Леночка быстро возвращается и ставит н стол бутылку воды и пару стаканов.
— Спасибо, Елена. В ближайший час никого не пропускаете к Руслану Давидовичу. Повторите свой трюк, закрыв грудью дверь начальника, если еще кто-нибудь будет ломиться, — велю ей я.
— Эм… — красота переводит взгляд на Руслана.
Вот коза.
— Выполняйте, Елена, — кивает он ей.
Красота удаляется, закрывая дверь.
Чернов медленно идет ко мне. Отъезжаю в кресле назад.
— Ну-ка, иди сюда, моя тигрица, — поднимает меня за руки, дергая на себя. — Это что за приступ ревности сейчас был? А? — хрипит мне в губы, сжимая мою грудь через блузку.
— А это тебе привет из прошлого.
— Ммм, всю жизнь будешь вспоминать? — зло рычит мне в губы.
— Не нравится? — ухмыляюсь, царапая его плечи через футболку.
— Да на хрен мне сдались эти бабы, упаси меня боже, — кусает мои губы. — Ты мне одна качественно делаешь нервы. Мне большего не надо.
— Да?! — взрывает меня.
— Ротик закрой! И приляг, — резко разворачивает меня к себе спиной и укладывает грудью на свой стол.
Возбужденно смеюсь, прижимаясь щекой к столешнице.
— Зараза такая! — шлепает меня по пятой точке. Пытаюсь подняться.
— Лежать я сказал! — рычит на меня, задирая юбку и резко натягивает мои трусики, впивая ткань в промежность.
Это немного больно, да. Но когда ты возбуждена и подогрета, усиливает эффект, вынуждая меня всхлипнуть.
Мы сумасшедшие, да. И нас вставляет секс на грани насилия.
— А-а-а-а-а! — снова вскрикиваю, когда Руслан шлёпает меня уже по голой попе.
Рывок, трусики рвутся в его руках и остаются болтаться на одной ноге. Вздрагиваю, когда его наглые и умелые пальцы уже массируют клитор. Бедра начинают дрожать от накатившего возбуждения.
Звук расстёгивающейся ширинки, его пальцы заменяет член, упираясь в мои мокрые складки.
Рывок, наш общий стон, и вот он уже глубоко во мне. Замирает. Мне много не надо, достаточно вот этого сильного рывка, его размера и этой животной подачи.
Но Чернову мало, он начинает двигаться, набирая темп. Быстрее, сильнее, вколачиваться в меня.
Наматывает мои волосы на кулак, оттягивает голову, вынуждая ему подчиняться, как надо именно ему.
— Да! — вскрикиваю, закатывая глаза, и намеренно громко стону. Могу тише, но Леночка за дверью должна это слышать. И чётко понимать, что он мой. Да, я ненормальная, но Чернову нравится.
Когда я уже улетаю от острого оргазма, царапая столешницу, Чернов отпускает мои волосы и на последних сокрушённых точках прижимается грудью к моей спине и всасывает кожу на шее, кончая.
Замираем. Дышим. Я ещё невменяемая, содрогаюсь, плавая на волнах оргазма.
— Всё? Довольна? — спрашивает на ухо.
— М?
— Устроила шоу для Елены?
— А тебе типа стыдно сейчас? — усмехаюсь я.
— Да вообще плевать. Могу пригласить её посмотреть на нас, для убедительности.
— Избавь меня от своих грязных фантазий, — поднимаюсь, отталкивая Чернова от себя. Но он снова ловит меня и уже нежно целует. Обхватываю его шею, поглаживая затылок. Мы целуемся как школьники. Да, после бурного секса, выпустив пар, мы нежничаем, растворяясь друг в друге.
— Люблю тебя, — шепчу ему.
Я редко ему это говорю, предпочитая, чтобы любил меня. Но это не значит, что я люблю Чернова меньше.
Мой отец до сих пор не понимает, как я могла простить Руслана. Смогла. Потому что без него жизни нет.
Вода, принесённая Леночкой, пригодилась. Мы жадно пьём её, приводя себя в порядок.
Заглядываю в зеркало, поправляя причёску, и замечаю на шее большой багровый засос.
— Ах ты сволочь! — демонстрирую Чернову это безобразие.
— Красиво, — ухмыляется Руслан.
— И как мне эту красоту на работу носить?
— С гордостью, Кошка, — самодовольно усмехается. — Мы друг друга стоим, Ярослава Андреевна. Вы демонстрируете моей временной секретарше нашу бурную личную жизнь, и я, в принципе, делаю то же самое.