Любовь и книги

Были еще и другие вещи, которых не избежать. Рита позвала ее на оперативку, которая должна состояться в четверг. Тема: новые проекты. Нора прекрасно понимала, что будет обсуждаться разговор с Эндрю и дальнейшие действия для привлечения его в Parsons. Как полагала Нора, Рите придется отменить это совещание, так как Эндрю ясно даст понять, что не намерен сотрудничать с Parsons. Обсуждать будет нечего. Никаких дальнейших шагов, кроме…
И тут она похолодела. Следующий шаг может сделать Рита, которая все знает про ее темные делишки.
Нора отметилась, что придет на оперативку. Как это глупо: еще утром она думала, что все в ее руках. Да, сегодня она не совершила ничего предосудительного, ну и что? У нее и так гора поводов чувствовать себя виноватой, и эту гору уже не разгрести.
Вот бы кто с ходу предложил ей работу на этой тематической встрече. Только почему-то Нору мучили нехорошие предчувствия…
  
Глава 25
 
Деловые поводы, чтобы написать Эндрю, очень быстро иссякли.
Два дня назад она предупредила его о разговоре с Ритой, сегодня рабочий день близился к концу, и Нора все-таки написала Эндрю (ну очень толстый намек), что скоро будет находиться недалеко от его дома.
Сегодня вечером отправляюсь на тематическую встречу в Миссии. С твердым намерением уйти оттуда с парашютом, даже если мне придется его украсть.
Он как бы не понял намека:
Наблюдаю верное использование метафоры про парашют.
Но зато следующее сообщение ее обрадовало:
И где проходит мероприятие?
Нора знала и не глядя на карту, что это недалеко от его дома, знала, что в итоге они договорятся о встрече, чему будет предшествовать длинная прелюдия в виде переписки.
Переписка развивалась как надо, и тут возле стола Норы возникла Джули: пора было идти. По дороге к лифту Нора поинтересовалась, давно ли Джули посещает подобные мероприятия.
– Вот уже несколько лет, – ответила Джули. – Я не на всех бываю, конечно, но мне нравится заводить новые знакомства. У них часто проходят интересные панели. Одна, о возможностях построения карьеры в книгоиздании, мне особенно понравилась.
– Ты уже представляешь, до кого хочешь дорасти? – спросила Нора, когда они уже зашли в лифт.
– До редактора, конечно. А потом – до издателя. Рано или поздно хочу запустить свою линейку про образование. Я бы выбирала книги, которыми мне было бы интересно пользоваться, будь я сама учителем.
Джули первой вышла из лифта, а Нора немного замешкалась.
– Ну а ты как? – спросила Джули. Вопрос мог бы показаться жестоким, если б не был задан от чистого сердца.
Нора поравнялась с Джули, стараясь идти в ногу.
– Не знаю. Всегда хотела стать редактором, а теперь уже не уверена.
– Может, тогда маркетинг? Или производственный отдел?
– Может, даже вообще другая сфера, а не книгоиздание, – призналась Нора.
Джули искоса посмотрела на Нору.
– Но зачем же тогда ты идешь на мероприятие, посвященное книгам?
Нора пожала плечами:
– Для общего кругозора.
Приложив карточки, они вошли на станцию BART и спустились к платформе, откуда отправлялись электрички до Дейли-Сити [44]. Нора попыталась объяснить свою мысль:
– Уж коль весь мой опыт сводится к издательскому бизнесу, все же есть смысл поизучать возможности внутри него. Так сказать, пропахать все поле. – Это она вспомнила парсоновское зубодробительное пособие о стратегии победителей. Правда, в книжке не говорилось, а что делать, если все поле уже перепахано.
Остановка была короткой, и вот уже девушки вошли в гостевой зал пивоварни. Участницы мероприятия сконцентрировались в дальнем конце: кто-то стоял с бокалами янтарного пива и мило беседовал, кто-то расположился за столиками с табличками «бронь», угощаясь аперитивами. Джули уверенно двинулась вперед, Нора – за ней.
Джули остановилась возле столика с пустыми бейджиками и ручками. Сняв колпачок, Джули написала на бейджике свое имя, а под ним – Parsons Press. Нора последовала ее примеру. Пока она прикрепляла свой бейджик, Джули уже устроилась за соседним столиком и взяла меню, Нора села напротив. Нет, все-таки хорошо, что она с Джули. Отчасти счет Норы на таких профессиональных сходках оказывался высоким потому, что она заказывала больше положенного, лишь бы чем-то занять себя.
– Не хочешь картошку фри? – спросила Джули.
– Да, – поспешно ответила Нора. Картофель фри обычно подают большими порциями. Прекрасный повод занять руки, все лучше, чем палочки моцареллы. Она однажды заказала их себе: пять палочек липкого сыра на тарелке, и все.
Заказ был сделан, и Джули направилась к группе женщин, беседующих возле стены. Завидев Джули, они тепло поприветствовали ее по имени, для этого им даже бейджик не понадобился. Поскольку картофель фри еще не подали, Нора скромно присоединилась к кружку.
– Ты как-то отпраздновала это событие? – спросила одна из женщин девушку с бейджиком «Бренда».
– Ну, ничего грандиозного. Просто пригласила на обед друзей. Они вообще из другой области, но понимают, какое это для меня достижение.
Все согласно закивали. Наклонившись к Норе, Джули пояснила:
– На той неделе Бренду сделали редактором.
Нора посмотрела на девушку. Еще бы, теперь можно понять ее радость.
– Поздравляю, – сказала Нора.
Бренда прямо светилась.
– Спасибо, – поблагодарила она.
Ей было где-то тридцать с небольшим: большеглазая, с темной короткой стрижкой. Норе ужасно хотелось расспросить ее: как долго она в книгоиздании, сколько издательств перепробовала или оставалась работать в одном и том же? Остановится ли на должности редактора или намерена делать карьеру и дальше? Ведь у самой Норы вообще ничего не получалось.
Зато благодаря «счастливым часам» получалось нормально общаться: изображать заинтересованность, вежливо и к месту кивать и с готовностью отвечать на вопросы. Обменявшись с женщинами парой шуток, Нора кинула взгляд через плечо и увидела, что принесли картошку фри. Потихоньку ретировавшись, Нора переложила себе на тарелку небольшую порцию. У Бренды должность редактора, а у нее – картофель фри.
Нора ела, вытирая жирные пальцы о салфетку. Откуда-то сбоку послышался знакомый гортанный смех.
Нора похолодела и огляделась. Возле барной стойки, с бокалом искристого шампанского стояла Линн. Очки в красной оправе, светлые волосы с тугой завивкой, неуемный, задушевный оптимизм.
Нора отвернулась и, подхватив тарелку, поспешила обратно в кружок женщин. Если снова встать рядом с Джули и напротив Бренды, она сможет наблюдать за Линн.
– Простите, извините, – пробормотала Нора, протискиваясь между незнакомыми женщинами. Особа, чье имя Нора не успела прочитать (уж слишком она перепугалась), подвинулась, пропуская Нору. Нора немного отклонилась назад и заглянула через плечо своей соседки: отсюда можно было видеть Линн хотя бы со спины. Их разделяло метров пять, и Нора была вне зоны ее видимости, даже если та вдруг обернется. Сердце бешено стучало, отдаваясь в ушах, отчего трудно было услышать разговор рядом с ней, но при этом, как ни странно, слух ее обострился до крайности, и Нора отчетливо различала южный говор Линн поверх остальных голосов.
– О, картошка фри! – сказала Джули.
Нора перевела глаза на тарелку в своих руках.
– А. Да.
– Пойдем сядем?
Нора глянула на стол. Оттуда Линн может ее увидеть.
– Нет. Я лучше тут постою, – сказала она.
Без дальнейших расспросов Джули направилась к столу, а вместе с ней еще две женщины, и Нора осталась совсем в маленьком кружке: с Брендой и, судя по бейджику, Джози. Отклонившись назад, Нора опять посмотрела на Линн, которая даже не сменила позы.