Синдикат должен быть разрушен (СИ)
— Понял, — улыбнулся я. — Тогда больше не вмешиваюсь. Ведите, Сусанин.
В один из лифтов отеля мы забились всей компанией. Телохранители с Баркли во главе, загородили меня со всех сторон. Гарри нажал кнопку «2».
— Зачем? — поинтересовался я.
— Со второго спустимся по лестнице, — сообщил Баркли. — Так надо.
Первым из лифта шагнул Орловски, бдительно посматривая по сторонам, затем Тэд и Дик. Потом вышел Баркли, и последним я. Меня страховали классическим «ромбом». Впереди двигался Орловски, по бокам — Дик и Тэд, Баркли прикрывал тыл. Когда двигавшийся нам навстречу пожилой джентльмен, скользнувший неприязненным взглядом по процессии, занявшей добрую половину лестницы, скрылся за дверью, ведущей в коридор, Гарри скомандовал:
— Остановились.
Приблизил рукав к губам и тихо скомандовал:
— Мы выходим, работайте.
Выслушал короткий ответ, снял и положил микрофон в карман, глянул на часы, подождал несколько секунд, потом показал взглядом на лестницу:
— Пошли.
Когда мы спустились и вышли в холл, вынырнув из-за поворота, я сразу заметил Оливеру. Он сидел в кресле за столиком, напротив хмурого мужика лет тридцати. Правой латиноамериканец держал плащ, так что он полностью закрывал руку. Ещё один полный мэн со шрамом на щеке, сидевший за стойкой ресепшена обильно потел, вытирая блестящий от пота лоб. В карих глазах толстяка метался страх. Невозмутимый сухопарый мужчина в шляпе с широкими полями, дружески приобнял пухлого за плечи, правой он придерживал полу куртки толстяка. Ещё один невысокого роста, расположился на стуле ресепшена сзади пухляша, поставив портфель на колени. Администратор, находился на другом конце стойки, разговаривая с эффектной брюнеткой в деловом костюме.
Остальные постояльцы и гости отеля ничего не заметили. Пожилая старушка с седыми завитыми кудряшками сидела на мягком диване у окна, увлеченно рассматривая глянцевый журнал. Толстая негритянка с унизанными золотыми кольцами пальцами, сардельками, переваливаясь как утка с боку на бок, шла в ресторан. Бодрый пятидесятилетний мужик в кашемировом пальто спешил на площадку к лифтам.
Когда я открыл дверь центрального входа, повинуясь возникшему желанию, внезапно обернулся.
Заметил кивок Гарри. Взгляд выхватил, мягко вставшего Оливеру, продолжавшего держать на руке плащ, и сделавшего неуловимое движение левой. Хмурый тип хэкнул, закатил глаза и бесформенной кучей растекся по креслу.
Сухопарый мужчина дружеским жестом поправил полу куртки толстяка. Я заметил мелькнувшие на мгновения встопорщившиеся клочьями обрывки ткани, разрезанную полосу свитера, сверкнувшее и сразу убравшееся в рукав узкое лезвие.
Сухопарый невозмутимо последовал за нами. Невысокий что-то тихо сказал, глядя в истекающий потом затылок пухлого. Толстяк напрягся и замер неподвижным изваянием, боясь шелохнуться. Невысокий скользнул взглядом по выходу, приветливо улыбнулся мне, и начал медленно вставать.
К выходу сразу подъехали «континенталь» и «мерседес». Мы с Баркли, Орловски и Оливерой уселись в первую машину, Тэд, Дик, сухопарый — во вторую.
«Кониненталь» медленно покатился к выходу стоянки, «мерседес» подъехал к черному «каддилаку». Клацнул замок, приглашающе открылась толстая дверца. Крепкий мужик лет тридцати в спортивной куртке, на первый взгляд, дружески общавшийся водителем, через открытое стекло, весело помахав побледневшему собеседнику, и запрыгнул на заднее сиденье. Дверца захлопнулась, «мерседес» двинулся за нами, «каддилак» остался на месте.
— Чего водителя так оставили, даже не вырубили? — поинтересовался я. — У него же может от злости крыша поехать, что рыбка с крючка сорвалась. Пальнуть вслед может или поехать за нами.
— Не может, — хмыкнул Гарри. — Дитрих подошел, попросил закурить и сразу его обезоружил. А ребята всех остальных в холле. Но даже если допустить, что у него что-то осталось. Машины бронированные, выстрел из пистолета выдержат. Ещё один наш человек, сделал вид, что уронил бумажник, нагнулся и задние колеса проткнул так, чтобы не попадать в поле зрения камер. «Кадди» надежно обездвижен. А вырубать водителя перед камерой не нужно. Зачем нам лишние проблемы? Дитрих грамотно сработал: пистолет корпусом спрятал, всё сделал, чтобы не привлечь внимания охраны. Я же говорю, всё продумано. Слушайте, что говорю, выполняйте команды, тогда улетите в Союз живым и невредимым.
— Идеально обезвредили гангстеров, — после небольшой паузы признал я. — Не ожидал.
— Стараемся, — скупо усмехнулся Барри.
— А Гектор, мужика в холле, зачем нокаутировал? — поинтересовался я.
— Психованный тип, — пожал плечами Оливера. — Я таких сразу вижу. Сидел как пружина, ждал удобного момента. Очень злился, хотя старался этого не показывать. Ствол я забрал, но мало ли, что у него ещё было. Полный обыск, сами понимаете, там не провести. Вот и уложил его спать — никто же ничего не заметил.
Я уставился в окно. Перед глазами мелькали рекламные огни, яркие бигборды, светящиеся вывески, толпа разношерсто одетых прохожих торопилась по своим делам. До этого момента реально не осознавал, какие силы подключил Майерс: снайпер возле офиса, мнимый журналист, двое в холле, ещё один за рулем на стоянке, быки на «субурбане». От ликвидации меня спасал только «джокер» в рукаве в виде «штази», гангстеры «Синдиката» его не учли. Буду надеяться на профессионализм ребят и везение, до сих пор оно меня не подводило…
— Нам посчастливилось, — неожиданно сказал Баркли, будто услышав мои мысли. — Они не ожидали такого противодействия, после задержания Харрингтона оказались неподготовленными и действовали торопливо, не зная, какими ресурсами мы располагаем. Больше такой ошибки ваши противники не повторят.
Я молча кивнул, признавая справедливое замечание.
— Там сзади, «субурбан» появился, — спокойно сообщил посматривавший в зеркало водитель. — Уже два квартала едет следом. В машине четверо.
Глава 29
- Езжай, как договорились, — буркнул Баркли. — Тем же маршрутом, будто едем на Пятое авеню в офис. За остальное не переживай, «субурбан» как появится, так и пропадет.
Водитель молча кивнул.
Через минуту, сзади вынырнула юркая «хонда цивик». Обошла несколько машин, пристроилась за «линкольн таун каром», идущим сзади. Светофор на платформе перед дорогой вспыхнул красным, автомобили послушно остановились.
— Как загорится зеленый, рви вперед, ты знаешь, что делать, — приказал Гарри, оглядываясь. «Субурбан» стоял сзади, спрятавшись за большой фурой «Кенворс».
Мужик за рулем опять кивнул.
Зажегся зеленый. Мы сдвинулись с места. «Цивик» немного развернулась, и замерла, перегородив дорогу. «Субурбан» попробовал вырваться из потока машин, но был заблокирован, появившимся откуда-то сбоку «мустангом». Автомобили негодующе загудели клаксонами.
— Вашего парня на «цивике» не прибьют? — хмыкнул я, провожая взглядом возникшую пробку.
— За что? — криво усмехнулся в ответ Баркли, — Человеку стало плохо с сердцем, почувствовал, что теряет сознание и остановился, чтобы в кого-то не врезаться. Всё нормально. Через минуту-другую продышится, неторопливо отъедет к обочине, а мы тем временем будем далеко.
— Хорошо работаете, — похвалил я.
— Стараемся, — серьезно ответил Гарри. — На кону ваша жизнь и безопасность наших близких.
Мы повернули налево, через несколько минут направо. Водитель, регулярно посматривал в зеркало, отслеживая возможный «хвост». Наконец, с облегчением сообщил:
— Всё чисто.
— Отлично, — скупо улыбнулся Барки. — Едем в поместье к Рокволду.
— Подремлю немного, — сообщил я, откидываясь на мягкое кожаное сиденье. — Все равно пока делать нечего. Если что, будите.
— Обязательно, — серьезно пообещал Гарри.
Я прикрыл глаза. Мягкий ход машины укачивал и сам не заметил, как уснул. Проснулся, от того, что меня аккуратно трясли за плечо.
— Михаил, мы уже приехали.
Я привстал, глянул сонным взглядом, на маячащее впереди поместье Рокволдов. «Континенталь» и идущий сзади «линкольн таун кар» замедлили ход и остановились возле ворот.