Предатель. Ты променял меня на бывшую (СИ)

Юра меня приревновал? Мне ведь не показалось?
Или же просто разозлился из-за моих слов о том, что я о нем не думала? Может, это просто задетое эго?
Он ведь ни разу меня до этого не ревновал, поэтому я вообще сомневаюсь, что он на это способен.
Сегодня я вновь убедилась, что я его совсем не знаю. Думала, что знаю, как облупленного, а он вон каким, оказывается, может быть. Очень неожиданно.
  
— А Темочка уже уснул, — говорит Валентина Петровна, когда я захожу в квартиру.
После ее ухода я бреду на кухню и подхожу к окну. Прижав лоб к холодному стеклу, зачем-то смотрю вниз.
Вижу, как Юра идет по дороге от моего дома. Пройдя несколько метров, он вдруг сворачивает налево.
Хмм… куда это он?
С любопытством отмечаю, что он зашел маленький торговый павильон. Выходит он очень быстро и останавливается неподалеку. Не пойму, то он делает?
Внезапно с удивлением замечаю, как на мгновение его лицо освещает вспышка.
Что?..
Он же бросил! Еще десять лет назад!
Мы с ним всегда были за здоровый образ жизни. И он сам осуждал эту вредную привычку, а еще очень радовался, что ему удалось с ней завязать.
Да его даже не тянуло! Он мне сам говорил. А тут вдруг…
Мне очень неприятно становится от того, что я увидела. Как-то печально и даже чуточку тревожно.
Что-то ты совсем в разнос пошел, да, Юр?
Ой, да какое мне дело? Пусть делает со своей жизнью, что хочет!
Не буду я за него переживать!
Глава 41
— Ой, ну ты такая смешная, Мил! Да он на г……но исходит от ревности! А ты все сомневаешься! — качает головой Валя, ровняя стеклянной пилочкой свои длинные ногти.
Как она с такими ходит вообще? Неудобно же! Особенно на клавиатуре печатать.
— Думаешь? Он же меня никогда не ревновал!
— Так это потому, что тебя раньше до дому никто не провожал. Ты же всех в полете еще отшивала. С чего ему ревновать-то? — поднимает она идеальные брови.
Перманент в технике “волоски”. Выглядит очень натурально. Тоже что ли сделать?
— Он, видимо, думал, что ты никуда не денешься. А тут внезапно осознал, что сидеть у окошка и лить слезы ты тоже не собираешься. И вообще — красивая женщина, на которую обращают внимание мужчины. Правильно-правильно, помучь его как следует! Пусть теперь он страдает!
— Я не собираюсь ничего специально делать, — хмурюсь я. — Я собираюсь просто жить своей жизнью, и на этом все.
— Ну, как хочешь, — пожимает она плечами, — а я бы не упустила случая.
— Не вижу смысла, — отвечаю я и щелкаю мышкой, открывая очередной документ на рабочем столе.
Внезапно вижу, как внизу экрана вылезает окошко уведомления из социальной сети.
“Селена Колье оценила вашу фотографию”.
Сердце пропускает удар. Какого черта?
Я частенько в перерывах захожу в соцсеть с рабочего компа, чтобы немного полистать ленту и отдохнуть. Поэтому уведомления мне периодически приходят, но такого я точно не ожидала.
Вряд ли это какая-то другая Селена. Мои руки дрожат, когда я кликаю на уведомление.
Даже не знаю, почему я так на нее реагирую. Но от одного лишь вида ее имени у меня в крови начинает бурлить адреналин.
На экране появляется фотография, которой она поставила лайк. Это старое Юрино фото.
У меня на странице всего несколько фотографий. Я не очень люблю выставлять свою жизнь напоказ.
После развода я не стала удалять ту фотку. Если честно, я о ней просто забыла.
Кликаю на ее имя.
Колье, блин! Это что за фамилия такая? Псевдоним для соцсети? Похоже на фамилию какой-то эскортницы.
На аватарке такая фотография, что самые популярные модель мира ей бы точно обзавидовались. Явно делал профессиональный фотограф.
М-да… перевожу взгляд на свою аватарку — я в белом льняном платье смотрю в камеру и улыбаюсь. Меня тут фотографировал Юра. Фотка милая, но по сравнению с нагламуренной Селеной, смотрится простовато.
Ой, да плевать мне!
Разозлившись нажимаю на кнопку “заблокировать пользователя”. После чего захожу в свой профиль, чтобы закрыть его, сделав доступным только для друзей, и от неожиданности замираю.
У меня уже закрытый профиль.
Растерянно моргаю, ничего не понимая. Нет, я вроде его закрывала, но не уверена в этом на сто процентов. А судя по тому, что Селена лайкнула мое фото, он был открыт. Но как же так?
Вновь перехожу на страницу Селены, и у меня отвисает челюсть — она, оказывается, у меня в друзьях!
Так, тут без помощи зала точно не обойтись.
— Валя… а как такое может быть, что любовница моего мужа оказалась у меня в друзьях, хотя я ее точно не добавляла? — деревянным тоном спрашиваю я.
— Чего? — вылупляется на меня она. — Ну-ка покажи!
Подруга подскакивает и с минуту изучает профиль этой черноволосой гадины.
— Я думаю, она уже была у тебя в друзьях, — задумчиво говорит Валя.
— В смысле? Считаешь, я могла ее не заметила? — недоверчиво качаю я головой.
— Думаю, что раньше она была тут с другой авой и другим именем. Ты всех своих друзей из сети лично знаешь?
Задумываюсь.
— Нет.
— Ну вот. Ты давно кого-то малознакомого добавляла?
— Не помню. Я обычно незнакомых не добавляю. Только если много друзей общих.
— Значит, она давно уже к тебе добавилась. Просто сидела под другим именем.
— Но зачем? — пораженно восклицаю я.
— Не знаю. Следить за тобой? Пыталась разведать обстановку? Хотела что-то узнать?
Звиздец.
— Да она просто сталкер какой-то!
— Думаю, ей очень нужен твой Юра, Мила, — задумчиво смотрит на меня Валя.
— Да разве я ей его не даю? Пусть забирает! — сержусь я.
— Скорее всего, у Юры свое мнение на этот счет.
Когда выхожу с работы, у меня в сумочке звонит телефон.
Юра.
Колеблясь, отвечаю на звонок.
— Алло.
— Мили, я заеду к вам вечером, — сообщает он мне.
Не спрашивает, а ставит в известность.
— Ладно. Можешь забрать Тему, но верни его до девяти. Ему нужно спать, завтра в садик.
Пауза.
— Будет лучше пообщаться с ним у тебя дома. Я его искупаю и уложу спать. Зачем вечером таскать туда-сюда уставшего ребенка?
Я смотрю, он уже все сам решил!
— Да потому, что мы развелись, Юра! Хватит играть в семью и изображать, что у нас все по-прежнему!
— Нет. Так не пойдет. Он еще маленький.
— Раньше надо было думать! Он, хоть и маленький, но уже все понимает. Вот только не нужно его путать и давать надежду. Это жестоко. Пусть привыкает к новой реальности. Чем быстрее он ее примет, тем легче ему будет.
— Нет, Мили. Мы сделаем так… — начинает он, а у меня даже дыхание перехватывает от его уверенного голоса.
Он с чего-то решил, что я и после развода буду его слушаться? Черта с два!
— Мы не будем делать так, как хочешь ты, Юра. Точка.
— Да в чем проблема-то, если я посижу у вас полчаса? Что, блин, за упрямство? Мстишь мне так? — злится он.
Прям вижу, как он, пытаясь сдерживаться, мечет глазами молнии.
— Проблема в том, Юра, что я не хочу больше видеть тебя у себя дома. И вообще в своей жизни.
Глава 42
— Ты что-то еще больше похудела, Эмилия, — неодобрительно качает головой мама, оглядывая меня с ног до головы.
— Да брось, я такая и была, — отмахиваюсь я.
Хотя она, конечно, права. Я и правда похудела. Впрочем, мне даже идет — ни животика, ни ушек на бедрах, красота же!
— Ты хоть ешь что-то? Или только плачешь по ночам? — спрашивает она, наливая мне чай.
Угадала. Именно этим я по ночам и занимаюсь. А когда еще плакать-то? Днем дела, работа, ребенок — кручусь как белка в колесе.
А вот ночью, лежа в пустой постели, особенно остро ощущаешь свое одиночество. И совершенно не верится, что когда-нибудь будет иначе.
Не потому, что я не встречу достойного мужчину, или потому, что думаю, что нет никого лучше Юры, нет. Уверена, что достойных мужчин много. Но не уверена, что я смогу полюбить еще кого-то также, как любила его.