Кокон (СИ)

– Увы, но в большинстве случаев так оно и есть, – вздохнул Ниджимура. – Поэтому я и удивился твоим способностям. Что ж, ещё увидимся, – замечая, что его зовёт тренер, капитан махнул Сейджуро и побежал на другую сторону зала.
«Интересно будет посмотреть на него в деле, – невольно подумал Акаши, глядя на его спину. А потом, вздрогнув, метнул взгляд в противоположный угол, вспомнив, на чем его прервал Ниджимура. Однако, Куроко и Аомине там уже давно не было. Сделав глоток воды, Акаши оставил бутылку рядом со скамейкой и присоединился к тренировке.
  
– И… как тебе команда, Акаши-кун? – осторожно спросил Тецуя, когда после тренировки они остались в раздевалки вдвоём.
– Довольно сильная, я думаю, у нас есть все шансы выиграть кубок, – спокойно ответил тот, совершенно не заметив, как пролетело время.
– Ты хочешь стать капитаном?
– Пока не думал. Хочу посмотреть на этого Ниджимуру, а потом решу, – сказал Акаши, понимая, что сейчас не хочет разговаривать, даже с Куроко.
– Ты не хочешь идти на вечеринку? – замечая, что у брата нет настроения, снова поинтересовался Тецуя. – Если хочешь, я тоже не пойду туда. Это ведь не обязательно. В жизни есть моменты ярче этого.
– Нет, почему же? Тебя ведь лично пригласили, – Акаши чуть громче, чем следовало, закрыл дверку своего шкафчика и отправился в душ. Куроко, тяжело вздохнув, аккуратно сложил свою форму. Он действительно не хотел идти на эту вечеринку, но не мог отказать своему лучшему другу и бывшему однокласснику. К тому же, Тецуя надеялся, что это хоть немного развеет мысли Акаши. Сейджуро думал в точности, как брат, но относительно Куроко: он не хотел идти на эту вечеринку, но надеялся, что Тецуя сможет отдохнуть и расслабиться, ведь последние полгода он только и делал, что проводил в больнице рядом с ним всё своё время.
Шум голосов, смех, звуки музыки, всевозможные запахи… Это все наполняло помещение, в котором проходила вечеринка. Здесь было не так много еды, зато алкоголя – предостаточно. Теперь они взрослые, и им можно всё. Словно сорвавшись с цепи, первокурсники травят себя всевозможными ядами, которые, по их мнению, делают их счастливыми. Ненадолго.
Акаши стоял в стороне, прижавшись к стене и потягивая какой-то коктейль, вкуса которого он даже не чувствовал. Уже как полчаса он не сводил глаз с Куроко, который, находясь поодаль от брата, о чём-то беседовал с Аомине и ещё несколькими незнакомыми ребятами. Тецуя казался спокойным, но в его движениях и жестах чувствовалась скованность, а на лице читалась отчуждённость. Но, если бы он не хотел этого, то наверняка бы ушёл.
Одна песня сменилась второй, третьей, десятой… Акаши, чувствуя странное удушение, оттянул ворот футболки, словно та сдавливала его горло. В помещении действительно было душно, однако дурно ему стало не от этого. Голова немного кружилась, а ладони вспотели. Скорее всего, это было от странного коктейля, который он выпил. Слух и зрение почему-то обострились, музыка начала раздражать, а перепады света бить по глазам. Он зажмурился и осмотрелся вокруг. Все танцуют, пьют и веселятся. Никто не ведёт себя так, как он. Может быть поэтому, те, что проходят мимо него, бросают странные взгляды на его фигуру. Тецуя неожиданно пропал из поля зрения, и Сейджуро снова внимательно осмотрел весь зал, стремясь найти его светловолосый затылок. Однако запахи почему-то сбивали его сосредоточенность, а глаза и вовсе начали слезиться. Прижавшись затылком к стене, Акаши снова сделал глубокий вдох и вдруг понял.
Ему стало дурно отнюдь не от духоты или алкоголя, а от этих запахов. Нет, это не наркотик или что-то подобное, это запахи альф и, в особенности, омег. У некоторых из них даже была течка, и они абсолютно не скрывали своего аромата, как делал это Тецуя, будто намеренно привлекая к себе альф. Ошеломлённый Акаши, отстранившись от стены, прошёл в центр зала, часто вдыхая носом. Удивительно, что он мог ощущать эти ароматы настолько чётко, но ещё более обескураживающим оказалось отсутствие бет.
«Здесь нет ни одного беты, кроме меня», – удрученно подумал Акаши, застыв посреди зала. Он не понимал, как, но отчётливо ощущал это.
«Вот значит что. Царство альф и омег – элиты нашего мира. А я здесь снова лишний…» – поняв, почему все на него так косятся, парень усмехнулся. Вот почему Аомине пригласил только Тецую – он наверняка знал, что здесь будут лишь «избранные». А о бетах даже никто не вспомнил, хотя на курсе их было предостаточно…
Понимая, что больше не может находиться в этом сосредоточении одурманивающих запахов, Акаши вышел из зала, где проходила вечеринка, прямо на улицу. И лишь там, оставшись один, смог, наконец-то, дышать. Прежнее чувство ничтожности, казалось, должно было умереть во время его комы, однако его цепкие ростки вновь давали о себе знать. Пока существуют альфы и омеги, он не избавится от этого чувства, так же, как и от своей сущности. А Тецуя? Ему хорошо в обществе Аомине, как когда-то хорошо было вместе с Кагами. Они противоположны, как свет и тень, но, тем не менее, не могут существовать друг без друга. Аомине сильный альфа, он выделяется среди всех остальных, чем-то даже похож на Кагами. И если Тайга подходил Куроко, то почему не подойдёт Дайки?
«А кто я? Я не свет и не тень. Я – сплошная тьма…»
– Акаши-кун? – позади послышался знакомый голос, и Сейджуро, вздрогнув, опустил голову. Тецуя тоже принадлежит их миру и будет вынужден играть по их правилам. – Почему ты ушёл? Тебе не понравилось? – юноша подошёл к брату и остановился позади него.
– Слишком шумно и многолюдно. С меня хватит, – не поворачиваясь, произнёс он. – А ты можешь остаться и дальше наслаждаться «высшим» обществом, – с сарказмом добавил Акаши.
– Высшим? Что значит «высшим»? – удивился Тецуя.
– Ну да. Ты был так увлечен разговором с Аомине, что совсем не заметил, что кроме альф и омег там никого нет. Ни одного беты. Лишь я, как белая ворона.
– Может быть, так случайно получилось? – виновато произнёс Куроко. – Другие беты не смогли прийти…
– Или их просто не пригласили, – Акаши повернулся к брату и слабо улыбнулся. – Пора бы тебе уже принять этот мир и положение бет в нём.
– Но ведь…
– Хватит оправдывать себя и своих друзей, – резко оборвал его Сейджуро. – Я пойду, а ты можешь оставаться здесь хоть на всю ночь: уверен, Аомине позаботится о тебе, – его слова снова наполнились ядом, а Куроко содрогнулся от леденящего взгляда.
– Постой, Акаши-кун! – парень хотел подбежать к нему, однако оступился и, покачнувшись, прижался к стене. Сейджуро, который почти отвернулся, вновь посмотрел на брата и заметил, как тот побледнел. Мало того, юноша начал сползать по стене на землю и упал бы, если бы Акаши не было поблизости.
– Что с тобой? Перебрал? – тихо спросил он, подбегая к Куроко и подхватывая его. Тело Тецуи покрылось мелкой дрожью, словно от озноба, а из кармана что-то выпало. Нагнувшись, Акаши подобрал с земли пластинку с таблетками, которая была наполовину опустошена.
– Только не говори мне, что ты выпил всё это за один раз, – ошеломлённо прошептал Сейджуро, глядя на чуть живого парня, которого начало колотить сильнее. Тецуя слабо улыбнулся и вымученно посмотрел на брата.
– Я просто хотел полностью отбить запах, чтобы на вечеринке никто не почувствовал. И чтобы ты не мучился, – слабым голосом пролепетал он.
– Предпочёл мучиться сам? – строго спросил Акаши, перекидывая его руку через своё плечо и поднимая парня на ноги. – Сможешь идти?
– Постараюсь… – выдохнул Тецуя, от бессилия закатывая глаза.