Кокон (СИ)

========== Без сожалений ==========
– Подожди, подожди, Куроко… – чувствуя, как парень обмякает у него на руках, Акаши втащил его в дом и едва добрался до дивана, стоящего в гостиной. – Не теряй сознания… – как можно осторожней опуская юношу на него, добавил Сейджуро. Тецуя, почувствовав, что лежит, приоткрыл глаза и мутно взглянул на брата, сжавшись в комочек.
  
– Подожди минуту, – Акаши сорвался с места и буквально взлетел на второй этаж. Забрав из спальной брата одеяло, он снова спустился и накрыл его дрожащее тело.
– Может быть, вызвать врача? – подтыкая одеяло со всех сторон, предложил он. – Кажется, у тебя жар, – нерешительно прижав ладонь к его лбу, пробормотал Акаши. Как только они добрались до дома, бледность спала с лица Куроко, однако щеки тут же начали покрываться румянцем. Несколько минут он просто дрожал, согреваясь, а когда Акаши схватился за телефон, слабо стиснул его руку.
– Нет, не надо. Всё нормально… – прошептал юноша и снова едва заметно улыбнулся. – У тебя руки дрожат, Акаши-кун, – добавил он. Сейджуро, посмотрев на свой телефон, который сжимал в ладони, заметил, что тот действительно трясётся. Он тут же опустил руки и потупил взгляд, чувствуя, что перестаёт контролировать своё тело.
– Просто от напряжения, – произнёс парень, отстраняясь от дивана и поднимаясь на ноги. – Не буду тебе мешать, выспись как следует…
– Постой, – Тецуя снова ухватился за его одежду и с некоторой виной заглянул в глаза. – Можешь ещё немного побыть со мной? Пока я не усну, – робко попросил он. Сейджуро, покачнувшись, вновь опустился на пол и прижался спиной к дивану.
– Да, конечно, – выдохнул он, чувствуя, что теперь Тецуя слабо сжимает его плечо.
– Спасибо, – тихо поблагодарил тот и почти сразу же провалился в сон.
Акаши не спешил уходить. Развернув голову, он посмотрел на красноватое лицо и, протянув руку, осторожно коснулся щеки брата. Куроко до сих пор был горячим, а чёлка даже намокла от пота. Достав из кармана платок, Сейджуро, осторожно протёр его лицо и откинул влажные волосы назад. Раньше он никогда не видел Тецую во сне, поэтому сейчас невольно любовался им. Лицо парня было напряжено, а брови хмурились даже в бессознательном состоянии. Приподнявшись, Акаши бережно прикоснулся губами к его лбу и тут же сел обратно, будто испугавшись, что Тецуя откроет глаза и увидит его. Он сам почувствовал жар в теле, вспомнив, что когда-то хотел именно этого. Просто сидеть с Куроко и понимать его без слов. Чувствовать, что и мыслями и телом тот находится рядом с ним. Когда-то это казалось таким далёким и неосуществимым, а теперь вот так просто совершилось. Хоть и при странных обстоятельствах, но они вместе.
«Интересно, о чём ты думаешь? – снова посмотрев на него, спросил себя Акаши. Ему показалось, что Куроко немного расслабился, во всяком случае, его выражение лица стало умиротворенным. – Хоть сотая часть твоих мыслей похожа на мои? Или даже в ней до сих пор Кагами?..»
– Кагами… – выдохнул Акаши и усмехнулся, прикрыв глаза.
«Наверное, ты там смеёшься над нами, глядя свысока. Или кричишь от злости, потому что твой истинный омега сейчас наедине с твоим убийцей. Но не волнуйся, я ничего ему не сделаю. Я не достоин его…»
Голова Акаши невольно склонилась ещё ниже, и тьма, в которой он пребывал с самого начала, вновь охватила его. Ему показалось, что он снова видел Кагами. Точнее, неясный поток света, который мчался вперёд сквозь беспросветную тьму. Акаши пытался поймать его, но не мог достичь – тот всё время вырывался, стоило лишь схватить его. Парень так и не смог догнать, а уж тем более поговорить с ним, потому что тьма, в которой он находился, наполнилась чем-то ещё. Невесомый воздух вокруг начал раскаляться и становился гуще, будто его смешивали с какой-то субстанцией. Акаши стало тяжело дышать, несмотря на то, что во сне он был в образе бесплотного сознания. Но в одно мгновение юноша понял, что уже находится не во сне, а его сущность вновь материальна. Он всё также сидит в гостиной, прижимаясь спиной к дивану. Но что-то изменилось.
За окном стемнело, а в комнате стояла мгла, которая будто вышла из его сна. Дышать действительно было трудно, а разум заполнил сильный запах. Акаши не сразу сообразил, что это, но когда осознал, что не может пошевелиться, а руки дрожат ещё сильнее, чем раньше, до него дошло.
«Это ведь запах Тецуи… Нет, омеги», – он едва повернул голову и взглянул на спящего брата. Тот лежал на боку, повернувшись к спинке дивана. Покрывало было скомкано, Куроко судорожно цеплялся за него. Колени были согнуты, он невольно подтягивал их к животу, вздрагивая и едва слышно постанывая. Его тело стало мокрым, а рубашка даже прилипла к спине.
– Куроко? – Акаши попытался подняться на колени, но едва он это сделал, как голова закружилась, и он упал на диван, ощущая, насколько тяжелым стало его тело. Ещё никогда он не ощущал запах Тецуи во время течки настолько сильно. Всегда между ними была какая-то преграда – либо таблетки, либо порог комнаты, за который ему не позволялось ступить. Сейчас же, когда действие препарата закончилось, а аромат высвободился, казалось, он наполнил всю гостиную. Запах сносил крышу и смешивал все мысли в запутанный клубок. Думать и рассуждать абсолютно не хотелось, тело начало наливаться жаром и бесконтрольным желанием. Если раньше Акаши просто хотел его, то сейчас в любую секунду был готов наброситься и сожрать.
«Почему это настолько сильно действует на меня?» – страдая от внезапно нахлынувшего вырывающегося желания, он прикусил язык до крови и всё же смог подняться на ноги, ощущая в себе странную, но необузданную силу.
– Акаши-кун… – перевернувшись на спину, Тецуя смотрел на него из-под приоткрытых век. Должно быть, Сейджуро разбудил парня, когда упал на него.
– Мне… Лучше оставить тебя, – тяжело дыша, прошептал он, чувствуя, как сводит ноги от перенапряжения. Акаши хотел сдвинуться хотя бы на шаг, но будто прирос к полу, не в силах отвести взгляд от брата. Тецуя, обреченно взглянув на него, тяжело вздохнул и сильнее стиснул себя руками.
– Мне плохо, Акаши-кун… – прошептал юноша, закрывая глаза. Сейджуро заметил, как по его лицу стекла слеза, и внутренне содрогнулся.
– Что… что я могу сделать для тебя? – дрожащим голосом спросил он, падая перед ним на колени. Куроко окинул его мучительным взглядом и покорно закрыл глаза. Брат понял всё без слов.
– Но ведь мы не можем, ты же знаешь, – едва слышно ответил он, с трудом контролируя своё прерывистое дыхание. – Если мы поддадимся инстинкту, то потом будем сожалеть об этой ошибке всю оставшуюся жизнь.
– Я знаю, знаю это, Акаши-кун. Мы не пара, мы не совместимы, мы братья… Что потом я буду жалеть об этом, но сейчас… Нет ничего, о чём бы я мог думать больше, чем об этом. Все стены, что разделяют нас, рушатся в мгновение… – Тецуя, открыв глаза, снова посмотрел на брата, который находился всего в нескольких сантиметрах от него.
– Я… обещал ему, что не причиню тебе боли, – признался Сейджуро.
– Кагами-куну? – без особого удивления спросил тот.
– Да, – ответил Акаши и решился сделать вдох. – Ведь ты наверняка думаешь и будешь думать о нём, даже если мы станем близки. Потом это доставит ещё больше боли.
– Это… не так, – с трудом произнёс Тецуя, а его голос внезапно задрожал. – Последние полгода, с тех пор, как прочитал твоё письмо, я могу думать лишь о тебе. Зная, что ты неосознанно убил его, чувствую вину перед тобой за то, что бросил тебя тогда одного. Наверное, Кагами-кун возненавидел бы меня за это, ведь я предал его. Но… – Тецуя замолчал и мучительно покачал головой, не в силах выразить свои противоречивые чувства словами. Понимая, что больше не может контролировать себя, Акаши склонился и жадно прижался к его губам. Глаза тут же начала застилать непонятная алая пелена, он не видел ничего и никого, мог лишь ощущать своё ненасытное и дикое желание, которое завладело им, словно рабом.