Кокон (СИ)

– Не особо, – Сейджуро вспомнил его последнюю выходку с поцелуем и плотно сомкнул губы от недовольства. – В любом случае, я прослежу за тем, чтобы Ниджимура не распространялся об этом, а ты можешь поговорить с Аомине?
– Конечно. Аомине-кун не станет болтать об этом, он не такой.
– Да, – согласился Акаши и снова вздохнул. – А ещё я должен удостовериться в целостности моего кокона, – он приложил руку к груди. – Ведь если альфа прорвал его и смог выйти, кто знает, вдруг это случится ещё раз?
  
– И как же ты поступишь, Акаши-кун? – заволновался Куроко.
– Я поеду к тому психологу и поговорю с ним. Если у него получилось вытащить альфу, может быть получится запечатать его обратно. Во всяком случае, это единственный человек, который может помочь мне с этим.
– Хорошо. Хочешь, поедем вместе? – предложил Тецуя.
– Нет. Поездка туда и обратно довольно утомительна, я отправлюсь один. А тебе стоит лучше подготовиться к предстоящему матчу – похоже, я его снова пропущу, – удрученно посмотрев на вывихнутую руку, пробормотал Акаши.
========== К новым берегам ==========
– Я рад, что вы вернулись, – улыбнулся психолог, держа в руках чашку кофе. – Честно сказать, очень боялся, что ваш альфа не позволит завладеть телом и натворит что-то ужасное. Когда ваш брат прибежал сюда, перепуганный и измученный, я сразу почувствовал неладное, а потом постоянно корил себя за то, что позволил вам настоять на своём. Возможно, эта слабость присуща всем омегам, – он тяжело вздохнул. – Так сложно сопротивляться альфам…
Акаши тоже улыбнулся, держа в руках красивую чашку с налитым кофе. Он снова находился в этой оранжерее, в обществе симпатичного доктора-омеги, который с каждым сеансом внушал ему всё больше доверия. Сейджуро отправился к нему через три дня после своего пробуждения. Ему хотелось как можно скорее разобраться со своим состоянием.
– Да, альфа практически подавил мою волю. Но мне кое-кто помог справиться с ним. Мой брат и… тот парень, которого я убил, – Акаши с удовольствием сделал глоток ароматного черного кофе.
– Вижу, без травм не обошлось, – доктор указал на его руку.
– Это меньшее зло, которое могло случиться, – бесстрастно ответил Сейджуро, не в силах оторваться от кофе. – Вы сами варили? – поинтересовался он.
– Нет, это Чихиро-кун приготовил.
Сейджуро тут же поставил чашку на столик и пристально посмотрел на доктора.
– Перейдём к делу. Я приехал не просто поговорить и успокоить вас. Теперь я хочу обратного – запечатать этого альфу. После того, что случилось, я не знаю, как долго бета сможет удерживать его. Боюсь, что в один прекрасный момент потеряю контроль, и он вновь завладеет моим телом. Вы можете узнать, на чьей стороне больше силы?
– Удивительно, – доктор улыбнулся, тоже отложив кофе. – Вы говорите будто о другом человеке. Несомненно – альфа отличается от вас, но в целом вы похожи. Порой даже одинаковы настолько, что двое сливаются в одно.
– И всё же он способен на радикальные поступки, в отличие от меня, – нахмурился Сейджуро. – Но могу предполагать, что я сам виноват в этом, потому что доводил себя до крайности и не делился ни с кем своими страхами.
– А из вас получился бы неплохой психолог, – улыбнулся доктор. – Не хотите ступить на эту стезю? Я бы мог вам помочь с обучением.
– Нет, – Акаши покачал головой. – Всё-таки я предпочитаю более рациональные и логичные вещи, чем изучение чужих душ. Люди слишком непостоянные – в любой момент могут отойти от намеченного хода, и изменится вся стратегия. Ими очень сложно управлять в отличие от тех же сёги.
– Что ж, не буду настаивать. Я понял вас и постараюсь выполнить вашу просьбу, – омега поднялся на ноги и как обычно поджег палочку. – Вы знаете, что делать, – когда за его спиной завился тонкий дымок, предупредил он. – Главное, не теряйте связь с моим голосом, иначе не сможете вернуться.
Акаши, закрыв глаза, покорился его голосу и снова оказался в привычной тьме. На этот раз он не ощущал страха и не пытался выбраться отсюда, а просто сидел и ждал, слушая, что говорит доктор. Сейджуро понимал, что тот задаёт какие-то вопросы, но не мог уловить их суть, будто его уши были заложены. Помимо аромата благовоний он чувствовал запах доктора-омеги, который почему-то стал ярче отпечатываться в сознании и оказывать на него некоторое давление. В теле начало образовываться тепло, когда он представил на месте этого доктора Куроко. Ему бы очень подошла эта обстановка с цветами. Особенно, его телу, нежному и крепкому, как эти гибкие стебли лианы, свисающие за спиной врача.
Губы Акаши начали странно кривиться, а пальцы сильнее стиснули подлокотники кресла. Он чувствовал своё тело, но не мог контролировать его. Лицо психолога слегка покраснело – наверняка альфа спросил что-то провокационное. Омега покачал головой, затем, потушив палочку, вернулся к пациенту и стиснул его плечи.
– Пора просыпаться, Акаши-кун.
Его лицо, до этого пребывающее в каком-то тумане, начало обретать чёткость. После зрения восстановился слух, а затем и всё тело, с которого спала парализация. Придя в себя, Сейджуро глубоко вздохнул и пошевелил всеми конечностями. Он действительно вернулся.
– И как? Получилось? – тут же спросил он психолога. – Сейчас вместо меня был он?
– Да, я видел его, даже говорил с ним, – подтвердил омега. – Сейчас он был немного раздражённее, чем в прошлый раз, когда мы выпустили его, однако мне удалось его успокоить и настроить на мирный лад. Но даже несмотря на это… боюсь, что разочарую вас, – доктор покачал головой. – Вы действительно больше не можете удерживать его внутри себя, как раньше. Теперь он будет проситься наружу гораздо чаще и оставаться здесь гораздо дольше. Любая вспышка гнева, ярости, сильное стремление к власти или победе - и дверь для него будет открыта настежь. Сейчас, если бы я помедлил, то он мог снова погрузить ваше сознание в сон. Однако есть некоторые способы, которые могли бы помочь усмирить его.
– И какие же?
– Во-первых, я бы порекомендовал вам пройти у меня курс лечения: вместе мы бы смогли восполнить те бреши, что он успел нанести и усилить вашу защиту перед ним. А во-вторых… ненадолго выпускать его самому. Понимаю, это звучит абсурдно, но может действительно помочь. Если вы доведете себя до критического состояния, как в случае с убийством вашего одноклассника, то он опять может что-нибудь натворить. Но есть некоторые моменты в жизни, когда вы могли бы уступить ему без вреда для себя и окружающих.
– И когда же? Снова уйти в лес и раздирать кору на деревьях? – усмехнулся Акаши.
– Не только, – врач тоже улыбнулся. – Например, когда вы наедине со своим омегой. Во время течки. Он ведь не станет причинять вреда вашему омеге? Полагаю, он к нему привязан так же, как и вы, если не больше.
– Хотите сказать, что он любит Куроко больше, чем я? – нахмурился Акаши.
– Да поймите же вы, что это не другой человек, а вы сами! – экспрессивно воскликнул психолог. – Это часть вашей сущности. И да – чувства альфы к омеге сильнее, чем чувства беты. Но благодаря тому, что вы наполовину альфа – то можете любить так же, как любят они.
– А если бы не было этой части альфы? Я бы не полюбил Куроко? – удивился Акаши.
– Скорее всего – нет. Тем более, он ваш брат, пусть только наполовину. Что вы почувствовали, когда первые увидели его? Сразу влюбились?
– Нет, отнюдь. Сначала я возненавидел его за то, что он пытается отнять у меня наследство. Он был моим конкурентом. И лишь когда началась течка, я стал ощущать влечение к нему. Но это тоже не было похоже на любовь. Думаю, что по-настоящему я полюбил его уже после смерти Кагами и, особенно, после комы.