Глубины отчаянья (СИ)

— Херово, — только и смог ответить я.
— Я могу… создать воды. Чувствую, что могу, — проговорил он.
Я кивнул, после чего зашипел, ибо ученик сотворил её над моей головой.
— Простите, — Фолторн слабо улыбнулся. — Ёмкостей тут поблизости нет, а если бы я предупредил, вышло бы ещё хуже.
И всё же, мне стало легче. В голове немного прояснилось, я изучил свои ладони и запястья.
  
— Вроде бы нормально, — едва слышно пробормотал я. Конечно, были видны покраснения, но полноценных ожогов нет. Похоже я и впрямь весьма хорошо закалил своё тело. — Но могло быть и лучше.
Внезапно с треском распахнулась дверь левой привратной башни. Я резко, через боль, развернулся. Руки напряглись, но я прикинул, что если и буду колдовать, то уже точно в иной форме. Для здоровья — очень херово. Для чрезвычайной ситуации — приемлемо. А состояние и потом можно будет поправить. Когда-нибудь…
Наружу вывалились шестеро измазанных кровью, кашляющих «Полос». Те, которые сражались в другой части Монхарба. И среди них — Дунора.
Её меч был сломан на расстоянии ладони от острия. Остаток клинка до самой крестовины был густо покрыт человеческой кровью. Алой была и рука в перчатке, и прикрывающий предплечье наруч. Что-то липкое и вытянутое болталось на тонком лезвии короткого ножа в другой руке так, что на землю капала коричневатая жижа. Дорогой кожаный доспех, купленный за многочисленные поступления и взятки (их передавали на верх, но процент от каждой выдавался в качестве жалованья), был изрублен, но свою роль выполнил — сберёг тело. Хотя один из ударов прошёл так глубоко, что рассёк даже стёганку под бронёй. Кусок нагрудника с подкладкой отвалился, частично оголив её правую грудь — на тонкой, белой коже темнели огромные синяки, оставленные чьей-то пятернёй.
Сначала она никого не увидела. Взгляд девушки был прикован к пепелищу, оставленному огненным колдуном. Потом она посмотрела на сваренных ратников, последние ряды которых начали шевелиться — хотя скорее кричать обезумевшей от боли воющей толпой.
Дунора усмехнулась. Её губы сложились в злобную гримасу, а руки задрожали.
Ряды наших оставшихся солдат как раз принялись собираться в группу. Лотар, покосившись на меня, а потом куда-то себе за спину — в кучу превращённых в головни тел, — скомандовал построение.
Так, а где тот офицер, который руководил ранее?.. А-а… понял. Не просто так усач покосился себе за спину.
— Собраться! — проорал сержант. — Разведка! Четверо вперёд по мостовой, я хочу знать, что там происходит. Найдите мне Коуланда и его всадников, они должны быть где-то поблизости! Вы, — ткнул он пальцем, — к северным воротам, там стоял взвод, прикрывающий выход, узнать ситуацию и доложить о происходящем у нас! Теперь вы, новоприбывшие…
Дунора рявкнула на своих немногочисленных соратников, ткнув пальцем, отчего пара человек направилось к Лотару, а остальные влились в строй. Сама девушка развернулась и наши взгляды встретились.
— Опять все силы потратил? Это становится твоим привычным состоянием, лейтенант, — прошипела она.
Я нахмурился и поднялся на ноги, хоть это и было непросто.
— Мне не послышалось? Женщина, что ты позволяешь…
Она махнула рукой, а потом застыла.
— Сорвалась, — буркнула она. — Просто… на нас навалились: через ворота снизу в башню и по треклятым стенам, — её голова дёрнулась назад, словно Дунора получила невидимый удар в лицо. В глазах у неё появилось отрешённое спокойствие. — Мы шли комната за комнатой. Один на один. Мне повстречался сайнадский сион… — она вновь содрогнулась. — Но ублюдок оставил меня в живых… Так что потом я его отыскала… Ладно, пошли!
Мы двинулись к остальным. Лотар уже узнал о ситуации на другой стороне, так что разразился серией команд, в которые я не вслушивался. От резкого подъёма закружилась голова. Нужно немного времени…
— Нормально, наставник? — меня поддержал Фолторн, на что я механически кивнул.
— Бывало и хуже, — ответил ему.
Оказавшись среди остальных, Дунора не глядя сунула под нос моему ученику свой кинжал, да так, что ему на грудь и лицо брызнули желчь и водянистое дерьмо.
— Прополощи, если магия осталась, — попросила она.
— Что это? — поморщился парень.
— Ты чем слушал? — выгнула она бровь. — Сион. Я его наизнанку вывернула, и Кохран меня дери, как же он умолял, — девушка сплюнула. — Мне не помогло — почему ему должно было помочь? Кретин. Жалкий, зарёванный…
Я не сразу понял, о чём она говорит. Ох, Дунора…
Та вдруг застыла, лицо её побелело. Девушка развернулась, с ужасом посмотрев мне в глаза.
— Это ведь должен был быть бой. Война. Этот ублюдок… — она привалилась к стене. — О Троица!
Остальные двигались вперёд. Лотар уже куда-то уводил людей, но мы трое остались. То ли нас не заметили от усталости, то ли просто уже ничего не чувствовали из-за навалившегося потрясения.
Надо догнать… позже.
Покосившись на Фолторна, я заметил понимание в глазах ученика.
— Я нагоню остальных, — тихо сказал он мне. — И… помою, да…
Парень трусцой побежал к взводу, а я придвинулся к Дуноре.
— Наизнанку вывернула, говоришь? — негромко спросил я, но не осмелился прикоснуться к ней.
Девушка кивнула, глаза её были плотно зажмурены, дыхание вырывалось из груди болезненными, хриплыми толчками.
— А мне ни кусочка не оставила, девочка? — притворно хмуро упёр я руки в бока.
Она помотала головой.
— Это зря. Ну да ладно, не один сион, так другой сгодится, — натянул я на лицо слабую улыбку.
Дунора шагнула вперёд и прижалась лицом к моему плечу. Я обнял её.
— Пойдём-ка отсюда. Догоним наших. Приказ — продержаться до полуночи. Нам уже недолго осталось. Отойдём к воротам, закрепимся, а потом уберёмся отсюда на всех порах. На привале я организую тебе горячую ванну в стороне от остальных, прикрою стенами и постою рядом. Никто и близко не сунется, обещаю это.
— Я… Я… — она дрогнула в моих объятиях.
— Ты в безопасности, — провёл я ладонью по волосам Дуноры, ощущая влагу на плече. Туда, куда упиралось её лицо.
Где-то позади, в городе, умирали сайнады. «Полосы» и оставшиеся солдаты устроили ублюдкам настоящую бойню. Мне хотелось быть там, с ними. В первом ряду. Чтобы отнимать одну жизнь за другой.
Одного сиона мало. Даже тысячи не хватит.
Не сейчас, — пронеслась короткая мысль.
Я почувствовал, как холодею, будто кровь в жилах превратилась в нечто иное — горькая жидкость текла по венам, наполняла организм странной, немыслимой силой. Никогда прежде я не чувствовал ничего подобного, но думать об этом не было смысла. Не существовало даже слов, чтобы это описать.
Что же… скоро и сайнады узнают, что нет слов описать то, что я буду с ними делать.
  
Глава 6
 
«Все верёвки становятся короткими, если натягивать их достаточно долго. Всё будущее заканчивается трагедией».
Венстонская пословица.
* * *
Монхарбский торговый тракт, взгляд со стороны
Десятки тысяч беженцев отступали из города, спасая свои жизни. Многие знали, что в Монхарбе за их спинами остались солдаты. Немного, лишь те, кто был уверен в своих навыках. Точнее — те, в чьих навыках были уверены их командиры, например легендарные «Чёрные Полосы», сыгравшие значительную роль в освобождении Фирнадана и победе над силами Дэсарандеса. Ныне им предстояло снова проявить себя, пусть даже в компании других вояк.
Их жизни должны дать основной массе время, достаточное, дабы увеличить расстояние между собой и преследователями, хотя Логвуд был уверен, что разведка сайнадов уже бросилась в погоню. Капитан Маутнер, которого он взял с собой, ругался и рвался к своим или хотя бы встретить разведчиков противника во главе с новыми силами, но комендант остановил его.
— Отдохни, — хмуро заявил мужчина, когда, уже глубокой ночью, великое скопление людей всё-таки остановилось. — Сходи к своей женщине, как там её, — покрутил он рукой, — приведи голову в порядок. Выдохни. Они справятся. Мы справимся.