"Фантастика 2025-33". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)

- И снова ты скатываешься к банальной гиперболизации несостыковок в собственных планах, - в голосе мужской ипостаси уже явно сквозило легкое раздражение, - ты не хуже меня знаешь, что мы просто не в состоянии делать что-то в тайне друг от друга, и прекрати, наконец, считать все происходящее игрой, иначе мы опять доиграемся!
Мужчина повел руками в разные стороны, давая понять, что именно он хотел сказать своей последней фразой. 
  
Я невольно обернулся, чтобы еще раз осмотреться вокруг. 
Да, по всему видать, что свой первый мир Страж в нескольких своих лицах уберечь не смог. Неужели здесь совсем нет жизни? Ведь на Земле – я где-то слышал – большая часть биомассы находится именно внутри планеты. Начиная с почвы и заканчивая чуть ли не четырьмя километрами вглубь. Дальше просто слишком высокие температуры… 
Это что же здесь такое должно было случиться, чтобы абсолютно всю жизнь истребить, оставив при этом относительно целые здания на поверхности планеты? Ума не приложу. Или может они берут в расчет только разумную жизнь? Точнее, он берет. 
Зараза! Не могу я, глядя на двух людей, считать их одним целым! 
Стоп. Не это сейчас главное. Если здесь и сейчас у нас главенствует принцип равновесия, значит, не просто так замолчал Бродяга, и я стал получать информацию непосредственно от главных местных кукловодов. Получается, что один из них воздействовал на голосовые связки Таллана, а второй автоматически получил право усилить мой слух. Не факт, конечно, но хоть какая-то логика в этом есть, хоть и неприятно ощущать себя бесправной марионеткой, особенно сразу после того, как без труда управлял целой разномастной армией поднятых мертвецов. 
В это время Бродяга присаживается на корточки и начинает быстро выводить пальцем на пыли, усеивающей здесь все более или менее горизонтальные поверхности, какие-то символы. Он, лишившись способности говорить, пишет для меня послание. Однако я, потеряв здесь любую связь с Экуппой, могу говорить на их языке, но никак не читать. 
Кладу руку ему и на плечо, и когда Бродяга, не переставая писать, оглядывается, огорченно развожу руками и качаю головой. 
На краткий миг лицо Таллана искажается от раздражения, но сразу же это выражение сменяет решимость. Бродяга вскакивает на ноги и, развернувшись широкой спиной к Стражу, знаками пытается мне объяснить, что планирует устроить какой-то взрыв, и я должен по его команде отскочить за ближайшую стену, к которой мы и так сейчас станем понемногу приближаться. 
Во всяком случае, именно так я его понял, потому что было сложно одновременно слушать междоусобную ругань двух частей одного Стража и расшифровывать язык жестов Таллана.
- Своим напускным бездействием ты постоянно заставляешь меня делать первый ход, поэтому я чаще ошибаюсь! – продолжала сыпать обвинениями прекрасная половина Стража. – А потом ты еще и делаешь вид, что помогаешь моим фишкам, чуть ли не в ущерб своим!
- Не думал, что мне придется повторять это из раза в раз, - голос сильной половины звучал максимально успокаивающе, - я всегда предпочитаю давать своим людям возможность полностью ознакомиться с ситуацией, а уже потом начинать действовать исходя не из моих инструкций, а из своих внутренних убеждений. Только так мы сможем минимизировать наше беспощадное вмешательство в существование мира. Я ведь даже дал тебе возможность позволить твоим фишкам непосредственно воздействовать на моего человека. Что же ты еще хочешь?
- Давай меняться! Ты изначально как-то понял, что обреченная на смерть сразу после появления в мире фишка сможет не только выжить, но и прогрессировать! Ты выбрал для нее слишком хорошего носителя! – продолжала протестовать женщина, но по ее тону было понятно, что она понемногу успокаивается, выплеснув на собеседника большую часть накопившихся негативных эмоций.
- От которого ты трижды отказалась!
Мне кажется, или в голосе мужчины сквозит уже совсем ничем не прикрытая усмешка? 
Ох, рискует он нарваться на еще более фееричный скандал! 
Однако ослепительной вспышки всепоглощающего женского гнева не последовало. 
- Да, я помню правило трех отказов, извини, - тихо произнесла она, - но объясни мне, пожалуйста, как ты смог все рассчитать?! Больше на данный момент я от тебя ничего не прошу!
- А я ничего и не рассчитывал, - спокойно и как-то очень убедительно проговорил мужчина, - я просто до определенного момента делал все так, как мы договаривались, а потом я предоставил человеку право решать за себя самому.
- Неужели это он все просчитал? – безмерно удивилась женщина.
- В том-то и дело, что нет! – в голос рассмеялся мужчина. – На этот раз мне попался чрезвычайно, я бы даже сказал: болезненно спокойный человек. Он занял выжидательную позицию с упором на сохранение своей жизни и жизней приютивших его людей.
- Ты знал, что он так поступит, - снова начала «заводиться» женщина, - ты и сам всегда тянешь до последнего!
- Только потому, что я свято верю: девяносто процентов несерьезных проблем отпадут сами, если их попросту игнорировать.
- А что ты скажешь про данные десять оставшихся процентов?!
С этими словами женщина раскинула руки в стороны и прокрутилась на триста шестьдесят градусов, показывая на все, что нас сейчас окружало.
- Да, - согласился мужчина, - порой на долю десяти процентов выпадает ситуация, приводящая к глобальной катастрофе. Бывает…
- Это наш последний шанс! – видно было, что женщина перешла на шепот, но я все еще прекрасно ее слышал. – Больше никто из Старших не даст нам свой мир для реабилитации.
- Не уверен, - четко и ясно произнес мужчина, - Старшие гораздо сильнее любят создавать миры, нежели следить за развитием в них разума: работа нам с тобой рано или поздно, но найдется.
Вот же сволочь! Я-то уже успел подумать, что он обеими руками держится за то, чтобы уберечь новый мир от скатывания в бездну, а ему просто лень напрягаться и мужик уже рассматривает следующие варианты!
Ну, не скотина ли?! Даже не знаю, кто из двух ипостасей Стража мне сейчас не нравится меньше. Истеричка хотя бы пытается что-то делать, а этот размеренный лентяй просто следит за мышиной возней, которую, в том числе, устраиваю и я, и оба они просто порой подкидывают в гущу событий еще одного-двух грызунов, чтобы сохранить только одним им видимое равновесие! 
- Я об этом как-то не думала раньше, - голос женщины сразу стал спокойным и рассудительным, - что-то здравое в твоих словах есть: Старшие очень редко вмешиваются в жизни разумных – им это попросту неинтересно. А миры создавать они любят…
- А кто ж не любит?! – в голосе мужчины читалось явное удивление. – Ну да нам с тобой до собственного мира еще созидать и созидать! Если справимся с тестовым, глядишь, до звания Старшего и нам с тобой останется всего одна ступень!
После этих слов повисло какое-то очень уж многозначительное молчание. Обоим спорщиком оно определенно о чем-то говорило, а вот я по его поводу остался в полном неведении, потому что к теме спора они так и не вернулись. 
Вместо этого они, наконец, продолжили свое движение в нашем с Бродягой направлении.
Таллан весь собрался готовый к действию. 
Я смотрел на него, боясь пропустить условный знак, по которому нужно было прятаться в укрытие.
Но сегодня явно был не день Бродяги.
  
Глава 2. Гипнопсы
 
Конь все норовил опустить морду и чем-то полакомиться на убранном поле, а старик то и дело хмурился и тянул его за собой. Вдруг я увидел, как дед резко остановился, словно упершись в прочное прозрачное стекло.
Либо я оказался прав в своей догадке, либо старик очень талантливо воспроизводит кривляния мима, ощупывающего невидимую преграду.
Поспешив догнать колоритную парочку, я убедился, что вперед дороги действительно нет. Не сговариваясь, мы с дедом разошлись в разные стороны, то и дело проверяя рукой, обращенной к преграде, наличие или отсутствие пустот в стене.