Агдан. Не стены, а паруса! (СИ)
К тому же, разговор шел на немецком языке, который все понимали и которым, и сама Эжени владела в совершенстве.
- Алло Ульрика?
- Привет, это Эжени Буа из клуба «Voyou».
- Ах, Луиза только что звонила и предупредила тебя о моем звонке?
- Да по очень важному и интересному делу!
- Но сначала ответь мне на самый главный вопрос … у вас в Мюнхене, в магазинах много продается … корейских товаров?
Глава 15. Лагерь «Вместе с Агдан». Все флаги в гости к нам!
Корея. Тюрьма Анян. Точнее прилегающая к тюрьме территория. Ранее утро после совещания в «RedAlert», где было решено что лагерю «Вместе с Агдан!» быть…
Утро красит нежным светом
Стены древнего Кремля,
Просыпается с рассветом
Вся Советская земля!
Возможно, если госпожа НаБом была бы знакома с творчеством советского революционного поэта - Василия Лебедева-Кумача, то именно эти строки и пришли к ней в голову, глядя на свое место работы со стороны дороги этим еще совсем ранним утром!
Но разве что только слово советская она поменяла бы на корейская, ну и с Кремлём поступила как-то аналогично.
И вот этим ранним утром, ее машина, повернув в направлении тюрьмы Анян остановилась. Причем тюремные стены, которые «красило» утро нового дня, отсюда вполне уже были видны.
Хотя, конечно тяжело сказать, что прямо-таки рассвет красит эти стены, серые тюремные стены вообще-то мало что может улучшить, очень уж они уныло-тоскливые.
Но для НаБом, проработавшей в этом заведении уже много лет, где она начинала когда-то еще молодой и разумеется совсем не начальством, эти стены даже нравились. Этакая лаконичность и простота отданные в угоду целесообразности.
Но сегодня её мысли занимает совсем другое, даже приезд этого министерского хлыща Квак ЮнГи, на самом деле воспринимался ей как меньшее из возможных зол.
Главное проблема сейчас - это то, что делать с этим протестным лагерем имени Агдан перед стенами тюрьмы? Но, с другой стороны, что она здесь может вообще сделать?
Своему руководству она доложила о происходящем, при чем не один и даже не два раза!
Руководство полиции в Сеуле, также в курсе, им доложил лично Сон СиБак, их главный городской полицейский. Так что она со своей стороны сделала все что могла.
Даже вчера вечером еще и с ЮнМи поговорила, описала сложившуюся ситуацию вокруг тюрьмы, рассказала, что вот сегодня ждет с проверкой этого министерского хлыща Квак ЮнГи.
Сейчас даже сама себе не ответила бы, зачем она все это вообще ей рассказала? Что это так вдруг перед ней разоткровенничалась?
Может потому что вчера ей казалось, что у ЮнМи есть в какой-то степени элегантное и безболезненное решение данной проблемы?
Хотя что значит в какой-то степени?
В принципе если бы Агдан не сидела в ее тюрьме, если бы про нее не сняли фильм, который навел шороху в мире, если бы ещё кто-то не призвал сюда приезжать граждан разных стран с протестом под стены тюрьмы Анян, то возможно всего этого не было.
Хм… если подумать, то что-то уж слишком много «если» в ее размышлениях. Можно сказать, еще проще, если бы Агдан не посадили, то всего этого точно не было. Так кто виноват в сложившейся ситуации?
Сама Агдан? Корейский суд, который не учёл всех последствий такого вот странного приговора? А может те, кто снял и показал всему миру этот фильм про ее жизнь?
Или вообще виноваты какие-то неизвестные никому недоброжелатели, которые совсем не на виду, такие как к примеру … та же СунСиль?
Ладно, здесь рассуждать можно очень долго, был бы еще от этого какой-то толк. В любом случае, надо уже переключаться на текущие проблемы … одна из которых в виде дорогого премиум автомобиля, совсем не корейского производителя, как раз показалась из-за поворота.
Надо сказать, что НаБом здесь стояла совсем не случайно. Ждала тут этого проверяльщика, ну или официально человека, посланного им на помощь в сложившейся ситуации из Министерства Юстиции, этого важного «гусака» Квак ЮнГи!
Тот позвонил ей на телефон, ну очень рано, НаБом еще спала, хотя всегда вставала довольно рано и задолго до нужного ей времени.
Сняв трубку, она услышала до омерзения бодрый голос ЮнГи, который сразу попенял ей, что она еще спокойно спит, хотя проблем то в ее заведении немерено.
На ее справедливое замечание, что вообще-то это не столько ее проблемы, сколько Министерства Юстиции и возможно еще полиции, «гусак» ожидаемо отмахнулся.
Также, кроме всего прочего он сообщил ей и почему он звонит ей так рано.
Оказалось, что несмотря на ранее утро, он уже едет в полицейский участок города Аньяна. Для чего? Чтобы лично пообщаться с задержанными вчера иностранными протестующими, чтобы понять, как он пафосно ей сообщил – «психологию, слабые и сильные стороны этой толпы иностранцев, чтобы потом, подобно Гамельнскому крысолову увести их подальше от тюрьмы Анян».
Такие вот грандиозные планы были у этого … «гусака-крысолова!»
НаБом не сильно бы удивилась, если он под это дело заранее себе и награду выбил у министра. Очень уж продуманным был этот тип!
(Гамельнский крысолов — персонаж средневековой немецкой легенды. Согласно ей, музыкант, обманутый магистратом города Гамельна, отказавшимся выплатить заявленное вознаграждение за избавление города от крыс – «золота сколько можешь унести», что тот выполнил при помощи волшебной дудочки. После его обмана он c помощью колдовства увёл за собой городских детей, сгинувших затем безвозвратно. Подобные легенды в Средние века имели весьма широкое распространение, при том, что Гамельнский вариант является единственным, где c точностью называется дата события — 26 июня 1284 г. Всё это заставляет исследователей полагать, что за легендой о крысолове стоят некие реальные события, уже со временем приобретшие вид народной сказки, однако не существует единой точки зрения, что это были за события. Прим. – автора).
Второй звонок «гусака» застал ее, когда она уже она только выехала на работу, в этот раз он был довольно коротким, тот хотел срочно с ней поговорить, скажем так не совсем официально, и не в стенах самой тюрьмы.
Узнав кто где находится, они договорились что встретятся через 10 минут, как раз на повороте в тюрьму Анян.
На том самом месте, где недавно и был полицейский пост, который правда просуществовал менее суток.
И вот сейчас НаБом, через стекло своего служебного автомобиля уже наблюдала за дорогой в нужном месте. Тем временем раздался звонок ее телефона, отвлекшись НаБом посмотрела на экран.
Хан ДаХе, ее зам, надо ответить.
- Слушаю тебя ДаХе. Что там у нас интересного происходит? И сейчас я спрашиваю о ситуации, как ты понимаешь, совсем не внутри нашей тюрьмы, а за ее стенами, точнее возле стен. Докладывай, только быстро и по делу, а то … «гусак» близко!
Корея. Тюрьма Анян. Встреча двух высокопоставленных чиновников Министерства Юстиции.
- Приветствую вас госпожа НаБом. – поздоровался с ней важный чиновник, выйдя из шикарного черного авто с трехлучевой звездой на бампере.
- Здравствуйте уважаемый Квак ЮнГи! - слегка поклонилась в ответ главная по тюрьме Анян.
После короткого, но обязательного предисловия о здоровье близких родственников и прочего, «гусак» наконец приступил и к самому главному.
- Госпожа НаБом, я вот о чем хотел спросить, надеюсь вы сможете ответить ... если коротко, то «гусака» интересовало следующее…
1) Протестующие, кроме того, что митинговали за свободу Агдан, может выдвигали какие-нибудь требования, возможно даже были требования и политические?
2) Специально, или наоборот может случайно они не обмолвились кто за ними стоит?
3) Как долго они собираются здесь находится, если судить по разговорам между ними?
Немного удивленная НаБом, с лёгкой долей сарказма поинтересовалась.
- А разве вы, когда сегодня рано утром приехали в полицейский участок города Аньяна, не узнали это все у непосредственных участников всей этой заварухи? Ну у тех, кто был вчера задержан под стенами тюрьмы?