Законы жанра. Том 2 (СИ)

— А вы не боитесь, что он размажет вас тонким слоем по ближайшей стене при первой же вашей встрече? — спросила я.
— Позовите его, и мы это выясним, — сказал он.
— Нет.
— Почему? Разве ситуация для вас еще недостаточно отчаянная?
— Достаточно, — сказала я.
Ситуация, как ты понимаешь, на самом деле была аховая. Слишком много факторов, и все играли против меня. Мертвый Пирпонт, Кроули, лорд Фелтон, заминированный топор, куча британского спецназа вокруг, Кларк, которого, видимо, тоже надо отсюда вытаскивать.
  
Хороших решений у меня не было, а плохие я могла найти и без помощи отца.
— Тогда почему нет? — спросил Кроули.
— Возможно, потому что мне уже не двенадцать лет.
— Что ж, это впечатляет, — сказал Кроули. — Это, в какой-то степени, даже внушает уважение. Но это никоим образом не может помешать моим планам посоревноваться с вашим отцом, Боб.
— Вот как?
— Если вы задумаетесь над этим, то здесь существует только два варианта развития событий, — сказал Кроули. — Либо вы позовёте его, и он придет сюда, ответив на ваш зов. Либо я вас убью, и он явится сюда, чтобы мстить. Меня, по большому счету, устраивают оба, но я все же предпочел бы первый. Ведь я так много сделал для того, чтобы он осуществился.
Видимо, третьего варианта, в котором я одержу над ним верх, для него не существовало.
Почему я до сих пор не обратилась за помощью к тому, кого можно позвать трижды? Не знаю. Может быть, из гордости, может быть, как я уже и говорила, потому что мне уже не двенадцать лет, и взрослые люди должны решать свои проблемы сами, не полагаясь на всемогущего бога из машины.
Несмотря на всю ту кучу сложностей, что на меня навалились, у меня ни разу не возникало мысли о том, чтобы обратиться за помощью к нему.
Почему я не позвала его сейчас? Пожалуй, ко всему вышеперечисленному ты можешь добавить то, что я не хотела подвергать своего отца опасности.
В своем мире он был крут, но пример Бордена уже показал, что эта вселенная жила по другим законам и здесь можно было ожидать любого варианта развития событий. Кроули выглядел уж слишком уверенным, и у меня были опасения, что уверенность его отнюдь не беспочвенна.
— Позовите его, и я скажу вам, где вы сможете найти свою дочь, — сказал Кроули.
— Я найду ее и без вашей помощи, Арчи, — сказала я и позвала копье.
Свет погас.
Тьму разорвали два выстрела, я услышала звук падающих на пол тел и лязганье цепей. Спустя всего несколько секунд заработал аварийный генератор и лампы под потолком выдали процентов десять от своей номинальной мощности.
Этого тусклого света оказалось достаточно, чтобы увидеть, как поменялась диспозиция в комнате для допросов. Трое спецназовцев без движения валялись на полу, а Кроули, свободный от всех оков, стоял у стены и поигрывал пистолетом в правой руке.
— Вероятности, Боб, — сказал он. — Вероятность того, что у молодого здорового человека судорогой сведет руку, да так, что его палец дважды потянет за спусковой крючок, и обе пули выведут из строя его товарищей, минимальна, но не равна нулю. Вероятность того, что во всем районе погаснет свет, и электронный замок заблокирует нас в этой комнате, тоже достаточно мала, но куда выше. А уж вероятность того, что существо с моим жизненным опытом умеет избавляться от цепей, вы можете посчитать сами.
Слабость Кроули заключалась в том, что он был частью этого мира и тоже подчинялся его законам, а потому, возможно, сам того не осознавая, он просто обязан был произносить стандартные злодейские монологи вместо того, чтобы просто стрелять.
Черное копье явилось без спецэффектов, свойственных топору. Без грохота, без пробитых стен и облака бетонной пыли. Оно просто легло в мою руку, и едва я почувствовала его тяжесть и его сдерживаемую мощь, я выбросила руку вперед, целясь Кроули в грудь.
Но бою на копьях меня никто не учил, а моих врожденных талантов, видимо, не хватило. Кроули увернулся, и копье пробило его руку чуть выше локтя. Он выронил пистолет.
Я надавила на копье так, чтобы его наконечник вошел в стену, и мистер Вот-Это-Поворот на своей шкуре мог бы осознать смысл слова «пригвожденный».
— Где моя дочь? — спросила я.
— Хорошая попытка, Боб, но нет, — сказал он. — Вы знаете, что вы должны сделать, чтобы получить этот ответ.
Его кровь, вполне красного, кстати говоря, цвета, капала на пол. Один из валявшихся на полу спецназовцев пошевелился, подавая признаки жизни, и Кроули пнул его ногой в лицо.
— Не хочу, чтобы нам мешали, — сказал он, словно это не его пронзало черное копье, явившееся из другого мира. — В здании аварийный протокол, все двери заблокированы, электронные системы безопасности сошли с ума. Подмога явится сюда только через полчаса, и это еще довольно оптимистичный прогноз.
Я бросила взгляд на стену с зеркалом. Не на само зеркало, как ты понимаешь, но Кроули догадался, что я имею в виду.
— О, там нет никого, кроме старины Фелтона, — сказал он. — Думаете, он позволит еще хоть кому-то услышать тайны, которые я здесь выбалтываю?
— Где моя дочь? — спросила я.
— Я не знаю, — сказал он. — Я просил брата Тайлера не сообщать мне подробностей. Но знаете, кто мог бы помочь вам в поисках, Боб?
Выходит, что Кроули бесполезен, и я ни на сантиметр не продвинулась в поисках дочери. И даже если я сейчас избавлюсь от того, кого я уже знаю, но хотела бы не знать, мне надо будет разбираться с лордом Фелтоном и всеми этими дипломатами у меня над головой.
Проблему Кларка тоже никто не отменял…
Черт побери, копье не помогает в решении этих сложных задач, но одну точку с его помощью я все-таки могу поставить…
Кроули внезапно бросился вперед, насаживая себя на копье еще глубже. Я увидела радостную ухмылку на его лице и его скрюченные пальцы, готовые вцепиться мне в глаза, и взмахнула своей мистической рукой, стряхивая его с копья.
Он влетел в стену и упал на тело одного из спецназовцев, а я отвела руку с копьем, чтобы нанести последний удар, и в тот самый момент, когда я это сделала, пол ушел у меня из-под ног.
Тряхнуло все здание, и толчок был такой силы, что я потеряла равновесие и рухнула на пол. Копье ударило в стену, и по стене побежали трещины, впрочем, не только по этой стене, так что дело было отнюдь не во мне. От неожиданности во время падения я выпустила древко из рук.
Осыпавшаяся с потолка пыль попала мне в глаза, и я несколько раз моргнула, пытаясь восстановить зрение. Свет несколько раз моргнул и стал еще тусклее.
Какова вероятность, что в Токио может произойти землетрясение? Сколько еще людей пострадает, пока мы тут возимся?
Я поднялась на ноги. Кроули выдернул копье из стены, и оно вибрировало у него в руках. Может быть, он и был демоном, древним, как весь этот мир, но я-то была богиней и этот артефакт принадлежал мне.
Я призвала копье и увидела, как оно рванулось у него из рук. Древко выгибалось, лицо Кроули побелело от напряжения, но он все еще держал мое оружие и не позволял ему вернуться ко мне.
Второй подземный толчок был слабее, а может быть, я просто была готова к нему, потому что ожидала чего-то в этом роде, и мне удалось устоять на ногах. Трещины на стенах расширялись, пыли с потолка летело все больше, и я боялась, что здание в любой момент может обрушиться нам на головы.
— Последний шанс, — сказал Кроули. — Позовите его. Это всего-то три слова…
Похоже, что несмотря на всю его браваду он не хотел меня убивать и иметь дело с той, что придет после.
Я сделала шаг вперед и левой рукой ударила его в челюсть и услышала, как лязгнули его зубы. Его голова дернулась, он шагнул назад, упираясь в стену, и я положила мистическую руку на копье.
  
Бороться с силой моей призванной конечности не смог даже древний демон, так что я вернула себе оружие. Проблема в том, что мы с Кроули оказались в самом углу комнаты для допросов, и места здесь было катастрофически мало, а копье — это оружие, для применения которого требуется пространство.