Алчность. Выбор (СИ)

Чтобы не быть посеченным ими, я выставил перед собой щит и спокойно дождался, пока все закончится.
— Проклятая пыль, — раздраженно проговорил я, стараясь не чихнуть от очередного облака, которое поднялось из-за взрыва.
Дождавшись, пока пыль уляжется, я продолжил свой путь, внутренне надеясь, что в этот раз мой поход по руинам не окажется бессмысленным и я найду что-нибудь интересное. Голем практически на входе дал определенные надежды на подобный исход. Ведь какой смысл оставлять монстра сторожить пустые руины.
  
Когда пыль улеглась, я продолжил свой путь. Простой просторный зал заканчивался длинной лестницей, которая вела куда-то вниз. И сколько бы я не вглядывался, конца этой лестницы не было видно.
— Это уже что-то интересное, — пробормотал я, вступив на первую ступеньку.
Пока я спускался, задумался о таком забавном факте. Сколько бы я не копался в истории мира, многие приписывают эльфийским строениям некую невиданную красоту и легкость. Все как один твердят об изяществе и странном переплетении с природой.
Мне, в какой-то степени, хотелось взглянуть в глаза тех, кто писал эти труды. Ведь за пару лет, в течение которых я успел облазить немало эльфийских руин, мною так и не было замечено перечисленных качеств. Единственное утверждение, с которым я бы мог согласиться, касалось единения с природой. Но и оно справедливо только потому, что все руины уже давно поросли всякой зеленью.
Но все это меркло на фоне того, как же ушастые любили строить целые подземные комплексы. Считается, что многие города людей построены на древних эльфийских руинах. И это действительно так. Вот только в понимании людей речь идет о наземных постройках, которые частично были восстановлены, а другие интегрированы в жизнь города. Вот только мало кто из них спускался ниже уровня земли.
Под той же Вызимой простираются огромные катакомбы, часть из которых является просто канализацией и рассадником утопцев и прочей нечести. Остальная же часть представляет из себя лабиринт, в котором мне посчастливилось встретить гулей. Помню, что в тот момент мне стало интересно, что будет, если всех монстров из катакомб выпустить на улицы города. Хаос был бы неизбежен, и это не говоря о жертвах среди населения. В любом случае, проверять свои догадки я не стал и лишь наоборот очистил все эти подземелья от монстров.
— И откуда только у этих ушастых такая любовь строить подземные комплексы, — уже вслух проговорил я, после того как спустился по лестнице и осмотрелся на новой местности. — Не иначе их краснолюды покусали.
Спустившись по лестнице, я оказался посреди огромной пещеры природного происхождения. Единственными следами эльфов здесь были только наполовину развалившийся мост и зеркала. Большое количество зеркал, которые отражали лучи света, падающие из отверстий в своде пещеры.
— А вот это уже интересно, — пробормотал я, чувствуя какую-то загадку.
Следующий час я потратил на перемещения от одного зеркала к другому и попытки понять схему построения солнечных лучей. Почему-то я был уверен, что схема должна быть. Иначе какой смысл ставить здесь столько зачарованных на неразрушимость зеркал.
В какой-то момент я присел на бортик моста и задумчиво осмотрел пещеру еще раз, но уже с активированным истинным зрением. Удивительно, но здесь не было явных магических следов, кроме самих зеркал. Похоже, вся магия этого места связана с ними.
— Ну, сидя на одном месте, загадку не отгадать, — пробормотал я, поднявшись и снова подойдя к одному из зеркал. — А значит остается только пробовать.
В пещере было единственное зеркало, которое не могло менять свое положение. Именно оно располагалось под тем местом, где в пещеру проникали солнечные лучи. Все, что мне оставалось, это методом проб и ошибок перенаправлять лучи друг на друга.
Не знаю, сколько я возился с ними, но вскоре у меня получилось выстроить определенный узор, который задействовал все зеркала. Почувствовался магический всплеск, и я принялся ждать свой «приз».
Вот только вместо него рядом со мной появились несколько духов, которые тут же попытались напасть на меня.
— Не получилось, — проговорил я, взмахом руки развеивая духов всплеском Тьмы. — Значит пробуем дальше.
Мои попытки разгадать загадку этого места продолжились. И каждый раз, когда я ошибался, появлялись духи, пытающиеся напасть на меня. Будь на моем месте кто-нибудь другой, эти существа могли бы доставить определенных хлопот. Но для меня они были лишь досадливой помехой.
В какой-то момент, пока я в очередной раз пытался подобрать узор из солнечных лучей, я почувствовал, как у меня нагрелся внутренний карман. Это заставило меня нахмуриться, ведь там находилось сквозное зеркало. Второй экземпляр я передал Шеале, когда она заняла мое место в Капитуле, и строго настрого приказал связываться с помощью него только в самых экстренных случаях.
Все еще подозревая неладное, будучи недовольным, что меня оторвали от интересного занятия, я выудил на свет небольшое зеркальце. Вместо отражения в нем было сильно обеспокоенное лицо ученицы, которая то и дело начинала грызть ногти. А это она делала, только когда нервничала.
— Учитель! — воскликнула она сразу же, как только увидела меня в зеркале.
Нахмуренный лоб тут же разгладился, и на лице отразилось некое облегчение. Но по ее глазам все еще можно было увидеть, насколько она устала.
— Рассказывай, — вздохнув, проговорил я, понимая, что просто так она бы не стала со мной связываться. — Что там у вас случилось? Нашествия чудовищ? Эпидемия чумы? Вторжение эльфов? Охота на ведьм?
По мере того, как я перечислял возможные причины моего вызова, Шеала все шире открывала свои глаза и с удивлением смотрела на меня.
— А, так вы знаете, — как-то даже растерянно произнесла девушка.
Настал мой черед удивляться. Вскинув одну бровь, я вопросительно посмотрел на ученицу.
— Что ты… — начал я было говорить, но осекся.
До меня дошел смысл сказанных ею слов. Все, что мне оставалось, это отойти в сторонку, чтобы присесть на бортик моста и устало вздохнуть. После я вновь взглянул на чародейку, внутренне надеясь, что вот сейчас она назовет это все лишь глупой шуткой. Но, сколько бы я не смотрел на нее, этого не происходило.
— Великая Тьма, — обреченно простонал я, закрыв рукой глаза, — меня не было всего лишь неделю… Дальше что? Конец света?
  
Глава 72. Розыск
 
***
Интерлюдия. Адель (Амелия).
Пробуждение было тяжелым. Ужасно болела голова. Мысли путались, и я никак не могла привести их в порядок. Попытка открыть глаза, чтобы понять, где я нахожусь, закончилась вспышкой боли. По глазам больно резанул свет, отчего я зажмурилась только сильнее. Сквозь путаницу в сознании даже пробились панические догадки о том, что я могла ослепнуть.
«Спокойствие, только спокойствие, Адель», — подумала я про себя, пытаясь успокоиться.
Но это сделало только хуже. Мысль казалась неправильной и правильной одновременно.
«Адель?», — недоуменно подумала я, ведь всю жизнь меня называли Амелия.
Словно только и дожидаясь подобного сигнала, сознание подбросило еще больше сюрпризов в виде калейдоскопа образов. Головная боль усилилась, и я невольно зашипела. Как ни странно, это помогло перетерпеть приступ.
Тем временем образы закончились, и я наконец-то вновь смогла внятно мыслить. Показанные сознанием картины были не новы для меня. Я их уже видела, пока была без сознания. Но тогда я не могла осознанно их воспринять. И теперь, когда это стало возможным, я вновь просмотрела эти образы, что оказались воспоминаниями. Воспоминаниями о прошлой жизни.
  
— Я жива? — тихо и с легкой хрипотцой пробормотала я, пытаясь понять, как это вообще возможно.
Последним воспоминанием среди образов была моя смерть: то, как чудовище в человеческом обличии лишило меня головы. Невольно я потянулась к собственной шее и пощупала ее. Не найдя раны, рука поднялась выше к голове, которая была на месте.