Дьявол (сборник)

Матрена. Что ж порошки? Порошки, деушка, сонные, что ж не дать? От них худа не будет.
Анисья. Я не про сонные, а про те, про белесые-то.
Матрена. Что ж, те порошки, ягодка, лекарственные.
Анисья(вздыхает). Знаю, да боязно. Измучал он меня.
Матрена. Что ж, много извела?
Анисья. Два раза давала.
Матрена. Что ж, не приметно?
  
Анисья. Я сама в чаю пригубила, чуть горчит. А он выпил с чаем-то, да и говорит: мне и чай-то противен. Я говорю: больному все горько. Да и жутко же мне стало, тетушка.
Матрена. А ты не думай. Что думать, то хуже.
Анисья. И лучше ты мне не давала бы и на грех не наводила. Как вспомнишь, так на душе загребтит. И зачем ты дала мне их?
Матрена. И, что ты, ягодка! Христос с тобой. Что ж ты на меня-то сворачиваешь? Ты, деушка, мотри, с больной головы на здоровую не сворачивай. Коли чего коснется, мое дело сторона, я знать не знаю, ведать не ведаю, — крест поцелую, никаких порошков не давала и не видала и не слыхала, какие такие порошки бывают. Ты, деушка, сама думай. Мы и то намеднись про тебя разговорились, как она, мол, сердечная, маится. Падчерица — дура, а мужик гнилой — присуха одна. С этой жизни чего не сделаешь.
Анисья. Да я и то не отрекусь. От моего житья не то что эти дела, а либо повеситься, либо его задушить. Разве это жизнь?
Матрена. То-то и дело. Рот разевать некогда. А как-никак, обыскать деньги да чайком попоить.
Анисья. О-о, головушка моя бедная! И что делать теперь, сама не знаю, и жутость берет, — помирал бы уж лучше сам. Тоже на душу брать не хочется.
Матрена(с злобой). А что ж он деньги-то не открывает? Что ж, он их с собой возьмет, никому не достанутся? Разве это хорошо? Помилуй Бог, такие деньжищи да дуро́м пропадут. Разве это не грех? Что ж он-то делает? На него и смотреть?
Анисья. Уже и сама не знаю. Измучал он меня.
Матрена. Чего не знать-то? Дело на виду. Промашку теперь сделаешь, век каяться будешь. Передаст он сестре деньги, а ты оставайся.
Анисья. О-ох, и то посылал ведь за ней, — идти надо.
Матрена. А ты погоди ходить, а первым делом самоварчик поставь. Мы его чайком попоим да деньги вдвоем поищем — дощупаемся, небось.
Анисья. О-о! Как бы чего не было.
Матрена. А то что ж? Что смотреть-то. Что ж ты деньги-то только глазами поваляешь, а в руки не попадут? Ты делай.
Анисья. Так я пойду самовар поставлю.
Матрена. Иди, ягодка, дело делай как надо, чтоб после не тужить. Так-то. (Анисья отходит, Матрена подзывает.) Одно дело: Микитке не сказывай про все дела. Он дурашный. Избави Бог, узнает про порошки. Он Бог знает что сделает. Жалостлив он очень. Он, ведашь, и курицы, бывало, не зарежет. Не сказывай ему. Беда, он того не рассудит. (Останавливается в ужасе, на пороге показывается Петр.)
ЯВЛЕНИЕ IX
Те же и Петр(держась за стенку, выползает на крыльцо и кличет слабым голосом).
Петр. Что ж вас не дозовешься. О-ох! Анисья, кто здесь? (Падает на лавку.)
Анисья(выходит из-за угла). Чего вылез? Лежал бы, где лежал.
Петр. Что, за Марфой ходила девка-то?.. Тяжко… Ох, хоть бы смерть скорее!..
Анисья. Недосуг ей, я ее на речку послала. Дай срок, управлюсь, сама схожу.
Петр. Анютку пошли. Где она? Ох, тяжко! Ох, смерть моя!
Анисья. Я и то послала за ней.
Петр. Ох! Где ж она?
Анисья. Где она там, пралик ее расшиби?
Петр. Ох, мочи моей нет. Сожгло нутро. Ровно буравцом сверлит. Что ж меня бросили как собаку… и напиться подать некому… Ох… Анютку пошли ко мне…
Анисья. Вот она. Анютка, иди к отцу.
ЯВЛЕНИЕ X
Те же и Анютка(вбегает. Анисья уходит за угол).
Петр. Поди ты… ох… к тетке Марфе, скажи: отец, мол, зовет, пришла чтоб, нужно мне.
Анютка. Ну что ж.
Петр. Постой. Скорее нужно, скажи. Скажи — помирать хочу. О-ох…
Анютка. Только платок возьму, а я сейчас. (Убегает.)
ЯВЛЕНИЕ XI
Петр, Анисья и Матрена.
Матрена(подмигивая). Ну, деушка, дело свое помни. Иди в избу, везде ошарь. Ищи, как собака блох ищет; все перебери, а я на нем обыщу.
Анисья(к Матрене). Сейчас. Все с тобой смелей как будто. (Подходит к крыльцу. К Петру.) Самовар не поставить ли тебе? И тетка Матрена к сыну пришла, — с ней попьете.
Петр. Что ж, поставь.
ЯВЛЕНИЕ XII
Петр и Матрена. (Матрена подходит к крыльцу.)
Петр. Здорово.
Матрена. Здравствуй, благодетель. Здравствуй, касатик. Хвораешь, видно, все. И старик мой как жалеет. Поди, говорит, проведай. Поклон прислал. (Еще раз кланяется.)
Петр. Помираю я.
Матрена. И то, посмотрю на тебя, Игнатьич, не по лесу, видно, а по людям боль-то ходит. Исчадел, исчадел ты весь, сердечный, погляжу на тебя. Не красит, видно, хворь-то.
Петр. Пришла смерть моя.
Матрена. Что ж, Петр Игнатьич, Божья воля, сообщили, особоруют, Бог даст; баба у тебя, слава богу, умная, и похоронят и помянут, все честь честью. И мой сыночек тоже, поколе что, по дому хлопотать будет.
Петр. Приказать некому! Необстоятельна баба, глупостями занимается, ведь все знаю я… знаю… Девка дурковата, да и млада. Дом собирал, а обдумать некому. Жаль тоже. (Хнычет.)
Матрена. Что ж, коли деньги или что, приказать можно…
Петр(к Анисье в сенцы). Пошла, что ль, Анютка-то?
Матрена(в сторону). Ишь, вспомнил.
Анисья(из сеней). В ту же пору пошла. Иди в избу-то что ль, я проведу.
Петр. Дай посижу напоследях. Дух тяжкий там. Тяжко мне… Тяжко… Ох, сожгло сердце все… Хоть бы смерть…
Матрена. Бог души не вынет, сама душа не выйдет. В смерти и животе Бог волен, Петр Игнатьич. Тоже и смерти не угадаешь. Бывает, и поднимешься. Так-то вот у нас в деревне мужик совсем уж было помирал…
Петр. Нет. Чую я, что нынче помру, чую. (Прислоняется и закрывает глаза.)
ЯВЛЕНИЕ XIII
Те же и Анисья.
Анисья(входит). Ну что ж, пойдешь, али нет? Тебя не дождешься. Петра? А Петра?
Матрена(отходит и манит к себе пальцем Анисью). Ну что ж?
Анисья(сходит с крыльца к Матрене). Нету.
Матрена. Да ты все ли обыскала? В полу-то?
Анисья. И там нету. Нешто в пуньке. Вчера туда лазил.
Матрена. Ищи, пуще всего ищи. Как языком вылижи. А я примечаю — нынче и так помереть: ноготь синий, и на лицо земля пала. Самовар-то поспел, что ль?
Анисья. Закипать хочет.
ЯВЛЕНИЕ XIV
Те же и Никита(приходит с другой стороны, а если можно, приезжает на лошади к воротам; не видит Петра).
Никита(к матери). Здорово, матушка! Здоровы ли дома?
Матрена. Слава Господу Богу, живем, пока хлеб жуем.
Никита. Ну что, хозяин как?
Матрена. Тише, вон он сидит. (Показывает на крыльцо.)
  
Никита. Так что же, пущай сидит. Мне чего?
Петр(открывает глаза). Микита, а Микита, подь-ка сюда. (Никита подходит, Анисья шепчется с Матреной.)
Петр. Что рано приехал?
Никита. Допахал.