Когда отцветают розы
Барбара Майклс
Когда отцветают розы
Ребекке Мерц-Шиа 3 января 1991 года с любовью от Эмми
Но, ах! Уйдет весна и с розами увянет,
И книгу юности закрыть пора настанет.
Часть первая
Маскарад
Глава первая
Хотя, быть может, роза — это всего-навсего колючий кустарник, ей более место в окружении самых изысканных цветов мира, нежели средь прочих шипов и терний.
С приближением грозы краски окружающего пейзажа приобрели металлический отлив. Края тревожных низких туч своим серо-зеленым оттенком напоминали старую бронзу; молодая поросль в полях по обе стороны дороги болезненно поникла. Руки крепко держали поводья, ноги упирались в пол, но все равно ее немилосердно бросало, когда колеса повозки попадали на многочисленные неровности избитой дороги. Дождь хлестал третий день подряд. Вскипая пеной, рядом с дорогой несся мутный поток, чтобы влиться в простиравшуюся за подножьем холма бухту. Дорога вдруг круто свернула, и впереди она увидела мост. Узкий и горбатый, он словно вырастал из грязной воды, потому что поток в этом месте покидал обычное ложе и пересекал дорогу. А рядом, почти полностью в воде… Лошадь мучительно пыталась встать: ее ноги не находили опоры в грязи и бились железом подков в опасной близости от недвижимого тела.
* * *С приближением грозы краски окружающего пейзажа приобрели металлический отлив. Тревожно низкие облака зеленели над головой как покрытая патиной бронза. Пальцы до боли вцепились в руль, но все равно ее бросало из стороны в сторону, когда колеса машины попадали на неровности избитой проселочной дороги. Дождь хлестал третий день подряд. Вскипая пеной, рядом с дорогой несся мутный поток, чтобы влиться в…
Диана резко нажала на тормоз. Колеса машины заклинило, и ее понесло по грязной жиже. Почти весь гравий с дорожного полотна смыло, и проселочная дорога стала скользкой, словно ее покрывал лед. Чертыхаясь про себя, она сумела остановить автомобиль прежде, чем он мог по инерции завалиться в кювет. Что заставило ее сделать эту глупость? Быть может, заяц выскочил на дорогу? Нет, перед нею не возникло ни малейшего препятствия.
Следующий поворот она миновала даже медленнее, чем намеревалась. Она увидела мост: узкий и горбатый, словно вырастал из грязной воды, потому что поток в этом месте покидал обычное ложе и пересекал дорогу. А рядом, почти полностью в воде…
Водитель вошел в этот вираж на слишком большой скорости. Машину вынесло на обочину, и она нырнула капотом вниз. Дверь водителя оказалась под водой, другая была заперта. И никаких признаков жизни.
Диана плавно остановилась в метре от края водного потока. Стоило ей распахнуть дверь и выбраться наружу, как небо пересекла вспышка молнии и следом прокатился пушечный раскат грома. Оглушительный звук заставил ее отшатнуться, и несколько мгновений она сидела, вцепившись в край двери, напуганная и растерянная. Почему она затормозила за считанные секунды, прежде чем увидела эту машину? Ей как будто что-то подсказало, что нужно остановиться.
Дежа вю, внутреннее зрение, провидение, или она наделена встроенным рентгеном, как Супермен? «Неважно, — сказала она самой себе. — Времени на рассуждения не осталось. Там, возможно, человек без сознания захлебывается мутной жижей».
Диана побежала, шлепая подошвами. Вода оказалась глубже, чем можно было предполагать, и доходила почти до пояса, когда она приподнялась на цыпочки и попыталась дотянуться до ручки двери. Только нащупав ее, она поняла, что автомобиль необычный. Уже после этого она обратила внимание на другие детали — странный изгиб бампера и удлиненную форму кузова сзади. Боже! Автомобиль, должно быть… Как это называется? Старинный или антикварный? Ни ей самой, ни водителю ничего хорошего это не предвещало. Старые машины тяжелее, крепче собраны. Такую мощную дверь ей просто не открыть, особенно сейчас, когда даже не во что упереть ноги. Ее пальцы шарили по скользкому мокрому металлу. Как, черт возьми, эта штука открывается. Дернуть на себя, нажать или крутить? А что, если просто-напросто заперт замок?
Словно в ответ на ее безмолвные вопросы, дверь распахнулась с такой неожиданной силой, что ее отбросило в сторону. Она старалась удержаться на ногах, но ее промокшие насквозь туфли не смогли найти опоры. С громким всплеском она опрокинулась назад. Задыхаясь, ловя ртом воздух, она пыталась понять, что показалось из опрокинутой машины.
Это была собака. Огромная собака. Огромная зеленая собака.
Лапы расставлены, на морде выражение изумленного идиотизма. Она выскочила нелепыми прыжками и бухнулась в воду.
— Выбирайся отсюда, глупое животное! — крикнула Диана. — Давай, давай, шевелись!
Собака, конечно, только казалась зеленой в странном отсвете грозового неба. На самом деле она была белой. С трудом вскарабкавшись на багажник, она с любопытством уставилась на молодую женщину. Тем временем из открывшейся двери показалась голова, а затем и плечи.
Будь этот человек ранен или хотя бы насквозь мокр, она смогла бы сдержаться. Волосы его действительно растрепались, а очки слегка съехали набок, но его мятая рубашка была абсолютно сухой. Диану он сначала даже не заметил. Выбравшись на более мелкое место, он заорал:
— Черт бы тебя подрал, старая развалина! Мне оставались какие-то жалкие полмили!
Сверкнула молния, грянул раскат грома. Собака взвыла и попыталась снова влезть в автомобиль. Последовала короткая и нелепая потасовка, в результате которой пес обвился вокруг хозяина, спрятав морду у него на груди. Диана как раз успела восстановить дыхание.
— Если вы закончили свои игры с собакой, — сказала она ледяным тоном, — может быть, поможете мне?
— Боже милостивый! — он смотрел на нее как на привидение… — Кто вы та… Как вы здесь… Вы давно вот так сидите в воде?
Избавившись от пса, он оперся о крыло машины и выпрямился. На нем были застиранные почти добела джинсы с модным разрывом чуть ниже колена, которое показалось, когда он потерял опору, двинувшись к ней.
— Вы ушиблись? — спросил он, подавая ей руку.
— Нет. Я просто не могу… Грязь такая скользкая.
Помогая ей, он оставил собаку, и та разразилась душераздирающим воем. Уровень мутного потока несколько спал, и Диана смогла открыть глаза. Не без легкого злорадства она увидела, что спаситель плюхнулся рядом. Теперь он был такой же мокрый, как и она. Грязная вода струилась по его лицу, а волосы налипли на глаза. Несколько мгновений он сидел совершенно неподвижно. Потом сплюнул струйкой отвратительной жидкости, ладонью отбросил назад пряди с лица и после безуспешной попытки протереть очки снял их. Собака же теперь премило плескалась в воде в паре метров от них.
— Ну что, раз-два, попробовали встать еще раз?
Ей было совсем не до смеха, но его жизнерадостный тон настолько контрастировал с внешним видом (и, как она догадывалась, с ее собственным), что удержаться было невозможно. Поднимаясь на ноги, он окинул ее весьма критичным взглядом.
— У вас, леди, неординарное чувство юмора. Если мы не утонем или не умрем от простуды, нас, вероятно, поразит испепеляющий удар молнии. Это ваша машина?
— Да. Но я как раз увидела вашу и…
— И бросились на выручку? — он взял ее за запястья и помог встать. — Вам нужно было остановиться подальше. Вода все прибывает, и придется разогнаться, чтобы пересечь поток.
— Да вам просто чертовски повезло, что я вообще смогла остановиться. И, между прочим, чья бы корова мычала…
— Вынужден согласиться, что здесь вы отчасти правы. И даже не только отчасти, — с этими словами он взобрался на крышу своего автомобиля, а потом опрокинулся головой вниз на переднее сиденье.