Еретик (СИ)

Тело Инги наконец-то ослабло, словно из него вытащили стальную проволоку. Лицо ее побелело, стало спокойным, и глаза закрылись.
Тим в сторонке в припадке бился головой о сосновый ствол.
Фио лупила Мая, и он слегка отбивался, но вдруг замер и побелел.
В дождливых сумерках он углядел шапку густых золотых волос. Он до последнего не хотел верить, но вот уже появилось бледное лицо с широко расставленными, огромными темными печальными глазами.
  
Май попятился назад, сжал нож, вскочил и осмотрелся.
Когда щуплая фигурка подошла к нему, он со злобой и ужасом полоснул ножом по тонкой шее. Золотоволосая голова дрогнула, и из раны потекла белая кровь.
С криком на бледного кинулась Фио и как кошка вскочила ему на спину и стала драть когтями. Но бледный легко, одной рукой сорвал ее с себя, швырнул на землю и пинком в бок отбросил на несколько метров.
Тут же на него опять налетел Май с ножом, но бледный спокойно левой рукой схватился за лезвие, а правой страшным ударом опрокинул Мая на землю. Осмотрев отключившегося парня, бледный перехватил нож и уже занес руку для удара, но в следующий миг на него налетел Тим, схватил его и вместе с ним рухнул с обрыва.
Пролетев пару десятков метров, они упали на берег, прокатились немного, и могучее течение реки подхватило их.
Сначала бледный еще отбивался, но потом замер, отцепился и пошел ко дну.
Как ни странно, но ледяная вода немного ослабила ломку, и Тим потихоньку выгреб к берегу, хотя его и отнесло уже далеко.
Хрипя, он выполз на берег и затих. У него было такое ощущение, что при падении с обрыва у него внутри что-то лопнуло. Дышать было тяжеловато. Он посмотрел в ту сторону, где они попали в воду, и в сгущающихся сумерках увидел тощую бледную фигурку, выходящую из воды. Фигурка встала, потрогала горло, осмотрелась и пошла по берегу против течения реки.
========== Глава 32 ==========
Вэн вышел из березового леса и замер, осматривая простор осенних полей.
Погода была солнечная, ветреная, даже теплая. Утром навалились тучи, но быстро разошлись, и выглянуло солнце.
Вэн, тяжело дыша, стоял с закрытыми глазами и втягивал носом воздух.
Ничего не было. Осенний воздух был пуст. Он сжал зубы, стиснул их до скрипа, развернулся и пошел прочь, но вдруг не выдержал и закричал, вложив в крик все отчаяние, страх и ярость. Птицы испуганно вспорхнули в небо. Вэн зажал лицо ладонями и повалился на колени в жухлую траву.
Все теперь для него было кончено. Он знал это. Он чувствовал это, даже когда двое суток назад выходил из деревни на поиски гигантов — никаких гигантов он не найдет…
Он завалился на спину, горько засмеялся и вдруг заплакал. Опять ему вспомнился тот мертвый альфа, его последний гигант, тушу которого он случайно нашел ночью. Накинувшись как одержимый, он жрал сладковатую падаль, рычал и рвал куски, а потом долго еще лежал на земле и молился, чтобы живот принял нехорошее мясо, чтобы его не вырвало…
Тогда ему казалось, что великаны еще объявятся, что все будет хорошо.
Но чуда не случилось. Великанов не было, и голод подошел уже вплотную. Ломка должна была начаться завтра-послезавтра. Он уже чувствовал ее приближение. Всем телом ощущал, как медленно, но верно его сжимают скользкие ледяные лапы боли.
Вэн вскочил на ноги, как-то остервенело вытер лицо кулаками, дернул головой и пошел домой.
— Помнишь, как мы познакомились? — тихо улыбаясь, спросил Ник.
Они сидели вдвоем, в лесу, у Ледяной речки. В глазах Ника блестело пламя. Укутавшись в бобровую шубу, он постукивал палочкой по горящим поленьям.
— Да, — кивнул Вэн. — Я пришел тебя лечить — тебе спину порвали, — Вэн надолго задумался. — Я их всех ненавидел… — смотря сквозь пламя, прошептал Вэн. — Они все были ублюдками. Мелочными мразями. Издевались над слабыми, лебезили перед сильными. Как это ни странно, но Единственный был самый достойный из них всех. Хотя и он тоже был… — Вэн не договорил почему-то и замолк.
Ник взял его за руку:
— Я бы никогда не сделал тебе больно, — прошептал он.
— Я знаю.
Вэн встал на колени, взял лицо Ника в ладони и стал целовать. Потом повалил его на спину. Стянул штаны и лизнул головку.
— Ах, да, Вэн, да! Пожалуйста! — выдохнул Ник и взял его за волосы.
Вэн принялся ласкать его. Не спеша, сосредоточенно, полностью отдаваясь процессу.
— Вэн! Я не смогу! Я не могу! Я не выдержу! В… М-м! — застонал Ник и так стиснул волосы Вэна, словно бы хотел оторвать клок.
Замерев, Вэн выждал сколько нужно, потом отвернулся, сплюнул, облизал губы и натянул на Ника штаны. Вжался лицом в его живот, положил голову на грудь и прошептал:
— Ник, я очень сильно тебя люблю.
— Я знаю. Я тебя тоже! — с закрытыми глазами улыбнулся Ник и стал гладить его по голове.
— Прости меня, пожалуйста.
— Прощаю, а за что?
— Я не знаю… Просто… За все…
— Да, конечно. И ты меня прости.
Они надолго замолчали, вдыхая сырую осеннюю ночь.
— Пойдем домой? — спросил Ник.
— Нет. Давай заночуем здесь. Ты хорошо одет? Не замерзнешь?
— Не замерзну. У меня шуба и есть еще тигриная шкура. Хорошо. Как скажешь, давай заночуем.
И Ник вдруг закрыл лицо ладонями и засмеялся от счастья.
А потом Ник и сам не заметил, как уснул. Он спал без сновидений и долго не мог проснуться, когда Вэн тряс и звал его.
— Послушай меня… У меня мало времени! Пожалуйста!
Ник наконец-то пришел в себя, проморгался и уставился на Вэна. Он был странный, болезненно-бледный.
— Ник. Ты слышишь? — Вэн сглотнул. — Послушай меня. Я хочу… хочу сказать тебе спасибо! Ты… ты единственный человек из них всех, ты единственный, кто относился ко мне по-человечески! Ник! Только ты один любил меня! Только ты делал мне добро. Ты… Ты ухаживал за мной! Ты заботился… ласкал меня. Ник!
Нику сразу не понравились этот голос и вид его лица. Он нахмурился, потрогал лоб Вэна и тут же ужаснулся — такой нечеловечески-холодный он был.
— Что ты… что случилось? — с нарастающим ужасом в голосе прошептал Ник, встал на колени и осмотрелся. Руки его угодили во что-то холодное, черное и вязкое. Он тронул Вэна за плечо и вдруг увидел, что вся его левая рука, от локтя до запястья, распорота в страшной ране.
— Ты порезался! Когда ты успел? — вскричал Ник, вскочил и принялся рвать рубаху на лоскуты.
— Ник! Не надо! Ты послушай! Послушай меня! У меня мало сил… я хочу сказать тебе… что ты… Подойди ко мне! — и Вэн стиснул его руку. — Великанов больше нет. Ломка скоро начнется. Меня один раз уже ломало, и я не выдержу еще раз. Да и смысла нет мучиться. Это все, Ник, ты прости меня, но это конец! Я хотел только сказать тебе — спасибо! Ты был единственный у меня. Единственный, с кем мне было хорошо. Кто любил меня! Меня никто никогда не любил! Никто никогда не ласкал меня, не ухаживал! Только ты! И я хочу сказать тебе спасибо! Я тебя никогда не забуду! Никогда!