Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации (СИ)

— Почему бы вам не завести наконец любовницу? — я прямо, совершенно без эмоций посмотрела на него. — Вы явно хотите заботиться, дарить кому-то подарки, и любовница или же ваша невеста подойдёт для этой цели куда больше.
В серых прозрачных глазах — боль и обида, словно я его почти ударила, предложив завести любовницу. Но, вообще-то, такое поведение совсем не походило на Райлена. До отправки Розины на пустые земли он всегда имел любовниц, меняя их часто и не проявляя ни малейшего уважения к своей невесте.
  
А после Розины — как отрезало. Конечно, находились те, кто молчаливо считал, что я являюсь его любовницей, но те, кто жил в крыле ярла и кто участвовал с нами в поездках, точно знали, что это неправда.
— Почему ты такая невозможная? Почему просто не можешь принять мой подарок? Пусть не как от своего ярла, но хотя бы как от друга, соратника? Тебе ведь понравилось.
— Вы мне не друг и не соратник, — я отступила ещё на шаг, неспособная откликнуться на его боль, на тоску в глазах. — Вы мой хозяин.
Казалось бы, одно слово — но именно оно причинило Райлену наибольшую боль. Его рука, протягивавшая подарок, медленно опустилась, и он скрылся в комнате. Вернулся не сразу — лишь через минуту, словно это время понадобилось ему, чтобы прийти в себя. Его волосы казались особенно растрёпанными, будто он несколько раз провёл по ним рукой.
Когда он вернулся, это был уже другой человек — сдержанный, собранный. Ярл.
Крупная, горячая ладонь вновь легла мне на плечо. Я отчётливо чувствовала кончики его сильных пальцев. Секунда — и они слегка сжались, безмолвно указывая мне посмотреть ему в лицо.
— Во вторник на следующей неделе. И начни думать о днях для приезда своих родителей заранее. Поездка такого уровня требует очень серьёзного планирования.
Для меня — да. Не для остальных. Они просто поехали в свою свободную неделю, забрали родственников и привезли их черт знает куда.
В том, что мои «родители» по-прежнему не приехали, была не только вина моего статуса рабыни, поэтому злиться на Рея не стоило. Синье говорила, что ситуация дома чуть улучшилась, и они приедут, когда дом будет готов. Жить рядом с ярлом они не хотели, и после всего, что произошло в клане Фэйрвейн, это было понятно.
— Да, мой ярл, — покорно ответила я, зарабатывая полный недовольства взгляд, который, однако, никак меня не обеспокоил.
Райлен никогда на меня не кричал и никак меня не наказывал. В то же время многие слуги до дрожи его боялись, опасаясь наказаний, изгнания из клана или же того, что окажутся на обочине жизни, как Розина и Йорд.
То, что Рей сделал с ними, было не просто жестоко — разрушительно для жизни, и я не могла даже представить степень отчаяния, которую они могли испытывать. Никто из родственников и друзей не станет помогать им с ребёнком, и их собственное здоровье понемногу начнёт сдавать…
Впрочем, держать их в клане было слишком опасно — Рей понимал это, как и остальные. Предавший однажды предаст ещё раз.
Ярл хотел изгнать и Оду — правда, только с территории Блекхейвена. Но, к величайшему его удивлению, я отговорила его. Эта женщина лишь выполняла приказы. Откуда ей было знать, что у Йорда были совсем другие указания? По крайней мере, с её появлением в крепости появился и порядок, и чёткое распределение ролей — то, чего до этого не существовало.
Конечно, Ода оставалась человеком Бриджид, но я не боялась невесту ярла. Сейчас, когда меня надули со свободой, я ни за что не позволю заковать себя в какой-то дурацкий сарай.
Райлен, желая хоть как-то искупить передо мной вину, прислушался ко мне насчёт Оды. Хотя, наверное, не стоило — об управлении крепостью я знала даже меньше него. Ключница была очень рада, хотя и потеряла большую часть своей власти, превратившись, по сути, в экономку, занимающуюся закупками, и даже эти её решения отдельно проверялись. А за порядком, слугами и домом следили старые слуги, наделенные новой властью. Изначально Райлен назначил целых пятерых, включая Хельгу, но со временем сократил их число до двух — тех, у кого к этому действительно лежала душа. У Хельги не лежала.
Оказавшись во внутреннем дворе, я осмотрелась, глубоко вдохнув прохладный весенний воздух. Лёгкий ветер пробирался под меховую накидку и плотное шерстяное платье, заставляя меня поёжиться.
Краем глаза улавливаю движение справа — ярко-красная юбка, точнее, только подол, мелькнул в дверном проёме и исчез, устремляясь наверх — к Райлену.
Бриджид…
Наши «отношения» назвать таковыми было сложно — с тех самых пор, как меня выпустили из сарая, мы едва обменялись парой слов.
Ненавидела ли она меня? Я проводила с Реем в сотни раз больше времени, чем она, особенно в поездках. А он всё медлил с назначением даты свадьбы, хотя большая часть Айзенвейла уже принадлежала ему — кроме самых удалённых кланов.
Но это было не всё. Для благополучного будущего Айзенвейла Бриджид должна была стать перерождённой Красной Королевой — Сольвейг. По крайней мере, в глазах народа. Она старалась, постоянно пересказывая историю своего рождения в день извержения вулкана, рассказывала, что её мать появилась на свет у подножия Калту…
Но мои рыжие волосы, высоченный, для женщины, рост, развитая мускулатура, наличие в прошлом статуса воина вызывали среди слуг и деревенских всё больше разговоров о том, что, может, именно меня имел в виду Халвэ. Ведь не зря же я выжила в огне у самого вулкана, спасла десяток верных сынов Севера и сражалась наравне с ними.
Я эти разговоры пресекала сразу. Предсказание Халвэ — полная глупость, оно невозможно.
Ненавидела ли меня Бриджид?
Наверняка. И у неё было для этого достаточно причин. Ненависть читалась в точечных чертах, эмоциях, которые красавица-невеста ярла не могла скрыть.
А вот её отец, ярл Ярвен, оставался отстранённым и вежливым, никак не давая понять, что моя персона его чем-то не устраивает.
— Помоги поднять бочку! — донеслось откуда-то изнутри.
Шелест молодой листвы и крики птиц заглушались гомоном крепости: недовольным ворчанием слуг, низкими, зычными приказами Хельги с кухни, звоном мечей и топоров с площадки за северной стеной.
Именно туда и лежал мой путь.
— Отвали, сопляк! — громко выругался Дирк, ногой отпихивая от себя Валдрина под уничижительный смех Касона.
— Старость — не радость, — усмехнулся далеко не молодой хольд, за что тут же получил угрозу кулаком от самого старшего в нашем отряде.
Дирк, кряхтя, поднялся с земли, сперва опершись коленом на холодную грязь, оставив на штанах тёмный отпечаток. Но уже через секунду встряхнул головой, словно ничего не случилось.
Друзья, теперь официально принятые в клан, стали куда быстрее, выносливее, сильнее. Ярл ненадолго разделил свою кровь и камни с каждым из них, сразу же после того, как освободил их из рабства.
Единственным исключением была я — заочно «принятая» в клан рабыня.
Какой бред.
Со мной можно разделить кровь и камни, но нельзя дать свободу. Впрочем, многие верили, что ярл просто не хочет отпускать ценного мага.
— Привет, рыжуля, — Валдрин лихо мне улыбнулся, красуясь, нарочно вставая так, чтобы мышцы на его теле заиграли особенно выигрышно в дневном свете.
Хорошие они ребята. Валдрин, Отто, даже Ракфф. Красивые, молодые, горячие. Возможно, в другой жизни…
— Где он?
— Один на один с Отто, — Валдрин кивнул в сторону высоких кустов, теперь загораживающих обзор.
Я не раздумывая направилась туда, зная, что за мной постоянно следят несколько слуг.
Вперёд выходить не стала, остановилась в тени, наблюдая за тренировочным боем. Дрались на топорах — оружии, которое я терпеть не могла, но Отто любил его безмерно. Херсир сражался без рубашки. Загорелая, плотная кожа пестрила шрамами — старыми, новыми, длинными, глубокими, едва заметными. Его новая, короткая стрижка удивительно шла ему, подчёркивая мощную шею и ещё больше выделяя жёлтые глаза.